Профессор, поправьте очки!
Шрифт:
Первым опомнился Сева.
– -Присаживайтесь, Викентий Сергеевич.
– -Спасыба, я постою,-отозвался тот с хорошо знакомым акцентом.-А вот вас мы посадим.
– -Да уж посадили,-с вызовом сказал профессор.
Викентий Сергеевич посмотрел на него с ироничным прищуром и прошелся взад-вперед меланхолическими шагами.
– -Вы, помнится, вчера тоже были недовольны, товарищ Питухаев?
Под пристальным взглядом холодноватых глаз профессор поежился, но все так же ерепенисто сказал:
– -А вы злопамятны!
– -Я не злопамятен, но всё помню.
– -Какое всё-таки счастье, что те времена прошли!-воскликнул лже-Питухаев.
– -Нэ
– -Да!-горько заметил профессор.-Народ у нас обоюдный, это еще Бунин заметил.
– -Вот видите. В этом обоюдном народе тысяч пятьдесят и надо найти. В России, товарищ Питухаев, одни всегда пытались играть роль отцов-благодетелей, а другие прикидывались благодарными верноподданными, но получалось и у тех и у других плохо. Я всего лишь сломал этот порочный круг и сделал так, как должно быть. Вы недовольны этим?…Впрочем, извините, на минуту вас оставлю.
Викентий Сергеевич вышел за дверь и сразу вернулся с термосом и пластиковой сумкой. Севе показалось, что за порогом всё это ему вручили чьи-то услужливые руки.
Когда червячка слегка задавили, Викентий Сергеевич вдруг сказал:
– -Теперь прошу следовать за мной.
– -Куда это?-недовольно спросил Сева.
– -После еды заключенным полагается прогулка,-ответил Викентий Сергеевич в своей привычной манере – то есть, давая понять, что не исключено, что шутит.
Он поднялся и направился к выходу из комнаты-пенала. Севе и профессору не оставалось ничего другого, как последовать за ним.
Ведя их до оскомины знакомого вида коридорами, Викентий Сергеевич сказал:
– -Ваше позднее появление застало меня вчера врасплох. Сегодня гости наконец смогут увидеть дом, куда они попали…
– -Куда они загремели,-поправил Сева.
– -Молодость мыслит ощущениями,-заметил в ответ Викентий Сергеевич.-Но есть понятия, которым все возрасты покорны. Скажем, вот эта гермодверь. Между прочим, выдерживает нагрузку в десять тонн на один квадратный метр.
Он с видимым усилием толкнул того самого монстра со штурвалом, который запирал выход из мышеловки, и с которым Сева пытался справиться утром, не подозревая, сколько давления на один квадратный метр ему не хватило до полной победы. Преодолев первую гермодверь, Викентий Сергеевич вскоре привел их к другой, через которую все трое вышли из узкого коридора в просторный туннель.
– -Обратите внимание, диаметр здесь в полтора раза больше, чем у обычного туннеля подземки,-сдержанный голос Викентия Сергеевича глухо отдавался под скупо освещенными сводами.-Стыки тюбингов расчеканены свинцовым шнуром… -он почти нежно погладил грубый чугун.- Всякие ученые гадают: какой техникой были построены пирамиды Гизы и храмы Баальбека? И не понимают, что все они построены исключительно волей бюрократов и администраторов…
– -Значит, Метро-2 всё-таки существует?-то ли спросил, то ли констатировал профессор.
– -Как видите!-весело ответил Викентий Сергеевич.- Как и подземный город в Раменках и многое другое. В ноябре сорок первого на станции метро "Маяковская" состоялся торжественный митинг, Сталин прибыл туда в спецвагоне. Вы думаете, он на "Белорусской”-радиальной по билетику в него сел?.. А вывоз в том же сорок первом из Москвы золотого запаса? Состав ушел по железной дороге, но ни от одного из вокзалов не отходил. По этому самому
– -Скажите, Викентий Сергеевич,-вдруг вспомнил Сева,-вы, как местный житель, может быть, в курсе… насчет пропавшего машиниста. Не слышали такую историю?
– -Не только слышал,-сказал Викентий Сергеевич,-но иногда, прогуливаясь ночью по путям, встречаю свежие плевки. Думаю, это он тут бродит.
– -А с чего это он вдруг так: остановил поезд и ушел по рельсам?
– -Не хочу врать, но работка у машинистов – не подарок. Между прочим, опоздание на три минуты на работу считается серьезным нарушением, а для нашего народа приходить на службу вовремя – тяжелое испытание. Добавьте сюда проверку давления и пульса перед выходом на линию. И на алкоголь, разумеется. Так что нервная работенка. Всего четыре выходных в месяц, и, главное, в туннеле – одиночество и вечная вибрация, а от неё – остеохондроз, гипертония, дистония…
– -Да,-сокрушенно вздохнул Сева.-В такой ситуации запросто крыша протечет…
– -Теперь прошу внимания,-сказал Викентий Сергеевич.
Пока продолжался описанный чуть выше разговор, Чикильдеев и Потапов продолжали следовать за своим провожатым по затейливым ходам подземного города и не заметили, как очутились перед большими железными воротами. Викентий Сергеевич загремел замком, приоткрыл страдающую ревматизмом створку, и все трое вошли в темноту, наполненную запахами пыли, металла, резины и старой кожи. Викентий Сергеевич шагнул вбок и на секунду исчез. Когда вслед за щелчком рубильника с потолка пролился неяркий свет, у Севы и профессора от неожиданности зрелища вырвались первобытные восклицания: перед ними был целый музей старых автомобилей. Причем не просто автомобилей, а экипажей той особой породы, которым высокая власть могла довериться без опасения уронить свой престиж. Хотя лаковый блеск кузовов прятался под пыльным флером, белые ободки на колесах и обилие никелированных пустяков вызывали в душе уважение к неподвижным монстрам, похожим на дремлющих зверей… И боязно было вторгаться в мир, откуда эти чудовища родом, и где скрыто столько всего такого, о чем среднестатистическому гражданину лучше не догадываться…
– -Закрытый гараж особого назначения,-сказал Викентий Сергеевич, любуясь машинами и наслаждаясь произведенным впечатлением.-Какие динозавры, а? Чем-то напоминают своих хозяев… Вот это "Красный путиловец". Всего десять таких красавцев было собрано для правительства диктатуры пролетариата… ЗИС-101, какие благородные формы!..
– -Смотри-ка, вам не чуждо чувство прекрасного!-ввернул профессор.
– -Я люблю всё красивое, товарищ… э… Питухаев,-невозмутимо повернулся к нему Викентий Сергеевич, снова съехав на бессмертный акцент вождя.-В том числе, когда солдаты красиво маршируют… Вот здесь, взгляните,-продолжил он нормальным голосом,-ГАЗ-12, детище инженера Липгарта. Сам инженер по доносу снят с должности в пятьдесят первом, а машина осталась служить народу… Вот ЗИЛ-111, выдерживает прямой удар из гранатомета…
– -Шикарные тачки,-заметил Сева.
– -Вы находите?-отозвался Викентий Сергеевич, и его голос предательски дрогнул.-Какая же вам нравится больше всего?
– -Вот эта,-сказал Сева, трогая рубиновый флажок на капоте.
– -Хороший выбор,-одобрил Викентий Сергеевич.- ЗИС-110, кузов бронированный, вес семь с половиной тонн. Утвержден к производству в 1944 году, начало сборки – 1945-й. Утверждают, что напоминает "Паккард-180". Но!-сказал Викентий Сергеевич с обидой.-Но поверьте, это все же не "Паккард".