Чтение онлайн

Руками босс доставлял не меньше удовольствия, трогая лоно и вводя пальцы на всю длину. Псих мучил и пытал, растягивая наслаждение. А потом приподнял на руки, обвивая моими ногами свои бёдра. Шагнул ближе к стене, чтоб был упор. И ворвался твёрдой плотью до самого конца. Пару картин повалились от сильных толчков на пол, но Марк даже не взглянул на них, всё его внимание было сосредоточено на мне.

Без проблем выдерживая вес, он наслаждался каждым движением внутри меня. Выдыхая стоны в мой в рот. Он дышал быстро, под ритм своих частых толчков. Висела на нём. Руки уже не выдерживали,

а ему хоть бы что, словно машина, совершенно не уставал.

Марк спустил мои ноги на пол. Он встал, вжимаясь всем своим мощным телом в хрупкую фигуру. И вновь припал к губам, будто впервые. Что он увидел на моём лице, не понятно, но снова появилась нежность в его действиях.

— Ты делаешь меня Психом. — прошептал он, вновь проникая пальцами в промежность. — Сводишь с ума.

Я позволяла, умелым рукам доводить себя до пика. Почувствовав, что скоро достигну оргазма, Марк приподнял мою ногу и вновь ворвался в пылающую плоть. Задышала прерывисто, он вместе со мной. Псих прикладывал лоб к моему лбу и вглядываясь в глаза, вбивался до мурашек на коже. В один миг наши тела забились в экстазе. Ощущения отдались взрывом внизу живота. Дрожь проносилась по телу, распространяясь даже в кончики пальцев. Пульсация в лоне не прекращалась, потому что Марк двигался дальше, зная, что этим усилит эффект от секса. А потом он застыл, откидывая голову и тяжело дыша. Ему, как и мне понадобилось время, чтоб прийти в себя. А затем всё резко изменилось.

Марк отстранился, застёгивая ширинку и поправляя рубашку. Брошенный высокомерный взгляд дал понять, что мы снова босс и подчинённая.

Придала себе приличный вид. Он подошёл к столу и переключился на стопку бумаг.

— Вы свободны, Наталья. За контракт не беспокойтесь. Вы хорошо постарались ради подписи. — его слова хуже пощёчины.

Смотрела на него, нежелающего отрывать взгляда от документов. Он перебирал их, что-то ища.

— А вот и он. Могу подписать прямо сейчас. — раскрыл бумаги, расписался везде, где необходимо и отодвинул контракт к краю. — Ваша плата.

Боль пронзила сердце.

— Ты так ничего и не понял, Псих. — грустно усмехнулась.

— Тут нечего понимать. Знал, что смогу завести тебя. Ещё не было женщины, которая бы устояла перед моими ласками. Я просто выпустил пар. Прежде конечно не приходилось платить за секс, но ничего, всё бывает впервые.

Рассмеялась. Жестоко, но если ему так станет легче, то пусть. Он же напрягся. Подняла порванные трусики с пола и пошла к двери. Напоследок обернулась.

— Знаешь, Марк, между нами есть отличие и явное. Наверное, потому и не подходим друг другу.

— И какое же? — ухмыльнулся он.

— Я никогда не унижала тебя.

Ухмылка мгновенно сошла с любимого лица.

— Когда любят, так не поступают. Ты лишний раз доказал, что не зря отталкивала тебя.

Марк побледнел.

— Контракт, сам передай директору.

И вышла за дверь, изо всех сил сохраняя беспристрастие на лице. Боль заполнила сердце, достигнув самых глубин. Но виду я не подавала. Разбитая добралась до кабинета, вызвала такси и уехала домой. Зайдя в квартиру, приняла душ и завалилась в постель, найдя спасение в подушке. Она помогла выплакаться, чтоб завтра

снова стать той Наташей, которая никого не впускала в свою жизнь. Но на работе ждал очередной сюрприз. Фролов уехал за границу, передав все дела директору. Может оно и к лучшему. Отойду и в будущем смогу уверенно смотреть ему в глаза. Чётко решила, что, всё, хватит. Нас связывает только работа.

Весь день чувствовала себя очень странно, а потом и вовсе стало подташнивать. А к тошноте добавилось головокружение. Видимо отравилась. Но чем? Практически не ем. Вдруг в памяти всплыло, что позавчера должны были пойти месячные. Я вообще про них забыла. Мы с Марком и вчера занимались сексом не предохраняясь, но так быстро невозможно, подозрение на тот раз, во время моей болезни. Да, обмылась, но вероятно этого было недостаточно.

В перерыв побежала в аптеку. Купила тест и заперлась в туалете редакции. Результат оказался положительным. Расплакалась. Ну вот! И что теперь делать?

Вышла из уборной и вдруг услышала голоса с лестничной площадки. Оля? Марк же уехал. Что ей здесь нужно? Не знаю зачем, но подошла ближе, встав за стеной, чтоб меня не было видно. И каково же было моё удивление, когда поняла, кому принадлежит второй голос. Выглянула перепроверить. Бывшая одноклассница стояла напротив Дениса, протягивая ему толстый конверт.

— Спасибо за помощь! Марк уехал, и теперь Наташе не видать его, как своих ушей.

— Забери. — отпихнул он её руку.

— Почему? Это же плата за проделанную работу.

— Она мне дорога. — повысил голос парень, еле сдерживая злость.

— Да, ладно. Что вы в ней находите?

— Таким как ты не понять.

— Ой, забей. Главное они расстались. Никогда не видела Марка таким взбешённым. Забирай деньги, ты же ради них пошёл на это.

Получается хорошее отношение Дениса лишь хорошая актёрская игра. Искренность в глазах, фальшь, которую не смогла распознать.

— Ты знала, что он следит за ней?

— Фролов всегда следил за ней, либо посылал кого-то. Одним словом, одержимость. Как, по-твоему, он узнал где она работает. Но надеюсь снимки сделали своё дело.

Меня аж передёрнуло.

— Наташа не ответила на поцелуй.

— Какая разница, главное кадр удачно пойман.

— Да ты самая настоящая тварь.

— Я тебя умоляю. Мы с Марком знакомы с детства. Люблю его ещё со школьного возраста.

— Но он-то нет.

— Полюбит.

Денис рассмеялся.

— И не надейся. Ты Наташе и в подмётки не годишься.

— Ещё посмотрим. — пригрозила девушка, но улыбка с лица парня не сошла.

— Я не позволю.

— А как же деньги?

— Что-нибудь придумаю. Я согласился тебе помочь не только из-за денег. Наташа нравится мне давно.

— Так пользуйся моментом.

— Я не ты.

Больше слушать не хотела. Денис поднял глаза и заметил меня, не успела спрятаться. Кинулась прочь, а он за мной.

— Остановись!

Забежала в кабинет, намереваясь запереть дверь, но он дёрнул ручку, прежде чем щёлкнул замок. Парень втиснулся. Увидев слёзы на моём лице, он подскочил и крепко обнял.

— Прости, пожалуйста, прости! В тот момент я был в отчаянии. Не видел иного выхода.