Чтение онлайн

— Освободи меня! Она рассмеялась.

— Ты же спрашивала, хочу ли я на свободу, — простонала я.

— А ты хочешь?

— Да! Да!

— Тем приятнее будет владеть тобой. Свободы тебе не видать. Ты прирожденная рабыня. Как и многие женщины Земли.

— Но и ты ведь земная женщина! — вскричала я.

— Да, — ответила она, — но я рождена не рабыней. Я другая. Я опустила голову.

— Известно ли тебе, в чем заключаются обязанности рабыни-служанки?

—

Элайза!

— Известно? — повторила она. — У меня нет ни малейшего желания тратить время на твое обучение.

— До некоторой степени, — холодно ответила я.

— Ничтожества вроде тебя больше ни на что не годятся, — заявила она. — У меня для тебя работы хватит.

— Прошу тебя, Элайза! — срывающимся от слез голосом пробормотала я.

— Пойди в мою комнату, — велела она. — Дверь направо. На стене висит расстегнутый рабский ошейник и плетка. Принеси их.

Босая, как была, я вошла в изящную, вычурно обставленную комнату. Сундуки, зеркала. В полу утоплена ванна. Нашла ошейник и плетку, вернулась, протянула ей.

— На колени! — прозвучал приказ.

Отступив на шаг, я встала на колени.

— На помосте ты была очень хороша, — отметила Элайза.

— Ты видела!

— Все.

Видела, как меня, голую, выставили напоказ, как меня продали!

— Почему же тогда ты меня не купила?

— На то были серьезные причины. Вполне достаточно было, узнать, где тебя найти.

— Не понимаю.

— И убедиться, что за тобой не отправятся другие.

— Не понимаю!

— Тебя долго искали.

— Столько хлопот, — проговорила я, — из-за какой-то рабыни-служанки.

— Твое имя — Джуди, — объявила она.

— Да, госпожа.

— Ты, конечно, понимаешь, — уточнила она, — что это твое рабское имя.

— Да, госпожа.

Стоит ей пожелать — и меня нарекут другим именем, а то и лишат имени вовсе.

— Ко мне будешь обращаться «леди Элайза, моя госпожа». Или, как до сих пор обращалась, просто «госпожа». Вот так.

— Да, леди Элайза, моя госпожа.

— Великолепно, Джуди, — похвалила она. — Быстро схватываешь. — Она откинулась в кресле. — Я буду унижать тебя, топтать ногами, завалю работой. Буду делать с тобой что захочу.

— Да, леди Элайза, моя госпожа, — прошептала я. Итак, я принадлежу своей бывшей сопернице.

Легко поднявшись из кресла, она встала передо мной, держа в руках расстегнутый ошейник. Стальной, прочный, но изящный, покрытый белой эмалью с узором из крохотных розовых цветочков. Вполне подходящий ошейник для рабыни, принадлежащей женщине. На эмали —

мелкие четкие буквы.

— Видишь надпись? — спросила она.

— Да, госпожа.

— Я знаю, ты неграмотна. Так что сама тебе прочту. Тут сказано: «Я Джуди. Пожалуйста, верните меня леди Элайзе из Шести Башен». Наклони голову, рабыня.

Стоя на коленях, я наклонила голову. На шее защелкнулось стальное кольцо.

— Мисс Джуди Торнтон, — отступив на шаг, произнесла она, — в ошейнике у моих ног! — Повернулась. Заструилось складками изысканное одеяние. Сжав кулаки, воздела руки, закрыла глаза. — Триумф! Какое наслаждение!

— На ошейнике, — прошептала я, — мое имя?

— Да. — Она взглянула на меня. — Он долго тебя ждал.

— Десятихортовый. — Я чувствовала — точно по мне.

— Как раз твой размер, — рассмеялась она.

Когда же сняли мерку? По ее словам, сделан он давно, еще до того, как мои размеры объявили на торгах в доме Публиуса. Я вопросительно смотрела на нее.

— Тебя обмерили, когда ты была без сознания, — улыбнулась она, — перед тем как отправить тебя с Земли.

— Как я сюда попала?

— Голая, без сознания, в рабской капсуле. Я содрогнулась.

— А знаешь, кто предназначил тебя для ошейника? Кто из сотен девушек выбрал в рабыни именно тебя?

— Нет, госпожа. — Я!

— Но почему, госпожа?

— Потому что мне так заблагорассудилось. Хотелось, чтоб ты была моей рабыней.

Я в ужасе смотрела на нее. Вдруг у самых моих губ очутилась плеть.

— Прижмись губами к плетке! Я повиновалась.

— В чем долг рабыни?

— Абсолютное повиновение, — прошептала я.

— Целуй плеть!

Не сводя с меня глаз, она отступила к креслу, села. В правой руке — рукоять, в левой — сложенные кожаные плети.

— Я думаю, мы поладим, Джуди.

— Да, леди Элайза, моя госпожа, — проронила я.

Она пристально взглянула мне в лицо.

— Ну и как это, быть рабыней?

— Ужасно, госпожа.

— Я имею в виду — быть рабыней… мужчины?

— О, ужасно, госпожа!

— А мне казалось, что тебе — такой, как ты, — в отличие от меня это должно нравиться.

— О, нет, госпожа! — отвечала я. — Это позор, унижение, страх. Мы во всем должны им повиноваться. Ты и не представляешь, что это такое!

— А разве ты не из тех, кого называют «горячими»?

— О, нет, госпожа!

Что за стыд! Я опустила голову.

— А по-моему, ты — просто шлюха, — заявила она. — Потаскуха! Я всегда так считала.