Чтение онлайн

И на следующий день он дал мне работу.

Коннор

Пятьдесят восемь. Пятьдесят девять. Шестьдесят. Шестьдесят один.

Я мысленно считал отжимания. Это было единственное, что могло очистить мой разум, кроме пятой рюмки бурбона. И так как я находился на дежурстве, качать мышцы до предела было единственным вариантом, который у меня был.

Я проигнорировал тяжелое,

болезненное ощущение в мышцах. И жужжание флуорисцентных ламп над головой. И нескончаемый поток парней, приходящих и уходящих из раздевалки.

Более того, я проигнорировал жжение своего пота, когда он попал на все еще чувствительную пулевую рану в моем боку. Ту, которая вырвала из меня незначительный кусок плоти, и попала в кого-то другого.

Не просто попала. Или ранила. А пролетела сквозь плоть и кости.

Пуля, которая убила моего напарника.

Я застонал и поднялся, когда закончил сет. После пяти подходов из ста отжиманий я был достаточно вспотевшим, чтобы это гарантировало мне душ. Может, он освежит меня.

Это был долгий, гребаный день, и в ближайшее время я не собирался домой.

Не то, чтобы мне было к чему возвращаться.

Ничего и никого.

Мы работали круглосуточно, чтобы закрыть дело, и все равно казалось, что мы толчем воду в ступе. Дело было сложное, и оно продолжалось годами. Местная банда торговала оружием и наркотиками. Количество трупов было огромное.

Пока они не убили одного из наших.

Бандитские преступления не были чем-то новым, но так как мой напарник был убит при исполнении, это было личное дело для каждого федерального агента на восточном побережье.

Но, в основном, для меня. Я был поглощен этим делом. Поглощен поиском справедливости.

То, что я действительно хотел знать — почему не я?

Дэнни ушел. Я до сих пор не мог в это поверить. Он был больше, чем мой напарник. Он был моим лучшим другом.

Сейчас это казалось немного неуважительным, но Дэнни был непревзойденным шутником. Он не был лучшим в своей работе, но парень заставлял меня смеяться.

За шесть последних месяцев я не смеялся ни разу, с тех пор, как его убили.

Мы были напарниками много лет. Там, где со мной было тяжело, с ним было легко. Там, где у него появлялись нестандартные идеи, я делал все пунктуально. Там, где он терпеливо переносил бумажную работу, у меня были фотографическая память и интуиция для поимки убийц и подонков всех видов.

Там, где он был очарователен, я до смерти пугал людей.

Они называли меня акулой, потому что я всегда чувствовал запах крови в воде. И у меня было такое же чувство. Сегодня вечером. Что меня нервировало.

Все это и девять кружек кофе, которые я сегодня выпил. Шестой час, а я все еще расстраивался. Но это не имело значения. Казалось, что в эти дни я спал только короткими урывками.

Некоторые говорили о том, что именно это сделало

меня таким капризным ублюдком. Они были слишком умны, чтобы сказать правду. И все думали, что я был злобным сукиным сыном потому, что скучал по Дэнни.

Но я мог бы сказать им, что они ошибались.

Просто я таким родился.

Кассандра

— Еще выпивки, Саф.

— Понятно.

Я не улыбалась Джимми. Он знал, что я ненавидела, когда меня называли «Саф». Это сокращение от «Сапфир», из-за моих глаз. Некоторые из завсегдатаев так меня называли, но только когда Мейсона не было рядом.

Если кто-то на меня смотрел, у него случался припадок.

Несмотря на то, что парень не был активным членом клуба, Мейсон все еще был «Неприкасаемым». А «Неприкасаемых» никто не сношал.

Мой Ангел-хранитель, парень, который вытащил меня из-под дождя с улицы, был бандитом. Или был таким в свои ранние, буйные годы.

Он все еще выглядел довольно диким — со своими татуировками и громадным мотором, на котором ездил туда и обратно. Машина, на которой я ездила несколько лет, пока не накопила достаточно на свою старую тачку. «Ржавое ведро», как ее называл Мейсон. Он разобрал ее на части и собрал обратно, чтобы она бегала как часы.

Опасно быстрая мечта.

Мейсон Джеймс был самым добрым человеком, которого я когда-либо встречала. Я была права, доверившись своим инстинктам много лет назад.

Не то, чтобы у меня был большой выбор.

Мейсон владел баром, в котором собирались все байкеры. Определенно, здесь было круто. Пахло кожей, дымом и машинным маслом.

Пахло также, как дома.

Последние три года я работала здесь. Я сбежала из своей пятой приемной семьи. Как и все остальное, там было слишком холодно и слишком грязно. И женщина, которая «содержала» его, постоянно была пьяной, с постоянным потоком вечно меняющихся бойфрендов.

Некоторые из них стали уделять мне слишком много внимания.

Когда однажды вечером один из них загнал меня в угол на кухне, я поняла, что пора уходить. Пнула парня туда, что имело для него значение, и побежала, задержавшись в своей комнате, чтобы схватить свои вещи. Он стоял в коридоре, и дергал ручку моей двери. Но этот ублюдок не знал, что я усовершенствовала свой план побега.

И несколькими неделями раньше починила замок.

Вылезла из окна и спустилась по водосточной трубе. Во второй раз. Спрыгнула на землю и больше не оглядывалась.

Итак, я находилась здесь. И не могла быть счастливее. Ну, технически говоря, я могла быть счастливее. Но не слишком волновалась об этом.

Я знала, что мне повезло остаться живой, в целости и сохранности. На будущее у меня были большие планы. Я сдала экзамены, но хотела большего. Для начала — колледж. И собственное жилье рядом. И, может быть, когда-нибудь у меня будет парень.