Чтение онлайн

У Синявы командир полка Степан Новиков и многие его казаки в конном строю бросились на позиции интервентов. Расстрелянные в упор пилсудчиками, они повисли на проволочных заграждениях. Примаков, горюя о бессмысленных потерях, говорил командирам:

– Жаль людей, жаль храбреца Новикова. Кто же это в конном строю идет напролом? Раньше были шапкозакидатели, им под стать шашкозасекатели. Революция вложила нам в руки клинок, а природа еще раньше дала нам мозги. Шевелить надо ими, и покрепче. Не нахрапом брать, а умом. Виноват Новиков, промахнулся и я. Лишь по той дорожке легко пройдет клинок, которую

ты ему протопчешь соображением… Чего хочет враг? Встретить тебя там, где он силен. А ты ищи его слабые места. Вей по ним, в сильных местах он сам дрогнет. А потом добивай…

Но не был Примаков и догматиком. Вот он стоит на командном пункте под Месиоровкой вместе с командармом Уборевичем. Атака не удалась: ни пехоты 47-й дивизии, ни двух конных бригад… Уборевич, нервничая, протирает носовым платком стекла пенсне. Армия уже много дней топчется на месте. Все надеялись на дивизию Примакова, которая рвалась в тыл интервентам. И не прорвалась…

– Плюнем на Синявский участок, – убеждал Примаков командарма. – Двинем к Комаровцам. Подтянем туда все наши бронепоезда. На фронте мои земляки, черниговцы, крепкая Шестидесятая дивизия. В тылу врага партизаны. Тогда, в прошлую зиму, нам крепко помог орловский мужик. А знаете, как подольские хлеборобы ненавидят захватчиков, непрошеную шляхту? Нам лишь бы прорваться…

Уборевич не первый день знал отважного и рассудительного вожака червонных казаков. Он внял его просьбам. Советской коннице у станции Комаровцы открыла дорогу на запад боевая 60-я дивизия. Ей помогали три бронепоезда и партизаны. Вот тогда-то червонные казаки, смяв по пути не один батальон пилсудчиков, вышли на глубокие тылы 6-й армии генерала графа Ромера.

5 июля 1920 года начдив Виталий Примаков с двумя конными бригадами громил базы противника в Черном Острове, а третья бригада ворвалась в город Проскуров. Там со всеми армейскими тылами располагался штаб 6-й армии белополяков.

Сразу же после этой смелой операции в тылу врага приказ Уборевича, переданный по радио, направил дивизию червонных казаков на северо-восток. Примаков решительным движением к Зозулинцам отвлек на себя ударную группу генерала Краевского, стремившегося к Шепетовке, чтобы вцепиться в хвост Первой Конной армии. 14-я армия Уборевича, воспользовавшись результатами рейда червонных казаков, перейдя в решительное наступление, отбросила захватчиков от берегов Случи к Збручу и освободила города Проскуров и Староконстантинов.

А дивизии Первой Конной армии с ликвидацией угрозы их левому флангу овладели Шепетовкой, отбросив на запад особо стойкие в обороне легионы врага.

«История гражданской войны» отмечает: «Дивизия червонного казачества успешно выполнила задачу, возложенную на нее. Смелый рейд… способствовал общему успеху наступления советской 14-й армии.

Войска Юго-Западного фронта в конце концов сломили сопротивление польской 6-й армии».

Да, Примакова не причислишь ни к лихим рубакам, ни к «шашкозасекателям». Это был диалектически мыслящий полководец ленинской школы. Страна высоко оценила боевые дела молодого начдива. За Проскуровский рейд, способствовавший успешным действиям двух армий – 14-й и Первой Конной, Виталий Примаков был награжден вторым орденом Красного Знамени.

Пилсудчики,

усиленные прибывшими с салоникского фронта французскими частями генерала Франше Д'Эспере, окопались на Збручё. После Проскуровского рейда, сорвавшего вес оперативные расчеты генерала Ромера, одетые в голубые французские мундиры легионеры научились уважать советскую конницу. По эту сторону Збруча в рядах пилсудчиков часто слышалось: «Панове, до лясу». А там, за надежными укрытиями, воздвигнутыми вейгановскими инженерами, жолнеры пана Пилсудского смеялись сами над собой: «Пей, пан, млеко, червонный казак далеко». Об этом простодушно рассказывали пленные.

Прежде чем выйти на просторы Галиции и появиться у сказочных отрогов Карпат, конным полкам Примакова и отважной 60-й дивизии предстояло немало работы здесь, у бывшей государственной границы, на подступах к Збручу.

24 июля 1920 года передовой отряд Красной Армии – червонное казачество, славные сыны трудовой Украины, торопясь протянуть руку помощи своим галицийским братьям, сломив сопротивление интервентов на Збруче, через Токи – Ожоговцы вышло на просторы Галиции.

Позади остался Збруч, впереди находились Карпаты.

А между ними манившие своим величием сказочные просторы Галичины.

Двадцать два дня держались 12-я и 18-я белопольские и пять петлюровских дивизий (35 тысяч бойцов) на Збруче против четырех советских стрелковых и одной дивизии червонного казачества (всего 14 тысяч). И лишь два дня понадобилось червонным казакам, чтобы очистить пространство от Збруча до Серета.

3-я бригада Демичева, ее 5-й полк Ивана Самойлова и 6-й Василия Федоренко, вышибла пилсудчиков из Збаража лишь после третьей сокрушительной атаки. В тот же день, 22 июля, 2-я бригада Владимира Микулина, отбросив батальоны подхалянцев за Серет, освободила Тернополь.

3-й полк Ивана Хвистецкого через Великие Борки, а 4-й Сергея Букацеля через Толстолуг ворвались на окраины города одновременно. Командир бригады Микулин шел с 3-м полком, я, комиссар, с 4-м.

Еще не утихли звуки выстрелов, еще в пойме Серета трещали пулеметы, а на залитые ярким солнцем улицы высыпали радостные жители освобожденного Тернополя – первого большого города Западной Украины.

Направив комиссара 4-го полка Гавриша для переговоров в ратушу, мы с комбригом ускакали туда, где наши передовые сотни вели оживленную перестрелку с арьергардами пилсудчиков. Владимир Иосифович, прекрасный знаток военного дела, оценив обстановку, сразу определил, что без пехоты нам линию реки Серет не преодолеть.

Высокий, стройный, широкоплечий, умный и душевный человек, Микулин был единственным старым офицером среди командиров червонного казачества.

Случилось так, что царские офицеры-украинцы, в большинстве своем выходцы из зажиточных семей, особенно высших званий – генералы, полковники, не захотели связать свою судьбу с Красной Армией. Почти все они ушли к Петлюре. В советских украинских дивизиях командовали полками бывшие солдаты, унтер-офицеры или же офицеры военного времени – прапорщики: Дубовой, Федько, Осадчий, Петренко-Петриковский, Борисенко. Подполковником был только коммунист Крапивянский.