Чтение онлайн

Потрясённая сказанным, смотрела на него как на безумного.

— Адели жила в своих фантазиях, а Марк вами.

Закрыла глаза, понимая, что слёзы вот-вот хлынут по щекам.

— И у вас ещё хватает совести просить прощения. — еле сдерживала эмоции, сжимала стул под собой, боясь сорваться.

— Я очень виноват.

— Вы чертовски правы. — пелена злости застилала глаза. — Я уехала в никуда, чтоб спасти его, не имея там ни друзей, ни работы. Благо редакция согласилась перевести меня в Питерский филиал.

Но и это ничего, по сравнению с болью, которая не отпускала три года. Время совершенно не лечило. Я бредила им.

— Вы не представляете, как мне стыдно. Он ведь для меня как сын, а я собственными руками отобрал у него счастье.

— Да, вас лицензии должны лишить.

— Я больше не принимаю пациентов.

— Вы не сказали ему, почему я уехала?

— Нет, боялся признаться, а потом он переехал в Санкт-Петербург. И я прекрасно знал зачем.

— Удобное для вас стечение обстоятельства. — сорвалось с языка, так и подмывало наговорить ему гадости.

— Если б я мог повернуть время вспять.

Слёзы стали капать на поверхность стола. Я не выдержала и разрыдалась. Столько боли, годы одиночества, а всё впустую. Зазря, а ведь мы могли быть счастливы.

Мужчина накрыл мою руку своей, но я её отдёрнула.

— Не смейте ко мне прикасаться. — и плевать на присутствующих в кафе, пусть пялятся. — Он думает, что бросила его, потому что не любила. А на самом деле хотела спасти. Только оказалось, не от чего было спасать.

— Наташа, он не переставал любить вас. Все эти годы Марк стремился стать лучше, лишь бы вы увидели в нём мужчину.

— Тогда ответьте. Откуда же его одержимость? — смотрела в окно.

Люди спешили по своим делам, у каждого свои заботы и проблемы, но сейчас мне казалось, что страшнее моей боли ничего не может быть.

— Избалованный родителями, Марк никогда ни в чём не знал отказа и потому к окружающим относился предвзято. Он любил только семью, а остальные так, дополнение к жизни. После смерти родных вообще ко всем стал относиться потребительски. Пока не появились вы. Марк решил поиграться немного, а в итоге сам попал. Он влюбился в вас и не готовый к таким чувствам, чрезмерно опекал, слишком боясь потерять.

— Он следил за мной.

— Оберегал. — исправил меня мужчина. — Ему чудилось, что опасность вас подстерегает везде. Марк провёл немало бессонных ночей в страхе, что судьба может отобрать и вас. Подростковая травма вылилась в одержимость. Выписывал ему успокоительные, чтоб мог выспаться, но он не принимал их. Иногда у него начиналась паранойя. Фролов пытался заглушить её, но не всегда получалось.

— Я даже и не подозревала, что всё было так серьёзно.

— Потому и подумал, что синдром Гюго. Когда вы уехали, первые месяцы Марк был сам не свой.

— Я же звонила вам, и вы сказали, что он согласился на лечение

и занимается бизнесом.

— Не хотел, чтоб вы нервничали, и так от всего отказались ради него.

— Боже! — закрыла ладонями лицо.

Психолог коснулся моего плеча.

— День за днём он посещал сеансы, но молчал. Видимо ему просто не хотелось переживать свою боль в одиночестве. И я ничего не требовал от него, просто был рядом. Но однажды, понял, если так продолжится, Марк совсем закроется в себе.

Взглянула на мужчину. Уставшее лицо подчёркивало его переживания.

— Я читал ваше письмо. Тогда сказал ему, стать тем, кем вы хотели его видеть. И знаете, впервые за долгое время в потухших глазах стал разгораться огонь. На лице появилась прежняя хитрая ухмылка.

— Приподнял именно левый уголок рта. — улыбнулась, вспоминая как отреагировала на неё, когда увидела в том тёмном переулке.

— Марк шёл к своей цели упорно. Принимал все лекарства. Появилась уравновешенность в действиях, трезвость ума и серьёзность в мышлении. — видела гордость в глазах Николая.

— Мой Псих и правда очень изменился. Разве что остались некоторые старые замашки и несдержанность.

— Он нашёл вас.

— Только одержимость не прошла. Марк слишком ревнив.

— Если хотите быть с ним, придётся принять его таким, каков он есть.

Нахмурилась.

— У Марка есть невеста.

— И кто же? — искренне удивился мужчина.

— Только не говорите, что не слышали про Олю. У них скоро свадьба.

Смирнов рассмеялся.

— Впервые слышу о свадьбе. На ком он женится, так только на вас. Оля его подруга, между ними никогда не было никаких отношений.

— Да я застала их в туалете на горячем, ещё три года назад, когда мы только познакомились.

— Вот засранец. Он играл с вами.

— Играл?

— Да. Он не стал бы с ней спать. Она дочь партнёра его отца.

— Значит, Марк тогда использовал Олю в своих целях.

— Я же говорил, Фролов ко всем относился потребительски. Но уверен, она с удовольствием подыгрывала.

— Мне жаль её.

— А мне нет, та ещё гадина. Только перед ним строит из себя такую хорошую и правильную. Всегда помогала ему, но опять же ради себя. Она хотела заполучить его.

— Ну значит получилось. Раз представил её своей невестой.

— Что-то тут не чисто.

Совсем не вовремя стало мутить. Ну, малыш, почему именно сейчас?

— Вам не хорошо?

— Всё нормально.

Мужчина позвал официантку и попросил воды. Глотнув немного холодной жидкости, тошнота стала отступать.

— Вы не голодны? Может, закажем что-то кроме кофе?

Отрицательно покачала головой. Николай внимательно всматривался в лицо. Отвернулась, чтоб не сообразил.

— Просто перенервничала.