Чтение онлайн

– Два года назад ты обещал, – грустно сказала Марина.

– Я люблю сильнее, чем два года назад.

На это его возражение Марина натянуто улыбнулась.

– А я тебя впервые, кажется, нет.

От таких слов он холодно поднялся. Поднялась и Марина. Она была спокойнее, чем он ожидал, и казначей взял себя в руки.

– Знаю. Не уделяю тебе внимания. – На этот раз он выглядел мягким, убедительным. – Это временно. Потерпи. Ты ж видишь, занят с утра и до ночи.

Они направлялись к выходу, минуя основной зал. Но возле поварской их поджидал, отвлёкся от разговора с поваром хозяин ресторана. Из-за бородки он напоминал русского купца

царского времени, и старался выглядеть русским предпринимателем, каким его себе представлял. Широким жестом он вынул из кармана, протянул казначею чек.

– Дополнительный взнос, – объяснил он. А обнятый казначеем, продолжил. – Если победит этот Грин, закрою дела в России. Уеду в Австралию, к чёртовой матери.

Казначей похлопал его по плечу.

– До этого не доёдёт.

Он сказал так, точно имел доступ к тайным сведениям, о которых не могли знать другие.

Расставшись с хозяином ресторана, ни он, ни Марина не возвращались к прежнему разговору. Безмолвствовали до тех пор, пока машина не выехала на ночной, расцвеченный яркими огнями проспект.

– К тебе? – сказал казначей, за рулём взглянув на девушку.

Он не сомневался в ответе, и был удивлён, когда она сказала:

– Не надо.

Больше не произносили ни слова до самого дома, где жила девушка. Он остановил машину на свободном месте у края стоянки, и Марина вышла, направилась к своему подъезду. Казначей глянул на наручные часы. Включил противоугонную систему и зашагал следом. Догнал её у лифта, и она промолчала, когда он вошёл в кабину и нажал кнопку её этажа. И только на лестничной площадке, куда они вышли, Марина прервала это молчание.

– Не надо заходить, – сказала она у входной двери своей квартиры.

– Кто он? – голос казначея вдруг прозвучал уязвлено, резко и требовательно.

– Не важно. Важно, что я отдыхаю за ним… От тебя… – Её голова дёрнулась от хлёсткой пощёчины. Но Марина продолжила. – Ты не хочешь понимать, как женщине важно ощущать надёжность в своём мужчине. Это успокаивает…

Пытаясь удержать слёзы, она прикусила губу.

– Тем лучше, – растягивая слова, зло произнёс казначей.

Он отыскал в кармане электронный ключ, вставил в щель и набрал код. Замок щёлкнул… Марина видела, что дверь сама распахнулась, и волосатая лапа изнутри прихожей в мгновение схватила казначея под воротником, кулак другой лапы врезал ему в челюсть, и его вдёрнули в квартиру. Девушка вскрикнула и побежала к лифту. Её нагнал, сзади зажал рот и, невзирая на сопротивление, потащил обратно высокий парень.

– Не он, – последнее, что она услышала прежде, чем потеряла сознание от несильного, однако умелого, рубящего удара ребра ладони по шее.

Дрались молча, жестоко, в полутьме вестибюля подъезда, в котором была выкручена лампа освещения. Драка сопровождалась хрипами, внезапными стонами, бормотаниями, руганью. На пол со звоном лезвия упала финка, за нею шумно отлетел, ударился о ступень лестницы тяжёлый пистолет. Затем двое повалились один на другого. Тень мужчины метнулась от них к парадному выходу, и этот мужчина, Вадим, выскочил наружу.

Он успел пробежать до подъездной дороги, свернуть направо. Позади хлопнула дверь подъезда, и с пешеходной дорожки он прыгнул, нырнул в густые заросли кустарника, мягко приземлился на руки и плечо. Сразу же туман вдоль подъездной дороги, где он только что бежал, прорезал свет мощных фар. Он успокоил дыхание, перебрался к деревьям и распластался на траве, замер, как сделал бы

преследуемый охотниками зверь. Отбрасывая перед собой огромные тени, в свете фар приближались двое в разобранных плащах. Они тяжело дышали и с пистолетами в руках всматривались вокруг, а с особым вниманием в кусты и деревья по обе стороны дороги. Он притаился, сдержано вдыхал тягучий запах ночных цветов и удивился, что раньше этого запаха не замечал, что такое возможно в мегаполисе. Те двое прошли мимо, не обнаружили его близкого присутствия.

– Я выбил у него пушку, – сказал один из них, вынул пистолет Вадима из левого кармана, словно убеждался, что действительно выбил. – Теперь не уйдёт.

– Здесь он. Я чую… – согласился сообщник и рывком, с треском ткани оторвал от рукава болтающиеся лохмотья. – Фонари нужны.

Их не заинтересовало появление в свете фар двадцатилетнего парня в невообразимо рыжей спортивной кутке и такой же кепке; тот двигался по подъездной дороге от шумной широкой улицы, и они обратили на него внимание лишь из-за странно высокого роста и того, что он скользил по асфальту. Стало слышно, что парень катился на коньках-роллерах. Напевая под нос модный шлягер, он приблизился, а, когда ловко запрыгнул на пешеходную дорожку, они убедились, рыжим был и рюкзак за его спиной, и зашагали к машине с горящими фарами.

Парень свернул к подъезду, рядом с укрытием Вадима. Вдохновлённый неожиданной мыслью, Вадим привстал, насколько можно пригнулся, украдкой догнал парня и прошмыгнул за ним внутрь подъездного вестибюля. В разодранной одежде он производил впечатление бомжа, и парень откровенно прикрыл собой домофон возле следующей двери, но код электромагнитного замка набрать не успел. Вздрогнул от короткого удара, хотел поднять ладонь к шее, однако рука уже не слушалась его, и он обмяк, позволил подхватить себя и осторожно привалить к стене. Вадим живо снял с него спортивную куртку и кепку, ботинки с роллерами, скинул свои туфли.

Надвинув козырёк кепки почти до глаз, он в куртке парня выкатился на роллерах обратно на дорожку и с ходу ловко спрыгнул на подъездную дорогу. Двое в драных плащах, уже с фонариками тщательно осматривали придорожные кусты, там, где несколько минут назад он нашёл укрытие, и Вадим свернул в противоположную сторону, прямо к ослепительному потоку света от фар иномарки. Иномарка оказалась «БМВ», и возле неё стояли, курили ещё двое. Они равнодушно пропустили Вадима, позволили спокойно прокатиться мимо, и всё вышло бы удачно, но в прыжке на дорожку, которая напрямую вела к автобусной остановке на широкой улице, левый конёк задел за бордюр. Трудно сохранять похожесть на худощавого парня, когда борешься за равновесие тела, и молодёжная куртка чрезмерно обтягивает мужские плечи, предательски трещит по швам.

– Эй?! А ну стой!– на всякий случай крикнул позади один из тех, кто были возле «БМВ». Тут же догадался, кому кричал.

Разом побросав сигареты, оба охотника у машины кинулись следом, но сообразили, что бегущего на роллерах по асфальтовой дорожке им не догнать, и шустро вернулись к «БМВ».

Вадим успел достичь перекрёстка, когда «БМВ» взвизгнула на развороте всеми покрышками, и с подъездной дороги огни фар повернули к нему на широкую улицу. После всех потрясений дня мозг Вадима устало отключился, оставил заботу о его выживании наитию, инстинктам, словно опасался принимать запоздалые и неверные решения. И Вадим понял, что совершил, лишь после прыжка к грузовику, цепляясь за задний борт приторможенной красным светом светофора машины.