Проект «Сфинкс»
Шрифт:
— Ладно, — нехотя согласился Карл.
Хольман осторожно, словно пугаясь собственной смелости, выбрался из-под стола, на карачках добрался до двери, приоткрыл и приник глазом к образовавшейся щелке. Коридор был пуст. Значит, все в порядке. Показалось. А может, пробежала обычная крыса — их популяция заметно сократилась за эти годы, но иногда и они попадались в расставленные Карлом ловушки.
Карл с облегчением выдохнул и встал на ноги. Встречаться с желтоглазым Охотником вовсе не хотелось. Как и с мутантами-крысами, впрочем, тоже.
В этот момент дверь разломилась пополам от мощного удара и влетела внутрь вместе с Хольманом,
На кухню ворвалось нечто странное. Ранее ни Хольман, ни Крюгер не видели ничего подобного. Это был металлический монстр, отдаленно напоминавший человека. Вместо головы — округлый шлем с забралом, совсем как у рыцаря. Сквозь прорези для глаз мерцало синее свечение.
Франц взвизгнул, как пойманный заяц, и попытался проскочить к дверному проему, но железная рука монстра схватила его за шиворот, сильно встряхнула, подтянула к себе и с силой отшвырнула. Крюгер ударился о бетонную стену и услышал, как сочно хрустнули у него ребра. Ключица правой руки сломалась, как спичка. Тесак выскочил из руки, со звоном отлетев к ногам монстра.
Франц медленно поднялся. Ярость внезапно перехлестнула через край — та ярость, которая происходит из чувства отчаяния, та ярость, что стирает все границы и притупляет инстинкт самосохранения. Пятна злости покрыли щеки Крюгера. Он издал звериный рык и бросился на монстра — и встретился лицом со стальным кулаком, погрузившим сознание бывшего надзирателя во мрак. Отлетев к стене, он свалился на пол, как куль с картошкой, и затих.
— Не-е-е-ет! — истошно заорал Хольман, выбираясь из-под перевернутого стола. — Не убивай меня! Прошу! — Он поднял вверх дрожащие руки.
Железный монстр на мгновение замер. Очевидно, слова человека привели того в некоторое замешательство. Затем сделал два шага вперед, схватил Хольмана за голову и поднес к мерцающей щели забрала.
— Не-е-ет, — жалобно проблеял Карл, обхватив ладонями руку монстра. Казалось, что этот возникший из темноты кошмар вот-вот оторвет ему голову. — Пожалуйста…
Монстр некоторое время рассматривал свою добычу. Но вскоре милосердие исчерпалось. Монстр выбросил вперед правый кулак, и отполированная сталь встретилась с грудной клеткой Карла. Раздался довольно громкий хруст. А потом и Карл потерял сознание.
…На раскаленной сковороде дымилось обугленное мясо.
* * *
«Жив! Жив! Я, черт подери, жив! И буду жить вечно! Господь любит меня! Он не забыл обо мне!»
Этот голос звучал в голове Хольмана и врезался в сознание, словно добротный финский нож.
Карл приоткрыл глаза.
Перед ним стояли пять человек, одетые в какие-то необычные черные трико. Капюшоны плотно облегали головы незнакомцев, оставляя снаружи лишь лица. Железный монстр, к счастью, исчез. И последний факт не мог не порадовать Карла.
— Живучий гад! — буркнул один из незнакомцев. Под облегающим костюмом заиграли крепкие мускулы. — Что будем с ним делать, командир?
— Допросим, — коротко ответил другой человек, пощипав и подкрутив пальцами кончик усов.
Хольман попытался подняться на ноги, но у него ничего не вышло: запястья рук и лодыжки ног были туго стянуты веревками и связаны между собой за спиной.
— Лежи и не рыпайся,
Только сейчас Карл понял, что совершенно не понимает, о чем говорят эти люди. Но с ужасом осознал, что язык, на котором к нему обращались, был ему хорошо знаком. Это была РУССКАЯ речь. Сердце затрепыхалось, как птица, пойманная в клетку.
— Биттэ, тотэн зи нихьт! [10] — невнятно пробормотал он первое, что пришло в голову. — Хитлэр — дас эндэ! Хитлэр — капут! [11]
Незнакомец склонился и в упор уставился на пленного. Его губы сначала задрожали, потом искривились и, в конце концов, разжались. Раздался громоподобный смех. Остальные тоже его поддержали, но более сдержанно. От этого смеха Карлу стало не по себе.
10
Пожалуйста, не убивайте! (нем.)
11
Гитлеру — конец! Гитлер — разбит! (нем.)
«Почему русские «Иваны» смеются? Ведь им должны нравиться эти фразы?» — подумал Карл.
— Капут, капут, — проговорил здоровяк, еле сдерживаясь от слез и слегка похрюкивая от удовольствия. — Давно уже капут! У тебя, что, Ганс, совсем мозги отшибло? Я ведь слегка тебя приложил — не то, что твоего дружка. Так что, Ганс, тебе сильно подфартило, можешь мне верить.
— Ихь бин нихьт Ханс, хэрр официр! [12] — пролепетал по-немецки Хольман. — Ихь хайсэ Карл! [13]
12
Я не Ганс, господин офицер! (нем.)
13
Меня зовут Карл! (нем.)
Здоровяк выпрямился и задумчиво почесал подбородок.
— Тьфу-ты! Ну что за собачий язык! — Он обернулся к своим товарищам и спросил: — Кто хорошо знает немецкий? Нужно допросить эту сволочь по всем правилам.
— Давай я, — предложил свою кандидатуру высокий брюнет. — А профессор будет суфлировать наш диалог.
Бородач, что стоял слева от него, кивнул, и сказал:
— Насчет языка, уважаемый, вы заблуждаетесь. Немецкий язык является родным для многих выдающихся философов с мировым именем.
Здоровяк хмыкнул и уставился на немца.
Брюнет присел на корточки рядом с Хольманом и представился по-немецки:
— Меня зовут Николай. Я должен вам задать несколько вопросов, а вы честно на них ответите. Пусть это будет не допрос, а доверительная беседа, хорошо?
— А что вы сделаете со мной после того, как я удовлетворю ваше любопытство?.. Убьете? — Хольман покосился на неподвижного Крюгера, ничком лежавшего у стены. Голова бывшего надзирателя напоминала раздавленную тыкву. Да и у самого Карла вся грудная клетка просто разрывалась от боли: поломанные кости еще не успели срастись. — Кто вы такие и что вам от меня надо? Куда делось то железное страшилище?