Чтение онлайн

Вдруг этот человек не был уверен, что я его дочь, и это был своего рода тест? Всё, что я знала - это слова Севастьяна. Чёрт. Могу ли я ему вообще доверять...

Натали, расслабься.
– Он наклонился вперёд и взял мою руку.
– Он хороший человек.

Как только я решила, что Севастьян - козёл, как он тут же стал таким понимающим. Случайная вспышка неуверенности у меня. Случайная вспышка сочувствия у него.

Потом он нахмурился.

У тебя руки холодные.

Я посмотрела вниз, а он взял обе мои ладони

в свои. Чтобы согреть.

Как и должен был делать в моём воображении мой будущий неизвестный парень.

Я моргнула. Неужели это было всего день назад?

Разве среди вещей не было перчаток?

Я не успела всё просмотреть.

Не нервничай.
– В его голосе звучала абсолютная уверенность, - ты играючи со всем справишься.

Откуда ты знаешь?

Потому что обычно ты так и делаешь.
– Лимузин снизил скорость, Севастьян выпустил мои ладони и, прочистив горло, сообщил, - мы приехали.

Сторожевые собаки и автоматы. Чему я удивляюсь?

В начале подъездной дорожки возвышались две двухэтажные башенки, образующие арку над коваными железными воротами. Перед ними стояли вооруженные люди в форме с рычащими собаками.

Наш водитель опустил окно и заговорил с охранником, который, казалось, всё старался меня рассмотреть. Полагаю, им всем было интересно, как выглядит потерянная дочь Ковалёва.

Ворота распахнулись, и мотор заурчал. Когда створки за нами закрылись, Севастьян немного расслабился, как тогда, в самолёте, едва мы взлетели. Выражение его лица стало чуточку менее угрюмым.

Что ж.
– Я удивленно выдохнула.
– Совсем другое дело.

Охрану к твоему приезду усилили. Ковалёв не допустит никаких случайностей. Но бояться не стоит. Мы не позволим ничему с тобой случиться.

Я не боюсь, я просто никогда раньше не покидала Корн Белт. А теперь это...

Я знаю, зверек.
– Я заметила, как он посмотрел на мои сплетенные на коленях пальцы и подумала, что ему вновь хочется взять меня за руку. Но он сдержался.

Водитель ехал по извилистой дороге через парк с чередующимися лужайками полей для гольфа. Сквозь низко висящие облака начали пробиваться солнечные лучи.

Я хотела уделить внимание каждой детали, чтобы запомнить свой первый приезд сюда, но снова и снова отвлекалась на Севастьяна.

Пока мы ехали по милому деревянному мостику, я заметила, что он меня изучает. Наблюдает за моей реакцией на окружающую обстановку?

Растительности вокруг стало больше, густой лес приобретал осенние краски. Листва берёз и других деревьев являла собой буйство оранжевого, красного и золотого - золотого, как цвет глаз Севастьяна.

Когда мы подъехали к огромной постройке на берегу озера, я воскликнула:

Это оно?
– Стены и колонны были цвета слоновой кости, черепичная

крыша венчалась тремя медными куполами, зелёными от патины.
– Купола! О, это великолепно!
– Никаких мрачных советских монолитов. Отражение этого строения в зеркальной глади озера придавало всей картине оттенок нереальности. Я влюбилась и готова была признать, что чувствую себя как дома...

Это озёрный павильон.
– В ответ на мои поднятые брови Севастьян пояснил, - место, где гости могут выпить чаю.

О.
– Мы поехали дальше.

По пути располагалась конюшня с не менее чем полусотней денников.

Сколько здесь всего лошадей?

Десятки. Ковалев любит животных.

Белые тигры, ау? Может, он держит в клетках медведей?

Когда мы повернули, впереди показался особняк. Нет, не особняк - дворец.

У меня челюсть отвисла.

Вот он, - сказал Севастьян.

От основного трёхэтажного здания в обе стороны далеко раскинулись два крыла. По размеру они походили на городские дома, но обладали куда большим очарованием. Я поняла, что озёрный павильон был миниатюрной копией особняка. Лучи клонящегося к закату солнца отражались от куполов.

Я... это...

Это бывшая царская резиденция, - сказал Севастьян.
– Двадцать лет назад она находилась в плачевном состоянии и ожидала реставрации, как историческая ценность. Ковалев купил её и кропотливо восстановил.

Так это историческое здание.
– Моё сердце заколотилось.
– Ты не сказал, что я буду жить в... в истории.

Лимузин припарковался рядом с цепочкой высококлассных автомобилей всех видов и моделей. Прежде чем водитель смог дотянуться до моей двери, я уже выбралась наружу, Севастьян - за мной. Я задрала голову вверх.

Впечатляюще, - в конце концов смогла произнести я.

Севастьян удовлетворенно кивнул.

Horosho. Я рад.

Это, должно быть, Наталья Ковалева!
– Из огромных медных дверей появился молодой человек примерно моего возраста. Когда солнце осветило его лицо, мой рот открылся. Он был... сногсшибательным. Его русые волосы были модно подстрижены, черты лица - почти идеально симметричны. Его дьявольские яркие серые глаза светились интеллектом.

Я едва обрела дар речи после вида особняка, как мой несчастный мозг снова переполнился.

Это Филипп Люкин, - представил его Севастьян тоном, полным осуждения.

Если Севастьян обладал суровым обаянием и сексуальностью, то Филипп был ослепляюще красив. Пока я пыталась вспомнить, как разговаривать, Севастьян добавил:

Он твой кузен.

Как некстати.

Филипп поспешно заметил:

Дальний, из совсем другой линии и всё такое.
– У него был британский акцент. Он одарил меня милой улыбкой с ямочками и идеальными зубами.

Филипп протянул руку вперёд, чтобы хлопнуть Севастьяна по спине: