Чтение онлайн

— Добрый день. Мы хотим обсудить вопрос о компенсации за наши книги.

— Добрый то он добрый, только, далеко не всем, — солидно отвечаю я, — Какие еще книги?

Чего мне переживать? Так я показываю всем своим видом, хотя, понимаю, что не только от конкурентов я разжился брошенным товаром. Впрочем, сержант только книги мог разглядеть, все остальное уже я спрятал в пакете до того самого напряженного момента погони.

Так что, что там лежало на земле и что я еще забрал — одному Богу известно.

Ну и соседям по дому еще, только,

что там кто рассмотрел и кому из местных торгашей рассказал — тоже мне не угадать.

Поэтому, и четких претензий не должно больше иметься в мой адрес, только от мужиков-конкурентов. А они могут узнать этот момент только от милиции, если вступили с ними в какие-то отношения, значит — стучат милиции.

Что очень не одобряется остальными торгашами в принципе, хотя, каждый спекулянт оказался бы не против завести такие особые, доверительные отношения с нашими контролирующими органами.

Мужики оба разные, один совсем интель, второй понаглее, вот он и пытается наезжать:

— Забрал наши книги — верни их пожалуйста!

— И что, ты мне даже спасибо скажешь? За то, что сохранил их для тебя? — подпускаю я язвительности в голос, — А откуда ты знаешь, что их якобы я забрал? Тебя же в этот момент в автобус паковали? Может, тебе менты рассказали об этом? А ты им что рассказал про нас всех взамен? — и я обвожу руками весь двор, внимательно прислушивающийся к моим словам.

Сразу же ставлю под сомнение слова мужиков, хотя, они эти сведения могли получить не только от ментов, а просто от всех свидетелей.

Ну, пусть тогда сошлются на этих свидетелей, пусть назовут, кто они такие, тогда и разговор пойдет по-другому.

Только, кажется, не догадались они придумать ничего заранее и поэтому молчат вдвоем.

— Так что, если есть свидетели, пусть приходят и рассказывают, что они видели. А если нет, или по ментовским сводкам информация получена, тогда — идите на хрен! На хутор бабочек гонять! — жестко подвожу я мужиков к одному из двух вариантов.

Или попытаться мне морду набить и забрать книги, или просто уйти, собираясь отомстить потом, с помощью звонка теперь знакомому оперуполномоченному. Или горящему местью соседу.

Один сразу сдулся, понимая справедливость моих слов, второй попробовал было уцепиться за мою сумку, только я отступил и положил руку на дрын. Показываю, что следующим на скорой помощи зашивать будут именно его.

Оно понятно, что мужики интеллигентные, не быки какие-нибудь, наезжать не умеют и даже не знают, что это такое.

— Вах, есть, что сказать — говорите? Если нет, уходите! — эта поддержка от соседа-азербайджанца мне очень помогла морально, уж он то чувствует, за кем правда.

За его помощником в нелегкой спекулянтской жизни, вот она за кем сейчас однозначно.

Я предусмотрительно не стал развивать такой не очень понятный моральный аспект с тем, что книги остались лежать на земле и брошены с испугу.

Значит, они — ничьи!

Это по всем понятиям. Бери, кто хочет,

тут ничего предъявлять не положено. Хочешь предъявить — имей силу, чтобы сделать это со всем внушением.

Только, если бы их забрали менты, никто бы и слова не сказал. Или, если бы я оказался здоровенным жлобом весом в сто двадцать, а лучше, в сто сорок килограммов.

Пока я не очень крупный подросток, такие варианты я буду встречать гораздо чаще, чем хотел бы.

Сейчас торговый народ с любопытством прислушивается к нашим прениям, не стараясь особенно влезать в чужие дела, только Вагиф четко обозначил свою позицию.

Книги я не достаю из сумки, незачем провоцировать мужиков и вскоре они уходят, пообещав мне напоследок, что я сильно пожалею в будущем.

Была у меня идея, немного поделиться с ними наличностью, чтобы не мешали торговать. Однако, серьезно подумав, решил, что не достойны мужики моей доброты. После того, как наслали гопников по мою душу, так же могут все равно ментам стукануть.

Я-то думал выдать им пару десяток, для заключения мира, однако, понимаю, это будет просто бесполезная раздача денег и невольное признание своей вины.

А мои уже старые конкуренты точно не успокоятся, лучше не питать иллюзий по этому поводу. Поэтому, далеко отпускать я их сейчас не собираюсь, пройдусь следом, посмотрю издалека, что они собираются сделать теперь, когда получили обидный отлуп, даже специально их спровоцировал.

Пусть сделают что-то прямо сейчас, чем я буду ожидать проблем, подгорая на медленном огне.

Я вышел за ними с хорошим промежутком по времени, стараясь держаться на таком расстоянии, чтобы они не заметили меня, сам едва видя их фигуры.

Мужики не стали ломиться в первую попавшуюся телефонную будку, дошли до Садовой, там повернули на площадь Тургенева, где дошли до ее центра и заняли следующую будку, из которой совершили короткий звонок, не больше, чем на двадцать секунд.

Я уже добежал до угла, из-за которого могу разглядеть, что они делают на площади.

Хорошо, что мои недоброжелатели, врагами я еще не назвал бы их, не подозревают о продуманной работу моего взрослого ума, думают, что я остался беззаботно торговать на толкучке.

После чего быстро выскочили из нагретой под лучами солнца будки и пошли в сторону своего Рижского проспекта, не стали возвращаться во двор и наблюдать за мной до конца.

Похоже, не хотят своим присутствием как-то подтвердить, что стучат органам.

Теперь уже мне стало интересно, кому они позвонили, а узнать это я могу без риска для себя, если займу позицию напротив входа во двор, где ведется торговля.

Можно и в самом дворе приватизировать место для наблюдения в подъезде, однако, тогда есть вариант, что меня заметят те же мужики, торгующие книгами, они или еще кто-то могут показать, где я спрятался, в каком именно подъезде. Придется тогда пользоваться чердаком, заметать следы и палить свои пути эвакуации.