Прости, если любишь...
Шрифт:
– Привет, мам. Прости, я не в форме. Размазало меня что-то этой ситуацией. С Ритой.
– Привет. Я всего лишь хочу убедиться, что твое решение, Ник, это твое решение, а не давление отца. Мы оба знаем, как он может давить.
– Ты про Риту?
– вздыхает.
– Мам, я подумал. Хорошо подумал. И предложил ей пройти тест ДНК на отцовство. Если бы это был мой ребёнок.… Но она наотрез отказалась проходить, сказала, что ее это унижает. И я понял, она мне лжет. Поэтому решение
Чувствую, повзрослел.
Именно сейчас.
– Ладно, что мы все обо мне, да обо мне? Тошнит, - признается и спрашивает.
– Как ты, мам?
Голос Никиты срывается, становится глухим:
– Отец звонил, орал, сказал, что из-за меня тебя похитили, как гарант. Я… Я этого не хотел!
– добавляет нервно.
– Не думал, даже, мам! Честно!
– звучит так по-детски, что я тихо всхлипнула.
Никита молчит, дыша прерывисто, а потом он добавляет тихо, с искренним раскаянием, которое не отыграть:
– Мама, прости меня. Прости.
Глава 26
Виктория
До дня рождения Неярова остается всего один день.
Я, честно говоря, в шоке от того, сколько всего случилось за эти несколько дней. На меня столько всего навалилось! У других людей и за всю жизнь столько острых моментов не наберется, а у меня - за неделю.
Бомбит по всем направлениям, жизнь лупит беспощадно, словно отыгрываясь за все те сытые, спокойные и уверенные два десятка лет, проведенные в браке с Женей.
Я все чаще называю его Женей, и это пугает.
Хотя, наверное, в том, что мы снова сближаемся, нет ничего противоестественного.
Общаются же другие пары в разводе, говорю себе.
Но только не мы.
Нет, мы просто общаться и дружить не сможем.
Что это вообще за чушь такая - дружить с бывшими?
Дружить с теми, кого любил, обожал, по кому сходил с ума, с кем занимался крышесносным сексом, а потом… просто дружить?
Нет!
Только не это…
Или опять все дело в нас?
Только в нас самих.
Кто-то смог бы дружить и не вспоминать моменты жаркой близости, кто-то смог бы дружить и не натыкаться на острые, ядовитые шипы обид.
Кто-то другой, тот, кто отпустил, забыл, любить перестал.
Тот, в ком не осталось другого тепла и внимания, чем то, которым можно наделить любого случайного человека, симпатичного хоть немного по духу.
Вот и весь секрет!
Я натыкаюсь на тайну, которую сама о себе не хочу знать: я до сих пор люблю бывшего мужа.
А он.…
Говорит, что любит, и какая-то часть меня в это верит.
Как он раскрывается рядом со мной, как смотрит,
Все во мне ноет от болезненного и сладкого узнавания, ведь не только Евгению не хватало эмоций, но и мне - тоже.
Но только как быть с тем, что между нами - просто тлеющие руины, куда ни ткнись.
Наверное, мне просто нужно уехать и отдохнуть.
Да, было бы неплохо.
Деньги теперь у меня есть, смеюсь.
Звонок.
Евгений, разумеется.
О, будто чувствует, что я думаю о нем.
Сердце толкается куда-то в горло и бьется там, словно умалишенное, даже ладошки вспотели.
Не волнуюсь же я, как девчонка перед первым свиданием?
Но именно это и происходит.
Я волнуюсь: в голове звучат все его признания, душу бередят взгляды, обещания, поступки, ч-ч-чёрт! С этим сложнее, тут плюс на минус и выходит в ноль, а я не знаю, что мне со всем этим делать.
Ещё же и сын проблемный, и дочь, которая печется только о самой себе…
И во всем этом виноваты мы, родители!
Облизнув пересохшие губы, всё-таки отвечаю.
– Что случилось?
– тревожно спрашивает Евгений.
– А?
– Ты долго не отвечала, бл.… - ругнулся.
– Я уже не знал, что и думать!
– Может быть, я была в душе или в туалете? Ты об этом не подумал? А ещё я могла банально не слышать! Или…
– Или куча других, гораздо более мирных вариантов, Вик, я в курсе. Но после недавних событий мне в глотку сразу цепляется страх и душит, сука, аж дышать невозможно. Ты точно в порядке, Вик?
Я некстати вспоминаю, что у него на груди так и красуется татуировка с моим именем.
– Почему ты татуировку не свел?
– невпопад спрашиваю я.
– Когда мы расстались! Сейчас не о причинах, а о последствиях. Ты ожесточился. Разве не логично было бы ее свести?
*****
Евгений
Есть только одна женщина на всем белом свете, которая может уложить меня на лопатки, не применив силы.
Только словом.
Или взглядом.
Это она.
Вика, моя Ласточка.
Как сейчас.
Всего лишь вопрос, простой, казалось бы, вопрос. Но он задевает такие глубины, каких я сам в себе не знал до этого момента.
Она всегда видела меня лучше и глубже, чем я казался сам себе или другим.
Может быть, поэтому я с ней? Другие бы меня не вывезли, а она…. всегда твердила, что я хороший.
Даже когда перед свиданием с ней я тщательно смывал с кулаков кровь и обливался парфюмом с головы до ног, чтобы не пахло разборками и потом.
Нес всего себя к ней и знал, что она видит во мне большее, чем просто Павлова Евгения.