Чтение онлайн

–  Не враг, а приспособленец?

–  Может и да. Да точно, приспособленец, буржуйчик мелкий, сам признаётся в том. Нет в нём непримиримости пролетарской. Для него она - фанатизм, раскусил я его. Да и раскусывать не надо, он сам так нас называет. Но что сделаешь, когда вся страна таких? Никто, повторяю никто, по большому счёту, против Горбачева, ну того, кто в 1985-м первым секретарём стал, и всех, кто от СССР в 1991 избавлялся, не вышел. Были и не согласные, но так, чтобы оружие в руки взять - не было! Были у них в 1993 году

какие-то пострелушки, но какие-то… оперетка одна. Народ не поддержал. Значит, пошумели и всё. По настоящему не хотели. Рожков считает - что именно потому, что не хотели по настоящему, до крови большой. Даже не согласным - наша революция и Гражданская как пример плохой была, боялись страну кровью залить. Да и ещё оружие это, атомное… они его там страшно боятся, узнаешь ещё, почему.

Я его спрашивал несколько раз - почему за социализм воевать не стали? А он каждый раз одно и тоже - свобода мнений, выборы демократические, не хотели тоталитаризма, «на западе» лучше живут.

–  Верит в то, что говорит?

–  Да. Он, действительно, так думает. Вокруг него и его вычислителей, что с ним с собой были, крайне полезные устройства, столько информации на них, целый отдел вот товарищ Берия организовал. За ним наблюдение и контроль удобно организованы и он при деле, на страну работает и сам вроде доволен. Говорит, что думает. По голове за это не бьют, а он это ценит больше всего.

–  Пропаганда хитрая там, в будущем?

–  Видимо да, очень тонкая. В которую хочет и верит большинство и даже, я думаю, кое-кто из верхов. Или стараются не выходить за рамки эти сами себе нарисованные. Вообще, похоже, что во всём там тоньше действуют и изощрённей. Ругай кого хочешь, говори что хочешь, занимайся чем хочешь, лишь бы все… «строго в рамках закона», а раз наука и технический прогресс получше жизнь людей сделали, вот и нет желающих революции делать. Буянят там во многих странах, но именно буянят. С жиру бесятся по нашему. Послушал я, чего они требуют, так оторопь берёт. Спроси Рожкова сам, про «гринпис» и что за права Эл-Га-Бэ-Тэ такие, много нового о людях из будущего узнаешь. Забыть захочешь, обещаю тебе. «Развидеть», как пришелец сам шутит. Классовой борьбы там, видимо, настоящей, нет вообще.

–  А коммунисты? Они вообще, есть?

–  А что коммунисты? Коммунисты, с его слов, вроде есть и в Российской Федерации, и в Европе, и даже Америке, но судя по тому, что он из головы вытянул, все они как… эсеры наши. Болтуны. Пролетариат там развращенный. Обхитрили там капиталисты всех, дали жирные куски, слова красивые говорят и всё! Общество даже называется - пост-индустриальное, рабочий класс в числах снижается, производства механизируются и компьютерами - вычислителями этими управляются. Ты понимаешь, что это значит!? В теории марксисткой не всё было предусмотрено. Очень многое не так пошло, совсем не так… ты представляешь!? Мы что-то с этим сделать должны. Войну, как шла, мы хорошо теперь

представляем. С его, Рожкова, сведений, а он войной интересовался, военные много чего узнали, почитаешь еще. И про мир, какой в будущем будет, очень интересно все вышло. Никто и близко не угадывает, какие люди, страны и отношения будут через полвека и через 78 лет. Войну, конечно, мы выиграем. И атом покорим и ракеты построим. И даже… приборы эти, компьютеры, с которыми СССР припозднился, благодаря «попаданцу», как он сам себя называет, сделаем. СССР в 1991 будет крепок. Но что будет дальше? Как сделать так, чтобы и в 21 веке всё верно и крепко шло?

–  Пусть у тех, кто за нами будет и голова болит… - осторожно сказал я.
– обеспечить им хорошие позиции.

–  Чтобы. Снова. Просрали? Как этот, Горбачёв? Что в теории у нас оказалось не так? У меня даже мысль была - может и был, в чём то прав Троцкий, надо было рвать на штурм Берлина и Варшавы, собрав больше сил? Глупая, конечно, мысль, что в голову полезла… пока капиталисты после войны были ослабевшие… но совсем тогда недолго бы мы протянули, мы ещё слабее тогда были. Думать мы будем крепко. А ты, Вяче, читать будешь, много читать, чтобы сейчас стать вдвойне хитрым. Лучше ты вряд ли по своим обязанностям сделаешь. США и Англия нам друзьями, от того что мы им руку протянем раньше, не станут. Да и помогать, если у нас в войне дела лучше пойдут, меньше будут. Рассчитывать мы можем только на народ свой, Красную Армию, и на дела Королева, Курчатова и тех, кто советские вычислители эти делать начинает. И ещё, ты подумай про людей. Их, как оказалось, так просто не переделаешь, и строителей коммунизма просто так не вырастишь. А каждого, кого в расход по пути пустишь… припомнят позже и, что самое страшное, Вяче… свои же припомнят! Ты просто не напортачь по своей ответственности. «Там» ты все правильно делал и здесь сделаешь, ты понял?

Планета Земля. 31 декабря 1940 - 1 января 1941 года.

Начался последний для жителей СССР счастливый и беззаботный, по большому счёту, день гранёного стакана/рюмки/изящного бокала (кому как было удобнее)… упс, Новый год.

Даже та примерно сотня осведомлённых о том, что будет через полгода, всё же надеялась на лучшее. Человеческая натура - она такая… Для страны было хорошо то, что эта сотня, в меру всех своих талантов и способностей не просто положилась на «надежду на лучшее», не очень то соответствующую материалистическому воззрению на мир, которого искренне придерживалось подавляющее большинство из этой сотни, а стремилась прикладывать к этому максимальные усилия.

Чтобы будущее было лучшим, чем «в тот раз»…