Чтение онлайн

Жилистого зовут Эдуард Полянский. Тридцать четыре года от роду. До недавнего прошлого - офицер ОМОНа. Изгнан со службы за чрезмерную жестокость. Ныне безработный. Существует по принципу - "деньги не пахнут".

Плечистый - Вадим Глухарёв. Давнишний приятель и ровесник Полянского. Обладатель черного пояса по карате третьего дана. Патологический садист. Занимал должность начальника Службы безопасности в коммерческом банке "Либидо", но неделю назад банк с треском лопнул. Сейчас Вадим тоже безработный. Принцип существования аналогичен Эдуардову.

– Так какого черта ты срочно вызвал меня к себе домой?!! В жилетку

плакаться?!!
– наматюгавшись вволю, обратился к Полянскому Глухарев. В голосе Вадима слышалась гадючья злоба. Темные глаза безумно блестели. Намозоленные кулаки угрожающе сжимались.

– Угомонись, - холодно глянул на разъяренного каратиста Эдуард.
– Коли позвал, значит, имелась на то причина.

– И какая же?!
– В лице Глухарева уже не оставалось ничего человеческого. Вылитый маньяк-убийца "на охоте".

– Поразмышлять о дальнейшем, - безмятежно улыбнулся Полянский.
– Одна голова - хорошо, две - лучше.

– С-с-с-су-ука!!!

– Но, но! Фильтруй базар!

– Перетопчешься, обормот!!!

– Че-е-го-о-о?!!

Внезапно перепалку приятелей прервал настойчивый телефонный звонок.

– Да, - сняв трубку, хмуро буркнул Эдуард, однако по мере того, как он слушал, физиономия экс-омоновца прояснялась, прояснялась и наконец засияла подобно полной луне в безоблачном небе: - Понял! Выезжаю немедленно! Конечно, есть!
– с оттенком подобострастия сообщил Полянский невидимому собеседнику и, закончив разговор, дружелюбно обратился к истекающему ядовитой слюной Глухареву: - Успокойся, Вадик. Наклевывается прибыльное мероприятие!..

Четыре часа спустя. Квартира Сугробова

– Надеюсь, мой план вас устраивает?
– закончил длинный, вдохновенный монолог Игорь Владимирович.

– Да, план, безусловно, хорош!
– кивнул Полянский, в отличие от Глухарева, благоговейно внимавший каждому слову бывшего начальника ОВД. Они были знакомы давно, еще с тех пор, когда Эдуард (до перехода в ОМОН) трудился под непосредственным руководством Сугробова.

Полянский знал своего прежнего шефа как толкового организатора, редкостного хитрюгу, и в настоящий момент ничуть не смущался запойной внешностью Игоря Владимировича. Тот, помнится, и на работе регулярно "закладывал за воротник", что, как ни странно, никогда не мешало ему мыслить абсолютно здраво. (Правда, таланты сего доблестного стража порядка реализовывались отнюдь не в среде защиты закона, но это, так сказать, частности.) В общем, Эдуард ни капли не сомневался - сугробовское предложение вполне реалистично. Более того - оно просто восхитительно!..

Зато Глухарев, впервые общавшийся с Сугробовым, был настроен крайне скептически.

"Какой-то престарелый пьянчуга, обожравшись сивухи, несет чертову ахинею, а мы, блин, уши поразвесили! Словно лохи последние! Стоило переться сюда за тридевять земель!!!" - раздраженно подумал он, а вслух сказал:

– Бред сивой кобылы! Лично я умываю руки!

Глухарев резко поднялся с кресла, с омерзением глянул на опухшего от водки экс-полковника и... замер соляным столбом. Прямо в лоб ему нацелилось черное дуло пистолета - неуловимым, змеиным движением извлеченного Сугробовым из-под подушки.

– Ты, мальчик, опасный свидетель. Придется от тебя избавиться, - нежно проворковал Игорь Владимирович. Рука у него не дрожала. Глаза из-под

заплывших век смотрели трезво, холодно и безжалостно.

– Сядь, дурак! Сядь сию же секунду!!!
– нервно закричал на приятеля Полянский и заискивающе попросил Сугробова: - Простите его, Игорь Владимирович! Вадик - парень неплохой! Порой чрезмерно горячий, невнимательный, но в нашем деле он обязательно пригодится! Уверяю вас!!!

– Ты по-прежнему считаешь мой план "бредом сивой кобылы"?!
– сварливо осведомился Сугробов.

– Нет, нет! Я в корне ошибся! Простите!
– растерянно пролепетал Глухарев, падая обратно в кресло. (Молниеносная реакция "престарелого пьянчуги" и его удивительная сноровка в обращении с оружием произвели на "черного пояса" неизгладимое впечатление.)

– Ладно, живи, - опустив пистолет, милостиво разрешил бывший начальник ОВД и, как ни в чем не бывало, предложил: - Давайте, ребятки, уточним детали...

К полуночи операция по изъятию общака Н...й группировки была разработана до мелочей. По совету Сугробова к делу решили подключить трех его личных стукачей из криминальной среды: cкoкapя<Сноска Скокарь квартирный вор (жарг.).> Иннокентия Карасева по прозвищу Хромой, медвежатника<Сноска Медвежатник - взломщик сейфов (жарг.).> Петра Батракова (погоняло Агрегат) и родного племянника Карасева - Федю, активного члена Н...й группировки. Сугробов завербовал Федю через дядюшку незадолго до отставки; особого доверия к нему не испытывал, но... так уж получалось, что именно этому типу предстояло сыграть ключевую роль в похищении общака.

Во-первых, сообщникам требовалась исчерпывающая информация насчет системы охраны особняка Гавроша, привычек Хранителя, местонахождения сейфа с деньгами и т. д. и т. п.

Во-вторых, они хотели проследить за действиями руководства группировки после пропажи бандитской кассы. В целях собственной же безопасности.

Зачем им понадобился медвежатник, думаю, объяснять не надо, ну а Хромого собирались использовать для постоянной связи с Федей. И заодно как дополнительную рабочую силу (Карасев отличался незаурядными физическими данными). Кроме того, Полянский рекомендовал задействовать бывшего своего одноклассника Валерия Осьмухина - высококлассного спеца по машинам.

– Любую тачку угонит с закрытыми глазами, а водит - вообще закачаешься!
– охарактеризовал Осьмухина Эдуард.

– Я слышал - он наркоман, - хмуро заметил Глухарев.

– Наркоша нам не годится. За дозу - мигом продаст!
– набычился Сугробов.

– Не беспокойтесь, Игорь Владимирович, не продаст!
– сладко прижмурился Полянский.
– Валерино молчание я гарантирую... Вечное молчание!
– с нажимом добавил он.

– Понятно! Гы-гы-гы!
– дьявольски заржал бывший начальник ОВД...

Когда Вадим с Эдуардом вышли из подъезда во двор, там было тихо и безлюдно. В далеком темном небе рассыпались светлячки звезд. Дул холодный пронизывающий ветер. Переполненный мусорный ящик источал зловоние.

– Ну как тебе "бред сивой кобылы"?!
– ехидно спросил Полянский.

Глухарев открыл рот, собираясь ответить, но неожиданно где-то за помойкой протяжно завыла бродячая собака. Оба подельника невольно вздрогнули...

4

Суббота 31 марта 2001 года. г. Москва. Окрестности Савеловского вокзала. Четыре часа утра