Чтение онлайн

Пока Олег развлекал Леру в клубе, Том и Джер­ри проникли в ее квартиру и внимательно изучи­ли все комнаты. Том достал из-за пазухи пакетик с белым порошком и открыл шкаф.

— Ты, дундук, — зашипел на него Джерри. —Кто прячет наркоту в шкаф? Слишком быстро найдут — никто не поверит.

Бандиты зашли в кухню.

— Может, в трубу положим? — предложил Джерри, дергая решетку вытяжки.

А если менты тупые попадутся, не найдут?

Тоже верно. У них что, зайцы? — Джерри кив­нул на стоящий на полу ящик с морковью. Ладно, давай быстрее — не хватало

тут запалиться.

Том разворошил морковь и сунул пакетик на дно ящика.

Натанцевавшись всласть, Лера упала на стул рядом с Олегом:

Фу, жарко!

А я думал, ты можешь танцевать бесконеч­но, — улыбнулся Олег и попытался поцеловать Леру, но та успела увернуться.

— Отвези меня домой, — попросила она. — Па­

па может вернуться.

Олег остановил машину возле подъезда. Вы­ходя, Лера в задумчивости остановилась и, при­стально взглянув на парня, вдруг спросила:

Ты меня любишь?

Конечно! — невозмутимо ответил он.

А по-моему, нет. Слишком быстро ответил. — Лера побежала к подъезду и на ходу послала Олегу воздушный поцелуй.

После концерта Боб Кантор попрощался с фа­натами и скрылся за кулисами. Наташа заметила дверь сбоку от сцены и рванула к ней. На ее пути тут же возник шкафоподобный охранник:

Туда нельзя, музыканты сегодня автографы не дают.

Мне не нужен автограф, мне срочно нужно поговорить с Бобом Кантором, — чуть не плача, сказала Наташа.

С этими бесполезно говорить, — послышал­ся голос за ее спиной. Это был парень, который держал ее на плечах. — Пошли, я знаю, как мож­но получить автограф.

Они вышли на улицу и остановились у служеб­ного входа, где уже прыгал, спасаясь от мороза, другой парень.

Я Гриша, а это Костян, — сообщил новый зна­комый Наташи, показывая на парня. — Мы с ним уже семь лет от «Швайген зац» тащимся. А ты?

Я недавно их слушаю. Прикольно.

Дверь открылась, и появились музыканты группы во главе с Бобом Кантором. Гриша и Кос­тя бросились за автографами, а Наташа стояла как вкопанная. Наконец она собралась с силами и тоже подошла к музыкантам.

— А тебе на чем поставить автограф? — спро­сил Лагуткин.

Он был так близко — ее родной отец, и от вол­нения она не могла сказать ни слова. Увидев Наташино замешательство, Гриша вырвал листок из блокнота и протянул рокеру. Кантор расписался, отдал листок Наташе и, повернув голову, заметил грузовик, который приехал, чтобы забрать музы­кантов. Немцы стали грузить инструменты.

Из-за поворота вывернула старенькая «Волга». За рулем сидел тот самый Федор, которого Лагут­кин представлял на концерте. Федор подбежал к старому другу и обнял его:

— Привет, мужик! Нуты совсем забронзовел: в Москве, а друзьям не звонишь. Если бы я афишу не увидел, так бы и не свиделись.

— Спасибо, Федя. Только прилетели, и на сцену — тур, сам понимаешь, — оправдывался Лагуткин.

— Поехали, парни нас ждут — поляну накры­вают. Группа

«Артобстрел» в полном составе. Тряхнем стариной! — Федор потянул Бориса к машине. — И немцев своих бери — посидим по-русски, с огурчиками и грибочками.

— Группа надо отдыхать, — на ломаном русском

попытался выразить протест администратор.

— И тебя с собой возьмем, — махнул Федор.

«Швайген зац» в полном составе погрузились в «Волгу» и умчались. Гриша покачал головой:

Во дают. А наши к гостинице поперлись, по­хоже, долго придется ждать.

А вы знаете, где они остановились? — спро­сила Наташа. — Не скажете адрес гостиницы?

Через час она уже была на месте и подошла к портье гостиницы.

— Извините, а музыканты из «Швайген зац» еще не приезжали?

— Фанатка? — Портье подозрительно поко­сился на Наташу — Девушка, я вас по-хорошему прошу, не надоедайте музыкантам, исчезните!

Но я не фанатка. Просто у меня срочное дело к Бобу Кантору. Он сам мне назначил встречу.

Все вы так говорите. В любом случае их еще нет, так что лучше вам уйти, пока я не вызвал ох­рану!

Но в эту минуту в холле появился какой-то толстосум, и портье услужливо ринулся отворять перед ним все двери.

Воспользовавшись тем, что он отвлекся, Ната­ша присела на диванчик и позвонила маме.

Мам, ты еще не спишь? Можно я сегодня у Лерки останусь? Ее парень бросил, ей очень пло­хо — как она одна?

Если ты будешь оставаться каждый раз, ког­да ее кто-то бросит, можешь сразу переезжать, — ответила мама. — Ладно, только не засиживай­тесь допоздна, спать ложитесь. Завтра в школу.

Хорошо, мамочка, спасибо! — Наташа от­ключила телефон.

Она приготовилась ждать и неожиданно для себя задремала. Проснулась она оттого, что кто-то трогал ее за плечо. Это был Борис Лагуткин.

Портье сказал, что ты меня искала. Но я уже дал тебе автограф, что еще нужно?

Ой, здравствуйте, меня зовут Наташа. И мне очень надо с вами поговорить. — Девушка доста­ла из сумки старый номер журнала и показала музыканту фотографию.

Да, было время, и?.. — Лагуткин вопроси­тельно взглянул на девушку.

Это моя мама, а вы — мой отец, — выдохнула Наташа.

Плохая шутка. Особенно под утро. Прощай­те, милая барышня, у меня самолет.

Правильно мне мама говорила, — еле сдер­живая слезы, сказала Наташа. — Не надо было с вами встречаться. Я вам никогда не была нужна.

Наташа выбежала из холла, оставив растерян­ного Лагуткина с журналом в руках.

ГЛАВА VIII

Это была первая в ее жизни бессонница. Насту­пало утро. Аня сидела в своей комнате и смотрела в темное окно. Оказалось, что по ночам город не спит, а живет очень интересной жизнью. К Аниному подъезду с шумом подъехала машина, из нее вышли высокий мужчина и женщина, заботливо прижимающая грудного ребенка, последней из двери выпрыгнула собачка. Счастливое семей­ство скрылось в подъезде.