Принц Севера
Шрифт:
— Ради всего святого, о чем ты толкуешь, бесстыдник? Как ты можешь заявлять об успешном выполнении дела, когда не прошло и двух дней после твоего отъезда? И кто эти разбойники, которых ты привез с собой?
Он не слишком-то надеялся запугать неукротимого Райвина, но никак не думал, что тот расхохочется ему в лицо.
— Прошу прощения, милорд, — сказал Райвин, успокоившись, однако в его голосе не слышалось ни малейшего раскаяния, — Позвольте представить вам тех, с кем я познакомился на элабонском тракте.
— Милорд, — произнесли хором оба незнакомца.
Поклонившись, один из них добавил почти таким же низким голосом, как у Вэна:
— Я — Мэрланз.
Он был молодым, широкоплечим и коренастым. Чувствовалось, что сражение для него — любимое развлечение. Фэборс был старше и на первый взгляд поумней. (Хотя иногда и простодушные с виду вояки оказываются гораздо сообразительнее, чем можно подумать о них.)
— Ну что ж, — сказал Джерин.
Это было лучше, чем просто стоять с открытым ртом, но не намного. Он попытался снова.
— Ну что ж, — прозвучало еще раз.
Наконец он сумел выдавить из себя нечто членораздельное.
— Ну что ж, господа, было бы неправдой сказать, что я не рад вас видеть. Добро пожаловать. Заходите в мою крепость вместе со своими товарищами. Выпейте моего эля, поешьте мяса, будьте моими дорогими гостями.
— Милорд, вы очень любезны, — сказал Фэборс, сын Фабура.
Мэрланз Сырое Мясо энергично закивал. Фэборс продолжал:
— Если вы когда-либо отправитесь на юг, знайте, что моя крепость в вашем распоряжении на любой угодный вам срок.
— И моя, — добавил Мэрланз.
— Заезжайте, заезжайте, — сказал Джерин и сделал шаг в сторону, чтобы все колесницы — и отправленные с Райвином, и посланные на север Араджисом — могли въехать в Лисью крепость.
Конюхи выбежали им навстречу, чтобы заняться лошадьми и колесницами. Круглыми от удивления глазами они таращились на вновь прибывших. Воины Джерина окружили его на случай, если люди, приехавшие с Мэрланзом и Фэборсом, имеют вероломные цели.
Мэрланз уставился на Вэна.
— Я слышал немало рассказов о вас, сэр, — сказал он, — но, зная, как врут рассказчики, мне не терпелось помериться с вами силой. Кажется, я погорячился в своих намерениях.
— Если вы деретесь так же хорошо, как разговариваете, сэр, то, думаю, вы неплохо управитесь с кем угодно, — ответил Вэн.
Мэрланз поклонился. Вэн тоже. Джерину они напомнили двух больших собак, обнюхивающих друг друга.
— Идемте, господа, — снова сказал он.
Переступая порог главной залы, он крикнул слугам:
— Эля для моих дорогих гостей. Эй, повара, срежьте побольше мяса с туши коровы, которую мы забили вчера, и зажарьте их.
— Мой кусок лишь слегка опалите, — попросил
Ломоть мяса, который слуги положили перед Мэрланзом на круглую хлебную лепешку, был таким красным и сочным, что Лис не удивился бы, если бы он взвыл от боли, когда гость всадил в него нож. Но Мэрлинз принялся за него с явным наслаждением. Теперь Джерину стало ясно, откуда взялось его прозвище.
Силэтр стояла в глубине залы около лестницы. Джерин махнул ей, подзывая, и похлопал по скамье, указывая на место рядом с собой. Фэборс, сын Фабора, поднял бровь.
— Так вы наконец снова женились, милорд? — спросил он, — Эта новость еще не дошла до Гнезда Лучника.
— Хорошее название для крепости, — заметил Джерин.
Он ничуть не удивился, что Араджис пристально следит за его жизнью, поскольку сам пытался узнать о Лучнике как можно больше. Отвечая на вопрос вассала Араджиса, он продолжил:
— Лорд Фэборс, лорд Мэрланз, позвольте мне представить вас госпоже Силэтр, которая была Сивиллой в Айкосе, пока землетрясение не разрушило храм Байтона и не выпустило на свободу скрытых под ним чудовищ.
Мэрланз уже начал было сердиться, что его представляют женщине, а не наоборот, но, узнав, кто такая Силэтр, тут же успокоился.
— Сивилла, — пробормотал он уважительно и поклонился, но сидя.
— Уже нет, — сказал она. — Просто Силэтр… а что представляет собой Силэтр, остается еще выяснить.
Она перевела взгляд на Джерина. Прибытие послов прервало одно из этих выяснений.
К тому же этот визит вызвал некоторую суматоху, заставившую Фанд спуститься вниз и посмотреть, что происходит. Увидев Силэтр рядом с Лисом, она прищурилась и, подойдя, села рядом с Вэном. Джерин представил ее вассалам Араджиса как подругу чужеземца. Вэн кивнул в подтверждение, хотя по его лицу нельзя было сказать определенно, рад он этому или нет. Фэборс, сын Фабора, принял задумчивый вид, но промолчал. Вот еще одна новость, которая не достигла Гнезда Лучника.
Разделив еду и выпивку со своими гостями, Джерин обратился к Фэборсу и Мэрланзу:
— Итак, господа, я знаю, зачем вы прибыли. Видимо, по той же причине, по какой я отправил своего посла на юг. Предполагаю, что вы обсуждали с ним этот вопрос по дороге в мой замок. И к каким же выводам вы пришли?
— Милорд, наш господин великий князь Араджис послал нас на север, в сущности, с теми же предложениями, с которыми вы отправили Райвина Лиса. Отличный малый, кстати, — сказал Фэборс. — Лучник выступает за равный союз между вами, который будет длиться до тех пор, пока устраивает обе стороны. Кто будет осуществлять командование войсками, должно зависеть от того, к югу или к северу от Айкоса развернутся сражения.