Пролог
Шрифт:
… точно! – это же тетрархские меры времени…
… тьфу ты, черт… напугал…
… блин!!!.. а где я часы возьму!?..
– У меня часов нет!
– Да что ты!.. – издевательски отозвался уже невидимый главком, и на Дениса, тут
же, от огорчения за очередной ляп, снизошло озарение: он ткнул пальцем в правую
подмышку и приказал:
же по циферблату, не спеша, поползла белая точка.
– Вообще-то, я тебе скажу, когда стартовать, – раздался в наушниках голос
любимого руководителя, – я это так… – прикалывался…
«Приколист херов!» – беззлобно подумал Денис.
«Точно!» – поддержал его внутренний голос.
Прошло несколько томительных минут и Денис услышал:
– Ползи! – Он обхватил трос руками и ногами и двинулся в ночь, головой вперед.
Конечно, можно было бы двигаться и ногами вперед, но так было удобнее, да и вообще…
– ногами вперед – это как-то не очень… Бездумно глядя в звездное небо, Денис быстро
скользил вперед – благо трос имел небольшой уклон вниз. Как выяснилось, «Завесу Пта», так напугавшую его, он преодолел даже не заметив, поэтому сильно удивился, услышав
неожиданно рано, как ему показалось, голос командора: – Тормози!
Денис без проволочек выполнил приказ верховного главнокомандующего, а после
остановки, как можно дальше запрокинул голову, чтобы оценить обстановку по ходу
движения. Он увидел главкома, легкомысленно сидящего на тросе, привалившись плечом
к шпилю. Первым, что спросил Денис у любимого руководителя, изображавшего
монтажника-высотника из старых советских фильмов, было:
– Шэф, а как шкира меня поняла?! – я же на русском…
– Дэн, пожалуйста… – брезгливо отозвался верховный главнокомандующий, –
пока я не скажу, что можно, не отвлекайся на всякую… – главком промолчал и не стал
конкретно идентифицировать на что не надо отвлекаться, но все же, через губу, пояснил, –
она работает с биотоками, а не со словами. – И тут же перешел к делу: – Давай, спускайся.
Денис привычно попытался поднять сознание и с нарастающим испугом убедился,
что потерпел в этом начинании фиаско – золотой запас молодой советской республики
был полностью истрачен на борьбу с капиталистическим окружением – до последней
пылинки! Тревожно поглядев по сторонам и вниз, он абсолютно ясно осознал, что
оказался на высоте восьмидесяти метров, вцепившись руками и ногами в тонкий трос, привязанный, в свою очередь, к гладкому металлическому шпилю… – спуститься вниз, без кадата, в обычном состоянии сознания, не было ни малейшей
вполне очевидной ассоциации, припомнил отца Федора, застрявшего на скале, понял
изнутри невыразимый ужас его положения, и мельком пожалел, что бездумно потешался, в свое время, над бедным священнослужителем – да только теперь – что уж… И как бы
поточнее выразиться, стало Денису, скажем так… – невыносимо тоскливо. Точно! –
«тоскливо», это самое верное определение, передающее его состояние в тот момент.
– Шэф… – у меня кадат кончился… на стрельбу весь ушел… – уныло пояснил
Денис, будто пытаясь оправдаться – что мол не на баловство какое был растрачен
драгоценный ресурс, а на важное дело. В ответ любимый руководитель замысловато
выругался, но тут же взял себя в руки, и даже попытался вернуть запаниковавшему
личному составу уверенность в своих силах:
– Грустно девушки… но… не смертельно… я надеюсь… – после чего ловко скинул
одну лямку, потом другую и переместил свой рюкзак из-за спины к себе на колени – вряд
ли подобные действия заслуживали бы хоть какого-либо упоминания, будучи
проведенными на поверхности земли, но не надо забывать, что все вышеописанное Шэф
проделывал на высоте восьмидесяти метров над ней – это высота двадцатипятиэтажного
дома, сидя на тонком тросике. Затем он открыл клапан, недолго порылся внутри и
наконец вытащил из рюкзака кусачки. Денис еще обратил внимание, что они были
какими-то странными, двухцветными – одна сторона белая, другая – черная. Добытые
кусачки любимый руководитель спрятал в карман шкиры, а рюкзак прицепил к тросу
между Денисом и шпилем, после чего повис над пропастью на одних руках. Сделано это
было для того, чтобы обойти висящего Дениса. Процесс этот, неизвестно как для кого, а
для Мастера войны, видимо, являлся совершенно рутинным: две руки держатся за трос
рядом с руками Дениса, затем одна переносится за его руки, к ней переносится вторая
рука, затем все повторяется с ногами и путь в обратном направлении открыт! Обойдя
Дениса, мудрый руководитель обхватил тросик руками и ногами и шустро пополз обратно
– к обрыву, причем полз ногами вперед, а головой, соответственно, к оставшемуся в
одиночестве Денису.
«Интересно девки пляшут! – по четыре в один ряд! – изумился внутренний голос, –
куда это он? А!»
«А я знаю!?» – огрызнулся Денис, изумленно наблюдая за эволюциями верховного
главнокомандующего. А посмотреть, между прочим, было на что – Шэф отполз метров на
тридцать, остановился и туманно пояснил:
– Дальше не смогу – разобьюсь… – а затем приказал: – Крепче держись! – в