Чтение онлайн

Морган-холл — роскошное поместье Морганов, ставшее яблоком раздора двух поколений, — был построен в елизаветинскую эпоху. Особняк возвели в соответствии со вкусами владельца-мореплавателя. Деньги на строительство будущий хозяин дома добыл грабежом испанских кораблей (морское пиратство поощрялось королевой). Новое поколение Морганов, которое куда больше интересовали богатство и положение в обществе, стремилось переделать особняк под себя.

Здание построил в 1590 году один из героев английского флота — адмирал Амос Бронсон Морган. Сын кораблестроителя из Плимута, он был человеком необычным, всю жизнь

занимался самообразованием и слыл заядлым книгочеем. Его считали непревзойденным специалистом в области кораблестроения и знатоком древнегреческой литературы.

Столь обширными познаниями Амос Морган был обязан своему отцу. Чему-то Морган-старший научил сына сам, остальное Амос освоил вопреки (или благодаря) его запретам.

Эдвард Морган добился успеха без чьей-либо помощи или поддержки. Чтение книг он считал пустой тратой времени. Он не пускал Амоса в школу, полагая, что всему научит сына сам. Мальчик осваивал арифметику, складывая цены поставляемых материалов и суммы в ведомостях на выплату зарплаты рабочим, а высшей математикой занимался, рассчитывая плавучесть судов. Решение проблем по распределению мест в доках заменяло ему уроки логики. Вместо букваря он читал подшивки заказов на изготовление продукции, графики поставок древесины и товарные накладные. Когда Амосу исполнилось пятнадцать, он знал о судостроении все.

Несмотря на отцовские запреты, Амос пристрастился к чтению. Подростком он набрасывался на книги со страстью, которую его сверстники обычно направляют на девушек. Он мечтал поступить в Оксфордский университет с его великолепными библиотеками и преподавателями, облаченными в длинные мантии, но Эдвард Морган и слышать об этом не желал. Вопреки здравому смыслу отец запрещал сыну заниматься тем, что тому особенно удавалось, даже если речь шла об учебе. По его мнению, мальчик знал все, что требуется для семейного бизнеса, — и хватит.

Большую часть своего заработка Амос тратил на книги, которые покупал у местного книготорговца в Плимуте. По ночам или в свободную от работы в доках минуту он погружался в запретное чтение. Греческая литература очаровала юношу. Его любимцем был Гомер, более всего Амоса пленяла история странствий Одиссея. Он читал эту книгу столько раз, что мог закрыв глаза цитировать наизусть целые страницы. Гомер помог молодому человеку понять: его призвание — мореплавание, а не судостроение.

Впервые с морскими приключениями Амос Морган столкнулся на борту «Миньона». Семья Джона Хокинса [38] , капитана «Миньона», сколотила состояние, торгуя чернокожими рабами.

Однажды весной, пока Эдвард Морган вел со старшим Хокинсом переговоры об условиях контракта на строительство четырех кораблей, Амос решил обсудить свое будущее с Хокинсом-младшим. Целеустремленность юноши произвела впечатление на Джона, и он принял Амоса в члены экипажа. Узнав о договоре, который заключили молодые люди, Эдвард Морган впал в такую ярость, что едва не разорвал контракт на строительство кораблей. Но юноша был уже не в том возрасте, когда отец может удерживать сына. Амос Морган дорого заплатил за свою настойчивость: отец не разговаривал с ним до конца своих дней.

Трудности морской жизни, длительные стоянки во время ремонта судов

в порту Сан-Хуан быстро помогли сдружиться двадцатишестилетнему Джону Хокинсу, совсем юному Амосу и умудренному опытом Хокинсу-старшему.

У Хокинса было десять кораблей. Они надолго уходили в Карибское море, где, не считаясь с правилами торговли, установленными Испанией, меняли африканских рабов на сахарный тростник из Вест-Индии, золото и шкуры. Испанцы полагали, что Новый Свет принадлежит им, и требовали соблюдать законы своей страны. Англичане относились к притязаниям испанцев с демонстративным пренебрежением и не упускали случая совершить набег на их земли или нарушить установленные правила.

На следующий день после того, как корабли Джона Хокинса встали на якорь у Сан-Хуана, показались испанские галеоны [39] . Капитан одного из них попросил Хокинса оказать ему любезность и позволить войти в гавань для пополнения запасов. Испанский флот перекрыл вход в гавань, не оставив Хокинсу выбора. Он передвинул свои корабли поближе друг к другу, пропуская испанцев в порт. Не успели англичане бросить якорь, как на их суда со всех сторон напали вооруженные испанские матросы. Англичане были разбиты.

Утром в этом сражении Амос Морган впервые убил человека, а к вечеру уже приобрел в военном деле изрядный опыт.

День закончился для английских матросов печально. Лишь двум кораблям, «Миньону» Хокинса и «Юдифи» Дрейка, удалось спастись бегством.

Долгое время после Сан-Хуана у Амоса сосало под ложечкой. В тот день он потерял немало товарищей. С тех самых пор молодой человек всей душой возненавидел заносчивых испанцев и начал вынашивать планы мести. Однако осуществить их Моргану удалось лишь тогда, когда Джон Хокинс был назначен казначеем английского флота. Новый казначей жаждал отплатить испанцам за старые обиды. Ему потребовался специалист в области судостроения, и Амос с радостью пришел на помощь другу.

Джон Хокинс и Амос Морган разработали судно нового типа. Их корабль уступал по размерам испанскому галеону. Для устойчивости парусника орудия разместили вдоль бортов и по осевой линии. Борта от уровня нижней батарейной палубы до верхней наклонили внутрь. Благодаря этим усовершенствованиям судно по быстроходности и маневренности превосходило любой корабль того времени.

Уменьшение размеров судна требовало уменьшения размера орудий. Хокинс и Морган придумали дальнобойные пушки, оснащенные ядрами от девяти до тридцати двух фунтов весом. Орудия были гораздо меньше испанских — те стреляли пятидесятифунтовыми ядрами, — но куда более меткими. К тому же они могли поражать цель на большем расстоянии.

Изменение конструкции судов заставило англичан задуматься и об изменении стратегии. Обычная тактика ведения морских сражений заключалась в нападении на врага, обстреле из орудий, таране судна и взятии его на абордаж. Новые корабли предназначались для отражения атаки противника. В ближнем бою они уступали испанским. Разрабатывая стратегию английского флота, Хокинс обратился за помощью к сэру Фрэнсису Дрейку. Когда план сражения был детально продуман, все встало на свои места. Оставалось опробовать новые идеи на практике. Такая возможность представилась в июле 1588 года.