Чтение онлайн

Начало ноября 1940. С.К.Тимошенко, нарком обороны СССР.

Своё состояние и борьбу с бесконечными полчищами срочных забот, навалившихся после принятого на основе сведений от пришельца из будущего руководителем страны и партии решения «незаметно, но правильно подготовить страну к кровавой войне», виделось далёкому от морских дел наркому в сравнении с усиливающимися валами волн, через которые кое-как

переваливал попавший в шторм корабль его распоряжений и усилий.

Если стратегией будущей войны и осмыслением всего, ставшим доступным благодаря уникальным сведениям из 2018, занялись прирождённые штабисты, знавшие о всей подоплёке происходящего - Шапошников и Василевский под прикрытием власти руководителя Генштаба Мерецкова, то ему приходилось заниматься рутиной административных забот по обеспечению их замыслов.

Разумное и заранее согласованное (не без прямых и недвусмысленным грозных указаний Хозяина) неформальное распределение обязанностей и прав позволило относительно справиться с срочными делами без раскрытия главной тайны - происхождения сведений и привлечения новых лиц в качестве исполнителей.

Его же, как Наркома обороны, одолело множество новых забот. Своих, и тех, которыми он занимался вместе с Наркомом вооружений Ваннниковым.

Множество приказов, готовившихся в дикой спешке, ведущих свои корни из идей "группы Мерецкова", легших в неофициальный «План Подготовки СССР» к начинающейся в следующем году большой войне, ушли в округа, дивизии и авиаполки.

Подавляющее число выполнявших их могло придумывать себе множество причин некоторых крутых поворотов, но, как он был уверен, никто и помыслить не мог о истинности и какой-то фантасмагоричности их причины - знаний и опыта из будущего.

Вождь прямо высказался по сему поводу:

–  И те, кто ныне допущен к сведениям, свершили много ошибок в "той" войне. И… допустят в «этой». Исключений нет. У нас остаются те же люди. Мы не можем каждого ткнуть в его ошибки и провести работу над ними. Сможем ли мы, как говорит наш потомок, «переиграть с лучшим результатом» войну, зависит от тех, кому известна картина того будущего. Вы, товарищи, сейчас «переигрываете» войну не только за себя, но и за тех, кто будет выполнять ваши приказы.

Они поняли, что он не отделял и себя от всех их. Хотя и обошёл стороной те вопросы, которые ставили ему в упрёк потомки в своих книгах.

–  У нас нет других людей, кроме тех, что есть. Товарищи, на пути к Победе мы все должны вынести для себя уроки из того неожиданного подарка, который поднесла нам природная случайность. Скорее всего, первый раз в истории человечества отдельные его представители не просто предполагают, а знают развитие событий, которые можно изменить в лучшую сторону.

С пехотой и артиллерией все было более менее ясно. Но не в плане удовлетворённости их состоянием, а в смысле - ясно, что делать. Пехоту - учить настоящим образом, с учётом уже известных им уроков

маневренной войны в Европе и внимательного изучения «взглядов из завтра» и осмысления с расстояния лет «той» войны, которую они сами всё же выиграли ценой большой крови. Цель - поднять боеготовность и боевую устойчивость стрелковых дивизий РККА к маю-июню 1941 хотя бы раза в полтора, приблизив их к уровню пехотных дивизий вермахта.

Артиллерию - использовать правильным образом и не потерять массу недешёвых и весьма неплохих орудий в окружениях, как в «тот» раз. Множество из потерянных тогда орудий, ставших трофеями врага, как известили их материалы потомка, после убивали на службе в вермахте бойцов РККА!

Времени на всё - в обрез. Чтобы вермахт на пути к Минску, Смоленску, Киеву, Харькову, Одессе и Ленинграду потерял больше, а РККА меньше. И битв под Москвой и за Сталинград тогда уже просто не будет, враг не сможет прорваться так далеко.

Больше всего споров вызывали мехкорпуса РККА и их новое будущее.

Единственное, в чём были согласны все вовлечённые, существующим в разной степени боеготовности десяти механизированным корпусам предстояло сыграть по настоящему (а не так, как вышло в «прошлый раз») роль того, чем будут обрубаться прорывы ведомых тевтонскими гениями «катящихся роликов» танковых групп вермахта.

Огромная масса танков была потеряна в "той" войне, летом 1941-го, впустую. И самое страшное - не в бою. А брошенными по причине нехватки горючего, из-за множества поломок, в первую очередь, ходовой части, на бессмысленных маршах мехкорпусов.

Мечтать же о доставке сотен танков к полю боя на специальных автотранспортёрах, как одном из используемых в будущем, по словам потомка, вариантов, было невозможно по причине принципиального отсутствия подобных в настоящее время и считанном количестве подходящих автотрасс. Да и то решение из будущего, как предполагал потомок, которого специально спрашивали на сей счёт, также, с его слов, не являлось идеальным и не всегда используемым.

Оставалось надеяться на улучшение работы ремонтных служб и более разумное понимание и использование командирами возможностей мехкорпусов.

После яростных споров им все же удалось выработать компромисс в их идеях. Мехорпусов пока останется десять, а намечавшееся, до «известий из будущего», решение формировать ещё два десятка, было отвергнуто после изучения всех последствий и итогов начального периода войны. Зато существующие будут к началу «этой» войны полностью оснащены и в достаточно степени боеготовы. Особенно мы рассчитывали закрыть проблемы с автотранспортом, зенитной артиллерией (даже у учётом её усиления в штатах частей). Рассматривавшийся также в качестве варианта перевод бронетанковых войск на бригадную основу, которая из-за больших потерь в «той» войне не имела альтернативы и являлась вынужденной, был признан вносящим разлад в текущее состояние дел в бронетанковых войсках и отвергнут.