Чтение онлайн

Он сложил письмо, убрал во внутренний карман куртки. Возвращаться домой не стал.

На следующий день, когда до границы оставалось совсем немного, он приказал остановиться на небольшой привал, чтобы дать коням отдых. Внезапно к нему какой-то солдат привел Глорию, которая опять была в своем охотничьем костюме, пыльная, растрепанная. Когда она стала говорить, что его мать причастна к убийству отца, а также хотела убить ее, Герберт разозлился так, что готов был сам убить эту наглую девицу. Он поднялся и поклялся перед всеми и богами, что отказывается от брака с ней, приказал выгнать ее. Он слышал, как девушка кричала ему, когда ее уводили. С него хватит этой Глории –

лживой и недалекой девицы. Его женой будет Вереора. Он приказал закончить привал и отправил отряд вперед на врага.

***

Отряд Герберта приближался к родному городу. Настроение у всех было приподнятое – они победили самого опасного врага. Только Герберт был хмур. Предстояло встретиться с родственниками погибших, помочь им. А еще предстоял разговор с матерью. Все равно слова Глории постоянно звенели у него в голове: «… в тот день, когда Вы с отрядом покинули замок, Лартон Дорнован был убит разбойниками, которых нанял Драгар. Эти же разбойники должны были убить меня в саду у замка. Я сама все это слышала. Прошу, поверьте мне…».

Когда он вернулся в замок, его встречали на крыльце. Высыпали все слуги. Мать стояла на верхней ступени. Рядом с ней стояла Вереора, которая кинулась к нему, как только он сошел с коня. Но она остановилась в двух шагах от него и сморщила носик:

– Фу, как от тебя пахнет. Но я все равно рада видеть тебя. Давай, принимай ванну, мы с твоей матушкой будем ждать в малой гостиной. Ты нам обязательно расскажешь о своих подвигах.

Герберт не показал виду, что ее реакция на его дорожный вид задела его. Матушка тоже не спешила обнимать его. Она только улыбнулась и кивнула, протягивая руку, давая ее поцеловать. На ней было черное платье и черная заколка в высокой прическе, которые должны были показывать, что она в трауре. Но лицо при этом оставалось совершенно спокойным.

Герберт принял ванну, переоделся в домашний костюм, потом спустился в малую гостиную. Здесь его ожидали мать, Вереора и ее отец, которые сидели в креслах у зажжённого камина. Он занял свободное кресло рядом с Вереорой, понимая, что поговорить с мамой на волнующую его тему сейчас не получится, но все равно решился задать главные вопросы.

– Матушка, расскажи, как погиб отец, нашли тех, кто убил его? – спросил Герберт.

– О! Сын, это было так страшно, - она поднесла платочек к своим совершенно сухим глазам. – Какие-то разбойники напали на него, когда наш дорогой Лартон возвращался домой от короля. Мы достойно похоронили его. Его завещание завтра тебе принесет его поверенный.

– Нашли убийц? – требовательно спросил Герберт.

– Да, их нашли сразу же и казнили на центральной площади, - подал голос Драгар. – Не переживай, они понесли наказание.

Весь его вид выражал снисхождение, словно разрешал неразумному ребенку немного пошалить в своем присутствии и давал понять, что Герберту лезть в это дело не обязательно. Он принял правила игры.

– Как получилось, что Глория уехала?

– А что ей делать в замке? – удивленно спросила мать. – Когда принесли убитого герцога, она повернулась и ушла к себе в комнату, даже не плакала. А потом ночью, как разбойница, уехала, даже записки не оставила. Ты лучше расскажи, как вы сражались с врагами. Говорят, что принц Анартен сам взял в плен короля Варгарии. Это правда?

– Да, правда, - кивнул Герберт и нахмурился. Опять ревность к его славе полоснула по душе. – Он нашел способ, как расправляться с исчадиями, которых враги пускали впереди себя, когда шли в бой. Маги взорвали их тропы в Белых горах. Остатки вражеской армии мы быстро разбили, так как никто к

ним не пришел на помощь.

Они сидели долго. Мать пыталась расспрашивать его о войне, словно боялась касаться темы смерти отца и бегства Глории. Но как только Герберт начинал подробно рассказывать о войне, его перебивала Вереора, которая сидела рядом с ним в кресле, брала его за руку и начинала щебетать, как она скучала по нему, как она никогда больше не отпустит его на войну и вообще против того, чтобы он был военным. Когда они поженятся, то он должен оставить эту военную службу. Ей совершенно не были интересны его подвиги. Когда наконец эта пытка разговором, как казалось Герберту, подошла к концу, Драгар посмотрел на него пристально.

– Скажи, Герберт, когда ты собираешься делать предложение моей дочери? Я знаю, что было между вами в ночь перед твоим отъездом. Она мне все рассказала. Я не устроил скандал только потому, что верю в твою порядочность.

– Я готов, - молодой мужчина склонил голову.

Все равно выбора у него уже не было. Знак богини исчез через несколько дней после того, как он отказался от Глории. А сейчас Драгар просто прижал его, не давая возможности отступить. Вереора тут же наклонилась к нему и жарко зашептала, что она очень рада и что свадьбу надо сделать как можно быстрее, так как скоро все могут увидеть ее положение. Эта новость стала для него шоком.

Вечер для Герберта оказался более тяжелым, чем он ожидал, очень хотелось остаться одному и обо всем подумать. Даже когда девушка ночью пробралась к нему в комнату, он сделал вид, что спит. Она пыталась «разбудить» его, но Герберт упорно не хотел «просыпаться». Недовольная, Вереора ушла из его комнаты, а на следующее утро за завтраком делала вид, как сильно обижена на него.

Со свадьбой решили не тянуть. Через пять дней под давлением Драгара их брак был заключен. Из-за траура, который объявила Миола, свадьба прошла слишком скромно, приехали только самые знатные семьи и подруги герцогини. Королевская чета прислала свои поздравления.

Для Герберта стало полной неожиданностью, что отец оставил завещание в его пользу. Ему пришлось на время оставить командование отрядом, заняться делами герцогства. Когда Герберт помог семьям погибших воинов, выплатив их некоторые суммы, Вереора устроила ему скандал. Она кричала, что на эти деньги он мог бы купить ей карету и несколько красивых платьев. Матушка слушала ее и молчала, хмурила брови, но не вмешивалась. Герберт стукнул кулаком по столу.

– Семьи погибших получат все, что им положено, это не обсуждается. А у тебя и так достаточно платьев, чтобы шить новые. Карета тебе не нужна, ты пользуешься моей.

Миола пыталась объяснить Вереоре, что Герберт делает то, что должен делать глава рода, на что невестка накричала на нее и потребовала не вмешиваться в их отношения. Миола смотрела на раскрасневшееся лицо Вереоры и понимала, что между ней и девушкой появилась вторая трещина, которая грозила разрастись в настоящую пропасть. Она не узнавала девушку, которая ранее никогда не позволяла себе так вести ни с ней, ни с Гербертом.

Неожиданно Драгар стал вмешиваться в дела герцогства, требовал выделить ему деньги на какие-то новые проекты. Вереора стала более настойчиво требовать новые наряды, украшения, отвечая Герберту и Миоле, что жена герцога должна выглядеть лучше всех, чтобы ей завидовали и преклонялись. Через месяц таких непомерных трат Герберт вдруг понял, что казна герцогства стремительно пустеет. Он твердо заявил жене, что в ближайшее время она не получит ни одного нового платья и украшения, снова выслушав ее очередную истерику.