Чтение онлайн

Красный свет мигнул в коридоре, по сети побежали короткие сообщения.

— Воздушная, — бросил кто-то. — Нам несут гостей.

— Не гости, а клиенты, — поправил другой.

Стрелецкий ворвался в казарму, под свет аварийных ламп.

— Подъём! Боевой! — рявкнул он. — Две минуты на то, чтобы превратиться из кучки мяса в подразделение!

Артём уже вставал, застёгивая разгрузку. Тело работало слаженно, без задержек, как машина.

— Что там? — спросил он, когда они выбегали в коридор.

—

По верхним каналам прошла информация: возможный комбинированный удар по узлу, — коротко ответил капитан. — Ракеты, дроны, может, даже что-то ещё.

Он кивнул в сторону VR-зала.

— Операторы, — в капсулы. Быстро. Торчать будете там, пока не скажут вылезать или пока тебя не вырубят.

— Всегда мечтал провести ночь в консервной банке, — проворчал Данил, но побежал.

— Лазарев, — Стрелецкий повернулся к нему. — Ты идёшь в группу быстрого реагирования. Связь с VR, связь с наземными. Если где-то провалится пехота, ты там. Если где-то начнут ломать оборудование — ты там. Из всего этого постарайся быть живым.

— Понял, — сказал Артём.

На улице уже гудели радары.

На панелях в зале ПВО появлялись первые отметки.

— Высота большая, — говорил один из операторов. — Похоже на разведку.

— Смотри ниже, — отрезал старший. — Сейчас основная волна полезет.

По открытому каналу связи шёл обмен с другими узлами.

Голоса, координаты, проценты.

— Курс цели сорок пять, скорость…

— Беру на сопровождение.

— Орбита, готовность по плану два?

Где-то наверху, в тёмном небе, уже вращался Перун, нацеливая свои невидимые каналы.

Артём стоял у входа в зал, слушая всё сразу: команды, гул техники, собственное сердце.

Резерв — 80 %.

Эйда была спокойна, собранна.

— Не забывай, — сказала она, — что твоя задача не в том, чтобы показать максимум цифр, а в том, чтобы выжить и выполнить задачу.

— Я помню, — ответил он. — Но иногда эти две цели как-то плохо сочетаются.

— Тогда будем искать точку баланса, — спокойно сказала она.

Первый удар пришёл не сверху, а изнутри.

В углу зала связи внезапно мигнул экран, потом погас.

На соседних побежали странные символы.

— Что за… — оператор вскочил. — У меня канал завис.

— Резервный включай, не тормози! — рявкнул офицер.

Но уже через секунду ещё один терминал начал выдавать какую-то чушь.

На общей панели рядом с ними вспыхнула надпись: НАРУШЕНИЕ ЦЕЛОСТНОСТИ СЕТИ.

— Это что, они нас так кибером гладят? — пробурчал кто-то.

— Похоже, да, — ответил старший связист. — Отключаем внешние, уходим на локалку.

Камера, показывающая внешний периметр, кратко дёрнулась и выдала вместо картинки серый шум. Потом — снова

обычный вид: бетон, снег, тьма.

— Отключения на пять секунд, — пробормотал один из техников. — Не люблю, когда мне кто-то перезагружает глаза.

По связи пробился голос из VR-сектора:

— Узел, приём. Это Панфёров. У меня часть пакетов с орбиты идёт с задержкой. Проверяйте свои.

— Принято, оператор тринадцатый, — ответил дежурный. — Сеть штурмуют, отбиваем.

За стеклом зала Артём видел, как Данила в капсуле VR стоит, привязанный ремнями, с шлемом на голове.

Тело неподвижное, пальцы по плечевому управлению дёргаются.

Атака сверху началась через минуту после того, как они отрубили лишние каналы.

— Цели на высоте тридцать тысяч, — докладывал оператор ПВО. — Ориентировочно носители.

— Ниже? — спросил Стрелецкий.

— Пошли вторые, средние, — ответили ему. — Возможно, блокируемая волна.

— Хрен они блокируют, — пробормотал Горелов у Артёма за спиной. — Сейчас будут нас забивать количеством.

И действительно.

На общей панели зажглись новые отметки.

Много. Слишком много.

— Рой, — коротко сказал один из офицеров. — Мелочь. Дроны.

На внешних камерах появились крошечные точки, летящие нестройной стаей.

Часть из них уже подсвечивалась как потенциально опасные.

— Работает ближний контур, — сообщил кто-то. — Зенитки, наземные лазеры, готовность.

Артёму прилетела команда по внутренней сети.

— Группа быстрого, на выход. Прикройте южный сектор. Слухи о диверсантах я люблю меньше, чем честный ракетный удар.

— Есть, — коротко ответил он.

На улице всё стало другим.

Небо над узлом уже пересекали тонкие, еле заметные линии — орбитальные лучи. Они были почти невидимы, но иногда воздух на их пути чуть дрожал, как на жаре.

Вдалеке вспыхивал огонь — там, где крупные цели пытались прорваться и встречались с верхним ударом.

Ближе к земле уже работали свои.

Трассеры, вспышки, писк автоматических турелей.

Робо-мулы, ещё часа два назад мирно катавшие ящики, теперь спрятались в укрытия или стояли в защитном режиме, их сенсоры переведены в пассивный.

— Лазарев, — к нему подбежал младший лейтенант из охранного взвода. — Пошли. Юг, сектор три. Там датчики шумят, как будто кто-то проползти пытается.

Он проверил автомат, сторону, дыхание.

Тело ответило чётко, без привычного раньше шороха ноющих травм.

— Ведёшь, — коротко сказал он.

Они бежали по траншее, освещённой рыжим светом.

Под ногами хлюпала грязь, где-то рядом бухала артиллерия.

В воздухе было много звуков: гул, писк, крики, металлический лязг.