Чтение онлайн

Предприимчивость была всегда источником накопления новых полезных навыков и способом приспособления к новым условиям существования. Ей присущ утилитарный характер, т. к. смысл ее заключается в обеспечении какой-нибудь новой выгоды или преимущества. Происхождение и развитие предприимчивости определило отличительные свойства предприимчивого человека.

Если предприимчивость свойственна преимущественно человеку, и не каждому в равной степени, то это не значит, что, поскольку она свойственна кому-либо, она проявляется всегда в одинаковой степени.

Предприимчивость имеет различные оттенки, соединяясь с разной степенью находчивости, решительности, смелости, настойчивости. Она предполагает, во всяком случае, два свойства:

сообразительность и активность. Вот почему она свойственна, главным образом, людям, которые наделены сознанием в большей степени, чем другие существа. Предприимчивость может быть различного направления, в зависимости от видов потребностей, для удовлетворения которых она осуществляется. Ломоносов проявил ее в поисках удовлетворения своего пытливого ума, журналист проявляет ее при добывании новостей и получении интервью. Предприимчивым может быть и рабочий, меняющий профессию, повышающий свою квалификацию, вносящий улучшения в процесс работы. Главное выражение предприимчивости в области хозяйства, т. е. в деятельности, направленной на обеспечение возможности существования, а здесь нужна прежде всего склонность к расширению хозяйственной деятельности, способность предвидения, умения составить план. Между тем, далеко не все люди обладают этими способностями и склонностями. Не все могут стать отважными мореплавателями, изыскателями, кондотьерами. Натуры нерешительные, пассивные не проявляют предприимчивости, даже если они обладают смекалкой и способностью предвидения.

Предприимчивость в области хозяйства, выражающаяся в осуществлении плана и организации, носит название предпринимательства.

Предприниматель — особый тип новатора в хозяйстве. Он обладает особыми свойствами предвидения, инициативы и уверенности. Он должен обладать способностью победить власть рутины. В наше время большой социальной подвижности и господства городской культуры новизна не вызывает удивления и порицания. Но еще не так давно всякое отступление от привычного обихода, даже наряда, вызывало настороженность, если не осуждение. Идти по протоптанному пути всегда легче. Но увлекаться новым тоже опасно: не все новое лучше старого. Поэтому предприниматель должен быть способен не только решиться на применение новой комбинации, но и серьезно оценить ее. Он должен поэтому обладать основательным знанием дела, широтой кругозора для оценки разных осложняющих условий, способностью всестороннего обсуждения вопроса.

Если предпринимателя можно сравнить с вождем в том смысле, что он приводит в действие, использует новые возможности, то в отличие от вождей другого рода, напр., политических, он не нуждается во внешнем блеске и поклонении толпы. Он может действовать в одиночку, в тиши своего делового офиса. В обыденной жизни он может быть нерешительным, застенчивым, скромным, а в хозяйстве он должен обнаруживать дерзания, он может быть даже революционером в хозяйстве.

Если предпринимателя можно сравнить с изобретателем в том смысле, что предприниматель вводит новшества в дело, то, в отличие от изобретателя, он вовсе не должен сам изобретать эти новшества, быть творцом новых комбинаций. С другой стороны, изобретатель может быть вовсе лишен способностей предпринимателя.

Многие изобретатели не предприимчивы и плодами их изобретений пользуются, главным образом, другие. Изобретатель чистого типа увлекается технической идеей и, добившись результатов, уже ищет удачи в новом применении знания к практической жизни. По своему типу он ближе к исследователю, а предприниматель — ближе к завоевателю. Поэтому талантливый изобретатель очень полезен для предприятия, но редко полезен в качестве главы его. Многие чиновники обладают большими административными способностями и, тем не менее, не годятся для руководства предприятиями. Хороший чиновник работает для общей пользы, а предприниматель по самому существу своему сливает интерес предприятия

со своим личным интересом. Он ищет экономических выгод и притом возможно больших, иначе он плохой предприниматель. О том, как он потом распорядится полученными выгодами и для чего они ему нужны, он в это время едва ли думает, но, достигая максимума в своем деле, он дает максимум и общему делу.

Если предпринимателя можно сравнивать с высшим должностным лицом, принявшим на свою ответственность ведение дела, организующим и приказывающим, подбирающим сотрудников, умеющим понять их психологию и, когда нужно, поощрить, когда нужно взыскать, то от чиновника он отличается тем, что ему нужно быть готовым к экстраординарном решениям, которых чиновник не имеет права применять по своей инициативе. Он не может отойти от дела, которое создал, так как это его дело, он сросся с ним, тогда как чиновник ждет повышения и в любое время должен быть готов к переводу и сдаче дел заместителю. Он рискует своим имуществом, своим материальным благополучием, он не может мириться с неудачами, хотя бы они наступали не по его вине, между тем как чиновник будет огорчен неудачами, но легко утешится, если может указать виновника или доказать неизбежность неудачи при сложившихся обстоятельствах.

Таким образом, тип предпринимателя отличается от многих других типов людей. И те учения (преимущественно социалистов), которые предполагают возможным возлагать обязанности предпринимателей в порядке выбора, руководствуясь моральными качествами кандидатов, напоминают подбор музыкантов по признаку трезвости: "Они немножечко дерут, зато уж в рот хмельного не берут".

Много правильнее взгляды П. Леруа Болье и В. Парето, которые причисляют предпринимателей к классу элиты, т. е. тех избранных, которые по природным свойствам предназначены возглавлять хозяйство, а потому не допускают замены их людьми без надлежащего призвания и природных данных.

Правильнее подходил к вопросу и Сен-Симон, который рассматривал предпринимателя как жреца, осуществляющего священную социальную функцию, в качестве начальника производственной деятельности.

Предприниматель представляет, несомненно, своеобразный психологический тип. В каких бы исторических условиях ему ни приходилось действовать, всегда проявляются его особенности, и прежде всего независимость от рутины.

1. Наиболее древний тип предпринимателя это — предприниматель-собственник, который, обладая правом свободно распоряжаться средствами производства и доходами, находит способы улучшить или расширить свое хозяйство. Более или менее заметное выявление предпринимательства связано с завоеваниями и появлением рабства: в пределах первоначальных поселений и пользования трудом только своей семьи возможности предпринимательства были очень ограничены. Завоевание давало привилегированное положение завоевателю, расширяло поле его деятельности и предоставляло возможность пользоваться трудом рабов. Поэтому война была издавна двигателем хозяйственной предприимчивости и вслед за завоевателем-полководцем шли завоеватели-хозяйственники.

Древняя история оставила нам образцы нескольких типов предпринимателей. Библейская история изображает патриархальных хозяев, возглавляющих большие семьи и постепенно накапливающих благосостояние. Предприимчивости они не проявляют. Она начинается тогда, когда развивается торговля и промышленность. История Греции знакомит с несколькими типами предпринимателей-промышленников. Предприятия эти были связаны вначале с военным делом. В Пирее Кефалос владел фабрикой щитов, на которой работало 120 рабочих. Отец Демосфена обладал фабрикой мечей, на которой работало 32 раба. Существовала фабрика мебели, на которой работало 20 человек. Более крупным предприятием были угольные копи, на которые было поставлено 1000 рабов.