Прорыв осады
Шрифт:
– Что знает один смарр – знает Гнездо, – внезапно процитировал невесть где подслушанную поговорку Евгений Саныч. – А мы не меняли внутренних номеров со времен Ассамблеи.
– Номер Земного отдела был в справочнике, – не слишком уверенно возразил Филиппыч. – Его каждая собака наизусть знала на всех трех этажах.
– Мы только что со склада, Семен, – невпопад напомнил Павел. – Знаешь, что там? Пепел. Горелый металл, зола и никаких трупов для опознания. Молниеносный тепловой удар изнутри – соседи почти не пострадали.
– Магия
Он посмотрел на тихонько отошедшего к указанному креслу Анатолия. Прикрываясь уже наполовину сползшей маской непробиваемого скепсиса, опер жадно впитывал информацию.
– Анатолий Кабанов, если не ошибаюсь? – осведомился Потапов как бы мимоходом. И, не дожидаясь ответа, обвел кабинет пальцем, начав с себя: – Сергей Анатольевич, Семен Филиппыч, Евгений Саныч… Этих двоих вы, вероятно, знаете. Ничего, если пока на «вы»? Извините, что так наскоро, у нас тут возникли некоторые проблемы. Впрочем, если уж наша пехота вас сюда привезла, вы, должно быть, в курсе.
– В общих чертах, – отозвался опер, постаравшись усмехнуться как можно более криво. – В самых общих. Ну ничего, зато пока интересно.
Павел поморщился. Да уж, с опером получалось неудачно. Хуже некуда, если уж честно. У того сейчас и своей неразберихи в голове хватает – где свои, где чужие, как да и почему? А тут еще прямо с порога угораздило вляпаться в самый центр чужих проблем. Все-таки надо было позвонить Шефу по дороге на фабрику! Высадили бы капитана у метро, договорились на завтра…
– Ага, – понимающе кивнул Потапов. – Значит, уверенности еще ни в чем нет. Не обольщайтесь, это взаимно. Я пока что о вас только наслышан.
Он покосился на Филиппыча. Опер тоже.
– Ваше дело, – согласился он. – Зачем тогда везли?
– Чтобы показать… – начал было Сергеев.
– И поговорить, – напомнил Анатолий с готовностью. – Ну так давайте, я слушаю. А если не ко времени пришелся, так уж извините – не напрашивался.
– Ты еще и не на то напрашивался, – пробурчал Павел.
Но тут Шеф вдруг резанул прямо сплеча, и все остальные замолкли:
– Ладно, времени нет, поэтому слушайте главное. Мы – люди. Но, кроме нас, есть другие. Иногда тоже люди, иногда совсем наоборот. Эти другие почти все хотят вмешиваться в нашу жизнь. Как, зачем и насколько, объяснять сейчас не буду. Либо мы все подробно обсудим позже… либо это вообще не понадобится. Важно лишь то, что причины у них есть крайне веские, а последствия вмешательства для земной цивилизации порой катастрофичны. Мы – которые люди – в меру сил пытаемся этому мешать. Сил этих сейчас маловато. Каждая лишняя пара рук может оказаться неоценимой. Вы с нами, Анатолий? Времени на раздумье нет. Да или нет, и сразу.
– Я… – капитан не удержал марку, лицо его вдруг отразило душевные терзания неодолимой силы. Садясь в машину к Федору, он, конечно, ждал подобного
– Подумать? Нет, – отрезал Потапов. – В данных обстоятельствах те минуты, что мы говорим с вами и о вас, – бесценное, потерянное даром время.
– Понаблюдать, – нашелся опер.
Потапов медлил лишь секунду.
– Хорошо. Понаблюдайте. Предупрежу только о двух вещах. Во-первых, здесь скоро может стать опасно. Во-вторых, не надейтесь унести на сторону какую-либо информацию. Все равно найдем и удалим ее из вашей памяти. У нас бывают проблемы, но с такими элементарными вещами мы справляемся легко.
– Согласен, – опер кивнул с таким явным облегчением, что Павел понял: удара в спину от него можно не ждать. Сейчас капитан действительно всего лишь хочет разобраться, во что же на самом деле он ввязался.
Шеф уже отвернулся от Анатолия. Не забыл, само собой, – отложил проблему в пользу решения более насущных вопросов.
– Это все-таки был ультиматум, – произнес он. – Настоящий. И если у них действительно верховодит ящер, то ему плевать на нашу вчерашнюю демонстрацию.
– Он случайно не проговорился, зачем ему все-таки нужен египтянин? – осведомился Федор.
– К счастью, нет, – отозвался Шеф.
– Почему – к счастью?
– Потому что иначе мы бы сейчас ломали голову, зачем он это сделал и насколько ему можно верить.
– А может, отдать к чертовой матери? – усомнился вдруг Филиппыч. – Нет, ну правда. Разнесем же полкорпуса. Наделаем трупов. Самого ящера, конечно, не уложим.
– Если придет смарр, трупов мы не наделаем, – произнес Павел. – Он придет один и возьмет то, что нужно. Сопротивление в этом случае не имеет смысла. Если же придет не ящер, то мы справимся так же легко, как вчера.
– И это будет значить, что ему либо нужно избавиться от балласта нашими руками… – произнес Потапов, – либо избавиться от нас, но обязательно местными, земными методами. Учитывая трепетное отношение смарров к конспиративному режиму, возможны оба варианта.
– Надо людей из корпуса убирать, – проговорил вдруг Евгений Саныч. Это было ново, в оперативном планировании он обычно не участвовал, предпочитая бизнес-планы боевым. – Опять всему «Стройтресту» отгулы оплачивать.
– Приступайте, – согласился Шеф. – Максимально оперативно. Вплоть до объявления пожарной тревоги.
– Охрану – тоже, – подсказал Павел. – Не дай бог, сопротивляться начнут.
Директор вскочил и едва ли не бегом покинул кабинет. Главного он добился – с пользой для дела обеспечил себе отступление.
– Сколько людей они могут выставить? – спросил в пространство Филиппыч и почему-то посмотрел на Павла.
Тот пожал плечами.
– Вчера мы вывели из строя шестерых. Может быть, семерых. Если сегодня они решаются на ультиматум, значит, имеют минимум втрое-четверо больше.
– А почему не вдесятеро? – заинтересовался Сергеев.