Прикид
Шрифт:
– Святая Мария! Да там целая толпа зевак! – ахнула Гейл. – А я-то думала, что визит хранится в тайне!
Кэролайн пожала плечами.
– Ой, перестань, Гейл, много ты понимаешь в королевских тайнах! – заметила она. – Только о них и пишут каждый день в газетах!
Гейл резко отвернулась от окна. Она явно обиделась.
– А я их не читаю, эти твои газеты! Нет! – возмущенно воскликнула она. – И я плевать хотела на твою королевскую семью. Они, слава тебе Господи, не имеют ко мне ни малейшего отношения. Я истинная республиканка и ни за что не клюну на всю эту муть! Шайка снобов и бездельников!.. – Она прижалась носом к стеклу. – Ой, Бог ты мой, это же она! –
„– Гейл, – нервно заметила я, устремившись к дверям, – только смотри, не вздумай называть ее Дебби!
– А как, черт побери, прикажете к ней обращаться? – прошептала она, а я уже приготовилась распахнуть дверь.
– Мадам, – пробормотала я и изобразила на лице приветливейшую из улыбок.
Наша гостья вошла, оставив ждать на тротуаре двоих мужчин в почти одинаковых двубортных пиджаках. Я все еще раздумывала, стоит ли присесть в реверансе, как вдруг, к моему изумлению, Гейл, опередив Кэролайн, выскочила вперед и присела чуть ли не до самого пола.
– О, ваша светлость, какая честь и удовольствие видеть вас здесь, – пролепетала она на одном дыхании. – Позвольте представиться, Абигайль О'Коннор к вашим услугам! И если вы, ваша светлость, разрешите принять у вас пальто, я буду просто счастлива услужить. Вообще оказать вам любую услугу, которая только… к примеру… – Тут Гейл, нырнув между мной и Кэролайн, подскочила к вешалкам и ухватила какой-то костюм. – С таким чудесным цветом лица, как у вас, ваше святейшество, этот изящный маленький ensemble 75 …
75
ансамбль (фр.).
Но тут Кэролайн решительно и твердо опустила ей руку на плечо. Она улыбалась и с самым непринужденным видом протянула принцессе руку.
– Я – Кэролайн Аппингем, а это – Анжела Мертон, – с теплотой в голосе произнесла она. – Может, сперва чего-нибудь освежающего?
Ибо Кэролайн заметила, что глаза ее высочества устремлены вовсе не на ряды платьев и костюмов и не на нас, но на нечто сияющее хромом и бронзой, расположенное в дальнем конце зала.
– Вы догадались, чего мне сейчас больше всего хочется, – ответила принцесса и улыбнулась нам. – Чашечку кофе.
Мы переглянулись. Цель визита была ясна.
Глава 13
ЗАГОВОР
И вот с невероятным облегчением мы отправили Кэролайн брать интервью у высокой особы. Мы отдавали должное ее умению выжимать самые удручающие подробности частной жизни из самых трудных клиенток. К тому же это являлось как бы признанием социального статуса. Кэролайн была на миллион миль ближе к королевским особам, нежели Гейл или я. К моему удивлению, Кэролайн оскорбилась, когда я упомянула об этом очевидном факте. Наградила меня ледяным взглядом и заметила, что все ее предки успели переносить все мало-мальски значительные короны Европы, в то время как Дебби просто выскочка. И взлетела на самый верх исключительно благодаря тому, что ее папаша отменно ухаживал за лошадьми для игры в поло, принадлежавшими королевской семье. Я пробормотала слова извинения и напомнила себе, что надменное отношение к миру в целом продиктовано у Кэролайн твердым убеждением, что она куда более знатных кровей, чем все остальные его обитатели. И еще я поняла: пренебрежительное отношение к Патрику обусловлено прежде всего тем фактом, что он наследник самого маленького графства в Англии, а вовсе не тем, что
Иными словами, наша Кэролайн была готова оказать услугу ее королевскому высочеству.
– Ладно уж, так и быть, займусь ею, – объявила она, сидя возле Торквемады, уже после того, как Дебби увез роскошный лимузин. – Но предупреждаю, если она будет выпендриваться, тут же пошлю к чертовой матери!
Мы с Гейл ни на секунду в том не усомнились.
Следующая неделя обрела некий ирреальный оттенок, поскольку требовались значительные умственные усилия, чтобы запомнить, кому что следует знать. Герцогиня приезжала три раза подряд, всегда вечером. «На консультации», как мрачно называла их Гейл. Надо сказать, что ее республиканский дух выветрился при первом же прикосновении царственной перчатки, хотя она уже перестала называть нашу посетительницу «ваше святейшество».
Пресса вопреки моим опасениям вела себя на удивление доверчиво и чинно. Сначала мы оказались в настоящей осаде: репортеры с бледными лицами донимали нас целый день. Умоляли, пытались подкупить, бомбардировали вопросами. И все это ради того, чтобы узнать, какие именно наряды приобрела принцесса накануне вечером, за сколько, по каким случаям собирается их надевать, чьи это раньше были платья, что заставило ее приехать именно в наш магазин. А также задавали уйму других вопросов, на которые мы с улыбкой отвечали, что визиты ее светлости носят сугубо конфиденциальный характер – и, надо сказать, ничуть не кривили при этом душой. О, если бы они знали правду, шуты гороховые!
В результате визиты ее высочества в магазин, торгующий комиссионной одеждой, вызвали определенный шум в средствах массовой информации: от небольших заметок в колонках светских новостей до иронических, на целый разворот, а то и два, статей в бульварных газетах. Но потом, когда стало очевидно, что никакого скандала из этого не получится (так они, во всяком случае, решили), все стихло. Куда более увлекательные королевские игры происходили где-то в других местах, и журналисты снова принялись комментировать неудавшийся брак другой пары королевских кровей.
Куда больше хлопот, чем пресса, доставляли сопровождающие лица принцессы, которых приходилось развлекать беседами в лавке, пока мадам проводила с миссис Аппингем целые часы в соседнем помещении, якобы выбирая и примеривая наряды. Они отказывались от выпивки, то и дело поглядывали на часы, почти столь же часто – на мой бюст, а в промежутках между этими занятиями просто тупо глазели на ряды вешалок. Лишь раз или два они, похоже, немного оживились: когда через стенку донесся громкий голос Кэролайн, спрашивающей гостью: «Какого размера, вы сказали?» А затем, после небольшой паузы: «Правда? Так вы хотите сказать, совсем без ничего… на королевской яхте?» Мы с Гейл переглянулись, затем мило улыбнулись, глядя на озадаченные лица охранников. И начали обсуждать погоду.
Существовала также проблема Имонна, поскольку именно ему приходилось вводить данные в компьютер. И вот в последнее время стал поступать целый поток информации о молодой женщине по имени Дебби и ее муже Гэри, который, похоже, только и знал что проводить время в море или на площадке для гольфа.
– Да он ее трахает не чаще раза в год! И на кой хрен понадобилось ей выходить за такого замуж? – комментировал Имонн, вглядываясь сквозь завесу рыжих волос в экран. – И вообще, есть в нем нечто странное, вам не кажется? Интересно, кого же выдаст ему наш Купидон?