Чтение онлайн

– Отвезешь меня домой, чтобы я все рассказала родителям? Будешь со мной, когда я буду рассказывать? Я не справлюсь одна.

Мои ладони потели, ноги едва держали меня. Это происходило со мной?

– Я пойду за тобой куда угодно, ангел.

Скайлар взяла меня за руки. Зазвонили наши телефоны.

Она вытащила свой телефон и нахмурилась.

– Мам? Уже еду домой с Вьяттом и Митчем. Я могу там с тобой поговорить? Да, я в порядке. Обещаю, мам. Я все расскажу дома. Я тоже тебя люблю.

Она

убрала телефон в задний карман, привстала на носочки и нежно поцеловала меня в губы. Чуть отодвинувшись, она сказала:

– Мне всегда было интересно, как это ощущается.

Я спросил, хмурясь:

– Что ощущается?

– Поцелуи и такая… любовь. Ощущать, как тебя любят, через поцелуй.

Мое сердце забилось быстрее, желудок трепетал. Я хотел быть со Скайлар, и не только физически. Я хотел показывать ей каждый день, как любил ее, восхищался ею. Я хотел притянуть ее к себе и показать, как хотел ее. Я знал, что сейчас не время. Мне нужно было терпеть.

Я прижал ладонь к ее шее сзади и притянул ее для еще одного поцелуя.

– Хорошо, что ты с тем, кто по уши влюблен в тебя.

Она прислонилась лбом к моему лбу.

– Я тоже тебя люблю, Вьятт.

Я взял ее за руку, притянул к себе, и мы пошли к ее машине.

Митч прислонялся к своей машине с глупой улыбкой.

– Обидишь ее… и я тебя побью, – сказал он мне.

Я открыл дверцу, чтобы Скайлар забралась в машину. Она рассмеялась, а я посмотрел на Митча.

– Хорошо, чувак, я запомню.

ДВАДЦАТЬ ОДИН

Скайлар

Мои родители сидели с потрясенными лицами.

– Скайлар, почему ты не рассказывала о записках и унижении? – спросил папа.

Я взглянула на Митча. Мишель сидела с ним, держала его за руку.

Я посмотрела на отца и пожала плечами.

– Я не хотела вас беспокоить. После твоего сердечного приступа я не хотела добавлять стресс.

Папа опустил плечи и сказал:

– О, Скайлар. Если бы я знал, что за груз ты несешь на своих плечах… Я даже не знаю, что думать, – он посмотрел на Митча. – Как ты мог не рассказать нам, Митч?

Митч хотел заговорить, но я перебила его.

– Пап, не сердись на него. Он умолял меня, а я не давала. И я заставила его пообещать, что он не расскажет тебе, а он не хотел подрывать мое доверие. Прошу, не сердись на него. Если и сердиться, то на меня.

Мама встала и подошла ко мне.

– Скайлар, никто не сердится, и мы не виним тебя.

– Я злюсь! Я в ярости, и я оторву голову и Чарли, и его проклятому отцу» – закричал мой отец.

Митч вскочил на ноги.

– Пап, тебе нужно успокоиться.

– Нет, мне

нужно кого–то ударить.

Вьятт встал.

– Можете ударить меня, сэр.

Я охнула.

– Что?

– Да! – сказал Митч, хлопнул в ладоши и удерживал Вьятта на месте.

Отец выглядел так, словно подумывал ударить Вьятта.

– Пап! Ты же не хочешь ударить моего парня?

– Ой–ой, – сказала мама.

Я повернулась к ней и спросила:

– Это все, мам? «Ой–ой»?

– Давай, пап. Один удар, – сказал Митч.

Вьятт сморщился и закрыл глаза.

– Готов! – закричал он.

Я заслонила его собой и завопила:

– Папа!

– Он разрешил! Всего удар, Скайлар.

Я повернулась к маме и взмолилась:

– Мам! Образумь их.

Она рассмеялась и подошла к моему отцу.

– Хорошо, успокойся, Рокки. Ты не будешь бить Вьятта. Он этого не заслуживает.

Папа кивнул.

– Точно. Но хорошо, что ты готов принять удар, сынок.

– Блин, – буркнул Митч и отпустил Вьятта.

Мишель и Вьятт смеялись.

Он притянул меня к себе и поцеловал кончик носа.

– Ангел, твой папа и не собирался меня бить.

– Это ты так говоришь, – сказал отец, проходя мимо.

Улыбка Вьятта пропала, а Митч рассмеялся.

Мы провели вечер вместе. Мишель и я помогали маме с ужином, а отец взял Вьятта и Митча играть в баскетбол. Папа стал намного активнее после сердечного приступа, но я знала, что мама все равно нервничала.

После ужина мы с Вьяттом поехали в школу за его машиной.

Я прислонилась к его машине и глубоко вдохнула.

– Как думаешь, много человек посмотрело видео с Чарли?

Вьятт покачал головой.

– Кто знает? Интересно, увидел ли его отец Чарли.

Я сжала губы и закрыла глаза.

– Мне писало несколько человек.

– Насчет видео?

Я открыла глаза и посмотрела в его красивые глаза.

– Да. Они сказали, что никогда не верили Чарли, но его отец приходил к ним и говорил с родителями. Видимо, угрожал, что, если они будут меня поддерживать, жить станет сложнее… что бы это ни значило.

– Тот парень – козел, надеюсь, он получит по заслугам.

– И я, – я кивнула. – Думаешь, все станет нормальным? – спросила я у Вьятта.

Он притянул меня к себе, и я обвила руками его шею.

– Не знаю, ангел. Для меня важны только ты и наше будущее.

Я улыбнулась, зеки пылали.

– Надеюсь, в будущем много поцелуев.

Он подмигнул.

– О, да.

Моя улыбка увяла. Я знала, что должна быть честной с Вьяттом. Я надеялась, что ему хватит терпения со мной.

– Вьятт, пойми, я очень хочу… хочу быть с тобой, но я не знаю, когда буду готова на такой шаг.