Чтение онлайн

учитывал эти траты. Купив коробку скрепок – то же самое. Я постоянно

отслеживал все эти цифры, потому что таким образом знал, когда приносил

прибыль, а когда нет. И регулярно предоставлял всю эту информацию своему

боссу. Там все было черным по белому: за что я нес ответственность, а на что

имел влияние. Однажды он посмотрел на меня и сказал: «Такой дотошный

должен находиться по мою сторону стола». И вскоре после этого я стал

партнером.

Я кивнул,

не совсем понимая, к чему он клонит.

– Хорошая система работы, на мой взгляд.

– В тебе я вижу тот же драйв и ту же преданность, – сказал он. – Только

по количеству рабочих часов партнерство еще никто не получил, хотя мне

сказали, что у тебя их гораздо больше, чем было бы справедливо, я прав?

Я снова кивнул.

– Думаю, да.

– Подобного и ждут от того, кто может вести важные дела со всей

эффективностью и профессионализмом. Кто стимулирует рабочий процесс и

умело и талантливо управляет взаимодействием сторон. Кто показывает

клиентам компанию в лучшем свете, а те приходят, поскольку слышали

много положительных отзывов. Конечно, без шероховатостей не бывает, как, например, в лондонском офисе, но в бизнесе остаются лишь те, кто осознает

свои ошибки и недочеты и делает все, чтобы их устранить. Ты умеешь

выстраивать взаимоотношения, управляешь самым большим количеством

слияний и пользуешься уважением своей команды, – он помолчал, а потом

https://vk.com/beautiful_bastard_club

подался вперед. – Думаю, что если спрошу, у тебя тоже есть что-то вроде

твоей личной записной книжки, да?

Да, у меня была сводная таблица по всем своим клиентам с самого

первого своего рабочего дня.

– Есть, – ответил я.

Малкольм засмеялся и шлепнул рукой по столу.

– Так и знал. Вот почему буду рекомендовать тебя в качестве партнера

на этой встрече, на которой… – он взглянул на часы, – уже пять минут как

мы должны присутствовать. Мои поздравления, Дженсен.

***

Откинувшись на спинку дивана, я уставился в потолок. Если моя жизнь

состояла из списка дел – а именно так оно и было, стоит признать – тогда

напротив пункта номер один галочка уже поставлена. После совещания я

получил официальное предложение стать партнером. Я сделал это.

Тогда какого черта? В чем проблема? Вместо того чтобы пойти

праздновать со своей командой или обзвонить знакомых, я сидел в своем

пустом доме и таращился на голые стены.

Потянувшись, я положил ноги на кофейный столик перед диваном и

глотнул еще пива. Я осуществил то, к чему стремился всю свою

сознательную

жизнь, но вместо удовлетворения чувствовал беспокойство. И

разочарование. Я вкалывал, чтобы нагрузить себя еще большим количеством

работы и еще большей ответственностью.

Я слушал, как в полной тишине тикала секундная стрелка моих часов.

Мне хотелось с кем-нибудь поговорить об этом, потому что не сомневался, что все мои близкие порадуются и таким образом нарушат эту гнетущую и

парализующую тишину. Я мог бы снова позвонить Ханне; будучи таким же

трудоголиком, она понимала, как много это значит – когда тебя выделяют и

ставят в ряд с лучшими в твоей области. Но она не перезвонила, а давить мне

не хотелось, если она на самом деле злилась.

Родители тоже будут на седьмом небе от счастья. За сорок лет брака мой

отец знал больше, чем кто-либо еще, как важно совмещать работу с

активным участием в жизни семьи.

Жизнь семьи…

Холодность пустых стен моего дома раньше всегда действовала на меня

успокаивающе. Она контрастировала с вечным беспорядком в моем кабинете

и непрекращающимися звонками, с голосами и стуком каблуков в коридорах.

А дом всегда был моим стерильным местом отдыха. Моим убежищем. Но

внезапно начал казаться безжизненным.

Чем больше я об этом думал, тем больше понимал, чего именно ему (как

и всей моей жизни) не хватало. Энергии. Спонтанности. Звуков и музыки,

смеха и секса, ошибок и триумфов.

С той же ясностью пришло ощущение, что, проснувшись утром, я хотел

бы видеть рядом с собой Пиппу. Или, спустившись по лестнице, как это было

https://vk.com/beautiful_bastard_club

в Вермонте, найти ее читающей на диване, вытянув длинные ноги перед

собой. Это кружащее голову чувство было той же природы, что и ноющая

боль, поселяющееся в сердце, когда нужно сказать нечто важное.

Я скучал по ней. Хотел ее. Хотел видеть ее рядом с собой – или себя

рядом с ней – и научиться так же находить радость в мелочах, как умела

только она.

Я скучал по ее вызывающему у меня восторг смеху и по тому, как она

всегда морщила нос, если кто-нибудь произносил слово «сырость». Скучал

по моментам, когда она неспешно рисовала пальцем у меня на спине буквы, облачка и спирали, когда, восстанавливая дыхание, я нависал над ней. По

тому, как ощущалось быть внутри ее тела. Но больше всего мне не хватало

находиться рядом с ней. Ничего толком не делая… просто быть вместе.

Встав с дивана, я побежал наверх и, взяв первую попавшуюся сумку,