Чтение онлайн

– Да. Почему я должна сомневаться?

– Потому что он – мужчина, – произнесла Бетти таким тоном, словно этот факт говорил сам за себя. – И кроме того, он обманывает тебя.

– В чем именно?

– Не знаю, – вынуждена была сознаться Бетти. – Но глазки у него бегали. Тут что-то нечисто. Он точно сын Шарпа?

– Да, – раздраженно ответила Андреа. Ей не хотелось заканчивать восхитительный день перепалкой с сестрой. Ну почему Бетти не может поверить, что на свете случаются чудеса и люди влюбляются друг в друга с первого взгляда?! – Уж этот факт Найджел предпочел бы скрыть от меня.

Но нет! Он честно признался мне, пусть и не сразу.

– Тогда ума не приложу, что с твоим Найджелом не так. Может, он скрытый алкоголик?

– Он же врач!

– Ну и что? Врач – еще не означает ангела с крылышками за спиной. Ты хоть представляешь, какая у него ответственная и трудная работа? Как он, по-твоему, снимает стресс?

– Ходит с друзьями в спортивный бар.

– А что у него за друзья?

– Бетти, откуда же я знаю? Мы с Найджелом знакомы всего два дня! Но, обещаю, как только встречусь с ними, тут же расскажу тебе. Кстати, Найджел уже спрашивал, как я отношусь к дружеским посиделкам с креветками и пивом.

Бетти вздохнула. Неужели Андреа действительно встретила идеального парня? Как бы ей хотелось в это верить, но червячок сомнения точил ее сердце, не давая уснуть почти до рассвета. Только бы Андреа не повторила ее судьбу! Лишь бы не попалась в лапы обманщика. Бетти на собственном опыте уяснила, что ни одна физическая боль не сравнится со страданиями, которые причиняет предательство самого близкого человека.

– Как насчет того, чтобы погулять сегодня вечером по парку? – спросил Найджел. Не дав Андреа ответить, он добавил: – Потом, когда проголодаемся, посидим в каком-нибудь уютном ресторанчике. Как тебе моя идея?

– По-моему, просто замечательная.

Они медленно добрели до Гранд-парка. Андреа взяла Найджела под руку, и они влились в поток влюбленных, решивших погулять в этот светлый теплый вечер по тенистым парковым аллеям.

– Удивительно, какое спокойствие и умиротворение вокруг, – сказал через некоторое время Найджел, осмотревшись.

– Да, именно за это я и люблю Чикаго. Здесь витает какой-то особый дух. Днем – это огромная машина, которая постоянно двигается, работает, бурлит, кипит, потребляет и вырабатывает массу энергии… А вечером, в парке, совсем не ощущаешь давления густонаселенного мегаполиса. Такое чувство, что выпадаешь из пространства и времени. – Андреа осеклась. Действительно ли ей так нравится огромный город? Или ее привлекает мужчина, живущий в нем? Разве еще несколько дней назад она не скучала по покою и размеренному темпу жизни Уокигана, где остались ее родители? Неужели влюбленность изменила ее видение мира?

Найджел почувствовал ее колебания.

– Похоже, ты еще не уверена, что хочешь остаться в Чикаго навсегда, – с усмешкой произнес он, дав понять, что угадал ее мысли. – Или лучше сказать, остаться со мной.

– Найджел…

– Андреа, только посмотри!

Он запрокинул голову и расплылся в счастливой улыбке, как маленький ребенок, впервые столкнувшийся с одним из чудес природы.

– Что? – Андреа в недоумении задрала голову, пытаясь угадать, что так удивило Найджела.

– Звезды!

– Звезды?

– Да,

звезды. Вон созвездие Большая Медведица. Видишь?

– Ну да. Ее каждый школьник знает.

– Да, но школьники Чикаго знают ее по картинкам в учебниках. Большинству из них даже в голову не придет задрать голову и посмотреть на небо. А ты сама часто любуешься ночным куполом? Или, как все остальные, мчишься на работу и с работы, забыв, что в мире есть красота и вселенская гармония?

– Найджел, да ты романтик! – воскликнула Андреа.

– А что в этом плохого? Да, я верю в вечную любовь и в то, что истинное счастье можно обрести лишь рядом с любимой женщиной. А еще мне кажется, что ты и есть моя вторая половинка… – Найджел неожиданно остановился и повернулся к Андреа. – Я тебя пугаю?

– Немножко, – призналась она, хотя чувствовала то же самое, что и он.

– Андреа, я не могу молчать.

– Найджел…

– Пожалуйста, не перебивай меня. Ты – та женщина, которую я искал всю жизнь. Да, безусловно, у меня были любовницы, но, когда они уходили, я не испытывал ничего, кроме легкой досады и разочаровании из-за того, что снова ошибся. Ни одной из них не удалось затронуть струны моей души. Андреа, мы созданы друг для друга. Ну вот, теперь ты точно считаешь меня сумасшедшим.

– Нет, Найджел, вовсе нет. Просто все это так неожиданно, быстро и…

– Чего ты боишься?

Как Андреа могла сказать, что ее останавливают предостережения сестры? Она ведь сама упрекала Бетти в том, что ею движут обида и свежие раны предательства. Почему же теперь она не решается броситься в омут любви? Ведь она полюбила Найджела с первого взгляда!

Найджел обнял Андреа за талию и прижал к себе.

– Андреа, что бы ни случилось, пожалуйста, верь мне. Ты дорога мне, и я не хочу потерять тебя из-за… из-за какой-нибудь дурацкой ошибки.

– Найджел, не беспокойся. Я знаю, что ты никогда не причинил бы мне боль намеренно, – сказала Андреа, удивляясь волнению Найджела.

Он еще крепче прижал ее к себе.

– Я не буду тебя торопить. Мы вернемся к этому разговору, когда ты будешь к нему готова, хорошо?

Андреа кивнула и сменила тему:

– Может, зайдем куда-нибудь поужинаем?

– Предлагаю заглянуть в итальянский ресторанчик. Он здесь неподалеку.

– Отлично. Веди меня.

Они взялись за руки, как влюбленные подростки, и побрели по аллее. Затем свернули раз, другой, и, к удивлению, Андреа, не разглядевшей за подстриженными в форме животных кустами небольшого круглого здания, оказались у входа в «Римини».

– Здешний шеф-повар родом из Италии, поэтому его блюда пропитаны духом этой страны, – пояснил Найджел прежде, чем они переступили порог парадного входа ресторана национальной итальянской кухни.

Андреа сначала забеспокоилась, что недостаточно хорошо одета для посещения ресторана. Если бы Найджел предупредил ее заранее, то ей бы не пришлось сейчас краснеть, встретившись взглядом с женщиной в платье от-кутюр.

Однако элегантное и скромное на первый взгляд платье Андреа таило в себе такой заряд сексуальной энергии, что стоило мужчинам ее увидеть, как они уже с трудом отрывали от нее глаза.