Путанабус
Шрифт:
– Паперно его фамилия.
– Откуда взяла? Телепатия? Или гадаешь на чём?
– Просто меня с ним знакомили на Базе "Западная Европа". На танцах.
– Дела... Ладно, уговорила, речистая, потом об этом обязательно перетрём подробнее. А сейчас лезь на крышу этого "ленд ровера", будем разбираться, что там у них навалено нам полезного.
Роза по лесенке залезла на крышу джипа. Мы втроем помогли ей отцепить от крючков тонкий канат, который этот брезент придерживал.
Под брезентом были видны какие-то ящики.
– Давай, снимай их, мы тут подхватим, - сказал
– Умные нашлись, - возмутилась Роза, - Я тут одна корячиться должна, а вы там втроем подхватывать будете, что я одна тягаю. Это, между прочим, уже эксплуатация человеком человека, - Роза встала на крыше во весь рост и уперла руки в боки.
– Роза не возникай, - сказала, начавшая сердиться, Анфиса, - Всем тяжело.
– Ты только на бортик его поставь, а мы уже стянем, - успокаивала Розу Наташа.
– Вот увидишь, что ничего страшного.
– Чего распизделись!
– крикнул я на них, на всех, - Ждете второй группы бандюков, по ваши души? Или собранный с них склад гондонов вас не впечатляет?
– Так бы сразу и сказал, - Роза взялась за крайний ящик, - Тяжелый, блин.
Однако, с кряком, воем и чьей-то матерью всё же снесли с крыши все четыре ящика и отнесли их к разложенной пленке.
В двух ящиках были ручные гранаты. Советские. РГ-42. Больше похожие на консервные банки, чем на убойную взрывающуюся машинерию. Наступательные, осколки мелкие, разлёт реальный пять метров. В каждом ящике было их по 20 штук. И в каждом же ящике было ещё по два цинка запаянных. На крышке цинка была надпись "УЗРГМ 10 шт.". Запалы, значит, к гранатам. Знать бы только в кого ими бросаться. Но, по всякому, лучше путешествовать с плохими гранатами, чем без них.
Подошла Ингеборге. Увидела на расстеленной плёнке кучу коробок с презервативами, сложенные отдельно от остального хабара, и присвистнула.
– Вижу, программа на вечер определилась. Жорик, какие ещё идеи будут?
– Если бы меня этот криминальный интернационал тут завалил, то у них было бы ооочень много оригинальных идей относительно тебя, - съехидничал я.
– А что это тут у вас в ящиках?
– поменяла тему Ингеборге.
– Сами смотрим, - ответила Галя.
– Инга, а где твой автомат?
– спросил я.
– В автобусе.
– Какого хрена он в автобусе, а не твоем плече?
– я уже сорвался на крик, - Ты, баталёр отряда, какой ты пример рядовым подаешь?
– Жора, что ты раскричался, Всё плохое уже кончилось.
– Ничего ещё не кончилось, пока мы не убрались отсюда, и желательно подальше - вот, мля, меня на истерику пробило, на дикий крик, - Вторая банда может в любую минуту появиться. У этих всех товарищей айдишек нет. Вот и придут сейчас сюда те, у кого они свои документы и деньги на хранение оставили, когда пошли в разведку. И уже нам засадят, по самые помидоры, а не мы им. Бегом за автоматом! И проследи, чтобы никто без оружия не ходил. И чтобы все расстрелянные магазины тотчас по новой набили. Что стоишь? Время пошло! Бегом!
Ингеборге убежала явно обиженная.
– Жорик, успокойся, - Анфиса погладила меня по щеке и чмокнула в нос, - Сейчас всё будет
– Откуда водка?
– Из "дефендера". В бардачке валялась. Там ещё есть.
Я достал нож, сбил с горлышка сургуч, сковырнул картонный кружок с отверстия. Да пробочка новоземельная, сорта "пей до дна", как при товарище Рыкове после отмены в СССР сухого закона.
Посмотрел на девчат.
Они стояли и ждали.
Махнул рукой и винтом из горла умял в себя грамм семьдесят - семьдесят пять.
И ничего не почувствовал.
Вообще.
Как вода прошла.
Протянул бутылку обратно.
– Давайте, девчата, по глоточку, примите - стресс снять, и кончаем уже эту мародёрку. Надоело.
Девчонки охотно приложились к пузырю по очереди. Тоже из горла, что характерно. Бутылка сразу опустела наполовину и её снова отдали мне.
Я сделал ещё глоток. На этот раз водочный запах пробил нос, да вкус ощутился. Хорошая водка. В эРеФии сейчас хуже делают.
– Ну вот, - раздался из-за спины недовольный голос Ингеборге, - Как знала, что меня за ружжом не просто так отсылают.
Поставил початый пузырь на ящик с гранатами.
– Причастись и ты.
– А что я не люди, что ли?
– Ингеборге взяла с ящика бутылку и сделала приличный глоток, - Закуски нету?
– Жору поцелуй, - засмеялась Анфиса, - Оттянет.
Пора призывать к порядку, а то такой трёп на оттяге может затянуться надолго.
– Давайте, девоньки, теперь эти ящики откроем.
В остальных ящиках оказалось в каждом по два цинка патронов 5,45х39мм.
– Четыре тысячи триста двадцать штук. Неплохо. Неплохо, - бурчал я под нос, - Закрывайте, и пошли машину шмонать. Кстати, Инга, раз пришла, заканчивай сортировку трофеев и упаковывайте их. Сматываться отсюда пора. Чуйка очко жмёт. Похоже черная полоса нашей жизни тольео начинается.
– Какая черная полоса?
– уставилась на меня Наташа.
– Не знаешь?
– в свою очередь удивился я, - Ну так знай. Жизнь наша, как зебра: полоса белая, полоса черная, полоса белая, полоса черная и в конце - жопа.
– Да ну тебя, - Наташа отвернулась и занялась сортировкой трофеев.
В "дефендере" нашелся автомат переговорщика - АКС-74. И еще одна черная армянская разгрузка с десятью рыжими магазинами на переднем сидении. Там же лежали рация "Фалькон" и нейлоновая универсальная кобура с навороченным "кольтом" 45-го калибра, с сильно удлиненным стволом, больше смахивающим на бельгийский "Браунинг 07", чем на правительственную модель. Интересный вариант. Вроде губернатор Калифорнии с таким же пестиком в первом "Терминаторе" бегал по своему штату и мочил полицейских. Новенький гаджет - 2000-го года выпуска. Фирма изготовитель - "АМТ". Не знаю такую. Пистолет весь матовой серой стали. Щёчки на рукоятке из махагона. Красиво жить не запретишь! Необычная машинка. Большая. Хотя на Кавказе всегда любили большое оружие. Ночхо, так вообще, иначе, чем со "стечкиным" и не бегают. Человек с "макаркой" у них за лузера котируется.