Чтение онлайн

— Не убил? — уточнила баба Вера.

— Нет, я проверил нескольких — живы.

— Ну и слава Великой Матери, — пробормотала кормилица.

— Мда… — сочувствующе вздохнула и Варя. Про себя подумала: плохо же воевать здешним магам! Силы есть, возможности есть, причины тоже, а убивать врагов не смей, иначе дар выгорит и душа наизнанку вывернется.

Похоже, Венцемир подумал о том же. Спросил:

— Как Росана?

— Лучше, — скупо отозвалась баба Вера.

— Отвязали?

— Отвязали, заперли. Уже не буянит. Полежит, очухается. Не впервой же. Не ходи к ней пока,

твои силы для Зимушки побереги. Мы с нею и сами управимся. Очухается.

Венцемир кивнул. Нервно хихикнул:

— Варюшка, помнишь парнишку, который с вами во дворце неудачно познакомился?

— Живой? — удивилась Варя.

— Зим велел определить его в свиту к ее величеству, — поделился Венцемир, улыбаясь, — вроде бы как в наказание — капризы королевы не способен долго выносить даже первый министр. Но мальчик упорный оказался, к фрейлинам втерся в доверие, старухи в нем души не чают. А теперь, поди, на руках будут носить. Когда белогорцы через тайный ход влезли в кабинет ее величества, наш герой с такой отвагой прикрывал государыню и ее камеристку своей тощей грудью, что впечатлил даже бывалых рыцарей. И только благодаря ему королева осталась невредимой.

— Неужели она явилась сюда лично, чтобы сказать Зимушке, что меняет его, родного сына, на этого нового, приемного? — хмыкнула баба Вера.

— Не исключено, — усмехнулся Венцемир. — Только, полагаю, парнишка не согласится. Он сам признался, что готов уже был умереть, когда Снежен открыл портал и вывалился в матушкину спальню.

— Надеюсь, на кровать хоть рухнул? — ахнула Варя.

— Увы, на трюмо. Зеркало разбил, изрезался осколками, я полчаса потом лечил, когда удалось поймать. Я-то ведь в это время с другой стороны к королеве пробивался, дворцовых предателей параличом благословлял. А у нее на личных покоях еще сохранилась защита, поставленная самим Кудеяром — порталы могут открыть только члены семьи. Представьте картину: загнанные в угол паж и две клуши против четверых белогорцев — и тут к ним, как снег на голову, злющий от усталости Снежен! Эффектно является с грохотом, окровавленный, мечущий молнии, матерящийся.

— Красота!.. — зачарованно оценила Варя.

— Вот-вот, — хмыкнул Венцемир, — парнишка ему тоже мгновенно в любви признался.

— Бедняжка… — посочувствовала Варя. Но тут же опомнилась, буркнула: — А вот фигушки ему, перетопчется!

— Но я застал этих двоих за страстными объятиями, — выразительно поиграл бровями Венцемир.

— Что?! — шепотом рявкнула Варя. В кулаке стиснула ягоды, так что сок во все стороны брызнул.

— Наш королевич заморозил разом всех врагов в городе — и рухнул в обморок. Парнишка его и подхватил, — невинно похлопал ресницами змей лукавый.

— У-у-у!.. — только и могла охарактеризовать свое праведное возмущение Варя.

— Хвощ, зачем ты бесишь мою невесту? — вкрадчиво поинтересовался Зимослав. И со спины обнял за плечи громко ойкнувшую от неожиданности суженую, потерся носом о ее висок, мазнул губами по скуле.

— Твое высочество? — проблеяла Варя, с ужасом понимая, что тот не ведает о матушкином визите, иначе не вел бы себя так расслабленно. — Ты же собирался до обеда проспать?

А сама

шею вывернула — оглянулась на мнущегося на пороге Огнеяра, замигала ему яростно, передавая посыл: «Какого черта ты не предупредил его? Договорились же!» Тихун в ответ состроил физиономию, будто у него запор, зверски скосился в сторону открытой двери в столовую, рискуя впрямь окосеть — намекая: «Я не успел! Он не слушал, не дал слова вставить!»

Между тем из столовой их было прекрасно видно и слышно. Ее величество заинтересованно притихла, невозмутимо потягивала чай, мерцая глазами поверх чашечки.

Огнеяр выскользнул за дверь.

Зимослав словно до сих пор не совсем проснулся. Никого не стесняясь, оглаживал ладонями шею и плечи невесты, уткнулся губами в клюквенную макушку.

— Без тебя постель выстыла. Почему ты удрала? — проворчал.

— Да так, что-то есть захотелось… после всего… — натужно хихикнула Варя.

— Хм, хорошая мысль. Я тоже проголодался…

Последнее слово он договорил без выражения — оглянулся и встретился взглядом со смеющимися глазами матери. У Вари от засквозившего холода мурашки по телу пронеслись.

— Мама? Какая честь.

— Не спросишь, зачем я к вам явилась? — насмешливо предложила Хранислава.

Зимослав тяжело оперся о плечи поежившейся невесты.

— Спрашивать такое у государыни неуместно. У матери — тем более глупо. Вы всегда будете дорогой гостьей в Жуковом Улье.

— Гостьей? — наигранно изумилась та. — Когда-то я была здесь хозяйкой…

— Никогда! — отрезала баба Вера, не поднимая глаз от миски с ягодами. — Ты сбежала отсюда, как только смогла. Здесь ты была младшей прислугой, которой позволили нарядиться принцессой.

Королева выразительно вздохнула, посетовала:

— Что ж, ты права, Веролюта. Пожалуй, теперь и мне нечего возразить моему сыну, который решил последовать примеру отца и променял королевну на бродяжку.

— Это я, что ли, бродяжка? — опешила Варя. — Да я за всю жизнь бу-бу-бу!.. Бу?..

Ее рот накрыла ладонь.

— Полагаю, мама, вы поживете здесь с нами, пока не восстановят дворец? — уточнил Зим.

— Бу?! — ужаснулась Варя.

— Возможно, — пожала та плечами, словно не замечая нерадушной реакции: кормилицу перекосило, точно от кислого, Варвара покраснела и надулась, даже Зореслава опешила, вообразив перспективу сосуществования.

— Но… — продолжала Хранислава, — боюсь, мне будет скучно без моей свиты. Разместить здесь столько людей с достойным удобством не получится. Так что, пожалуй, я переберусь в летнюю резиденцию, пусть не сезон и скоро ударят холода…

— Не так уж скоро, — сказал Зимослав.

— Тебе виднее, — скучающе согласилась родительница, — ты же у нас главный погодник.

По тому, как Буря опустила взгляд, Варя поняла, что будущая свекровь на самом деле пришла сообщить сыну, что наконец-то окончательно признает его не только действительным правителем королевства, но и главой семьи. «Напугали же ее белогорцы…»

Но аппетит она ему испортила — «Вот зараза!» — ибо Зимослав ласково ухватил Венцемира за шиворот, вытащил из-за стола и объявил, что у них срочные дела. И ушел, без завтрака.