Принц Дарий
Шрифт:
– Да, Менис, тебя даже гвардия уже не слушается.
– Ну, не надо так мрачно, – Менис улыбнулся. – Не лишним будет сказать, что только ты из присутствующих здесь не боишься Дария. Вот и гвардейцы сразу просчитали, кого надо больше бояться: меня или Дария.
– Они не боятся его, а очень уважают и почитают, – Варая устало прикрыла глаза. – Мне даже не верится, что еще недавно Дарий был изгоем. Зато теперь он, похоже, становится не просто сыном короля и наследником престола,
– Не рановато в его-то годы? – это, наконец, подал голос Терой.
– Ну, не знаю. Если за ним без приказа пошли даже горбики, – Менис сурово посмотрел на Тероя, заставив опустить его глаза, – при этом они точно знали, что Дарий устраивает явно не бал-маскарад, то стоит задуматься о его влиянии на силовые структуры империи.
– Вот даже как обстоят дела, – это уже подал голос Марук. – А непростой мальчик подрастает, – улыбка одобрения расплылась по его лицу.
– Так, хватит, – император поудобнее устроился в своем кресле и потянулся за бокалом вина. – Менис, продолжи свой доклад. Кто всё-таки доклад-то делает?!
– Три часа назад храм был полностью разблокирован, и мне удалось встретиться со знающими людьми. И выходит такая вот ерунда. Сегодня в полдень будет объявлено, что патриархи решили единогласно, – удивленные лица всех присутствующих были сродни приятным, но только беззвучным аплодисментам, после которых выступающие обычно выходят "на бис", – возвести на престол главы церкви святого Дария. Еще никогда наши патриархи не были так единодушны. Как говорят в народе, что если пятеро патриархов повернут с дороги направо, то семеро принципиально повернут налево, – вдоволь насладившись произведенным эффектом, продолжил Менис.
Ботос, тихо хихикая, стал медленно, но верно сползать с кресла вниз. Император ошарашено глядел на бокал вина в своей руке, пытаясь осознать услышанное и принять реальность происходящего. Его разум напрочь отказывался понимать, как такое могло произойти у него под носом. Этого не может быть. Его сын не может так измениться! Его люди не могут творить такие дела без его ведома и приказа! Терой с Маруком только и могли, что тупо переглядываться, боясь даже думать о том, что же сейчас будет. Варая со своего места победоносно осматривала это собрание людей, внезапно ставших походить на сумасшедших. Между тем из темного угла по-прежнему раздавались приглушенные истерические всхлипы кого-то из Теней. Если уж Теней довели, то это уже что-то, а точнее многое значит. Сама себе удовлетворенно кивнув, Варая встала с кресла.
– Мой император, мне можно уйти? Меня ждут хлопоты по организации торжественной канонизации Святого Дария.
Император как-то отрешенно посмотрел на Вараю, скорее просто оглянулся на звук ее голоса. Немного погодя он понял, что от него чего-то хотят или ждут, он собрался, и в его глазах начала появляться хоть какая-то осмысленность. Полностью придя в себя, он спросил:
– Варая, только не ври, чья это была идея?
– Исключительно Дария. На такое сумасшествие подбить всех мог только он. Так я могу идти?
– Да, да, конечно, – император судорожно глотнул вина из кубка. – Ботос, разберись, пожалуйста, почему в этой операции участвовали горбики и военные. И накажи. Кого, сам разберешься. Для силовых авантюр мне хватает гвардии.
Император, выплеснув свой гнев на подчиненных, удовлетворенно выдохнул и жадно прильнул к кубку с вином. Утолив жажду и немного сняв напряжение, он о чем– то вспомнил и обратился к Менису:
– Мой старый друг, ты можешь мне объяснить, что происходит в моей империи? Патриархи стали покушаться на принцев, принцы стали захватывать храмы, патриархи единодушно стали избирать принцев своими святыми руководителями! А про горбиков я вообще молчу! С каких это пор они добровольно стали совать свои неповоротливые задницы в такие тухло пахнущие истории? – император обессилено откинулся на кресло и закрыл глаза.
Менис с какой-то дурацкой улыбкой на лице посмотрел на императора и ответил:
– Кор, по-моему, твой мальчик умудрился расшевелить болото, которое ты все еще почему-то называешь великой империей. И я надеюсь, что это приведет к ее возрождению.
– Или он свернет себе шею! – слова Ботоса были жирной точкой в этой дискуссии.
Дарий сидел перед зеркалом и ждал, когда его, наконец, закончат одевать и украшать к торжественной службе. Патриархи, в свою очередь, в полном составе дожидались окончания этой необходимой, но такой томительной церемонии, а судя по глазам, и конца всей этой неприятной истории. Они все еще сами не верили, что предложили этому мальчику возглавить церковь Святого Ветра, но против фактов не попрешь.
На ночном собрании, если это так можно было назвать, они единодушно избрали его своим главой. Более того, они разрешили отправить Жутоса в Темный монастырь, куда заключались только высокопоставленные изменники. Они были вообще на все согласны, а вот теперь очень удивлялись своему поведению. Но дело сделано. Они дали свое слово, и его надо исполнять.
В другом конце комнаты находились учителя принца. Они расслабленно попивали вино и периодически бросали взгляды то на принца, то на патриархов. Как будто намекали, что, если что, то может быть еще хуже, чем сейчас. Один Громила стоял в сторонке и увлеченно что-то рассматривал в окно.
– Громила, что такого интересного ты увидел на площади? – Лис с удовольствием потянулся и выжидающе посмотрел на Громилу, ожидая ответа.
Громила нехотя повернулся и ответил:– Варая так и не возвращается от императора. Не нравится мне все это. Мы такое провернули! Я бы на его месте повесил нас на той веревке, что мы готовили Жутосу. А он ничего не сделал, совсем ничего! – Громила сделал стойку. – Ого! – все встрепенулись. – Сюда идет Варая, и, судя по ее улыбке, все прошло хорошо.