Чтение онлайн

– О чем ты?

– Даже я знаю, что фонд, как правило, имеет головную организацию. Что является такой организацией для фонда Киссё?

Нисина ненадолго задумался. Я не понимал, почему он медлит. Наконец он заговорил:

– Ты, вероятно, слышал о кондитерском производстве «Киссё». Сначала это был старинный магазинчик японских сластей с многолетней репутацией, который постепенно вырос в известную всей стране кондитерскую фабрику средних размеров. Это и есть головная организация.

Кажется, я где-то слышал это название.

Но рекламного ролика точно не видел, я бы запомнил. И тут я все понял. Я не смог сдержать смех. Как же мне было смешно! Скоро я хохотал уже в голос.

Старик гневно произнес:

– Что тут смешного? Ну да, возможно, имидж кондитерской фабрики мало соответствует миру искусства. Но разве это так уж необычно?

Наконец мне удалось справиться с собой.

– Не в этом дело, просто я частенько потребляю продукты этой марки. Их пончики со взбитыми сливками из круглосуточного магазина весьма недурны. Мое любимое лакомство.

Я взглянул на часы. Начался новый день. Ноль пять. Удалось ли мне открыть новую карту? Не зная ответа на этот вопрос наверняка, я убрал пистолет в сумку для гольфа и поднялся.

Старик взглянул на меня:

– Уже уходишь?

– Времени мало. Меня ждут еще дела.

– Это имеет отношение к Хараде? Решил предпринять что-то в связи с Ван Гогом?

– Может, да, а может, и нет. Пока неясно.

Старик пытливо взглянул на меня:

– Ну что, встреча со мной оказалась полезной?

– Не знаю. Но оба моих предположения оказались неверными. Во-первых, то, что мне может пригодиться оружие. Это была ошибка. Сквозь прутья вашей клетки, похоже, и пуле не пролететь.

– А во-вторых?

– Я думал, что вы были давно и близко знакомы с Эйко. Кажется, я даже Хараде сказал нечто подобное. Но, похоже, вы не соврали. Я только сейчас понял, что вы имели в виду, говоря о сложности простых фактов.

– Да. Именно простые факты, как правило, имеют наиболее сложную структуру. Хотя в последнее время мне стало казаться, что истина, возможно, стремится в более простом направлении.

– Например?

– Например, известно ли тебе, какие материи движут человеком?

– Нет, неизвестно.

– Насколько я знаю, их три. Деньги, власть и красота.

– Вот как? Наконец-то наша беседа приобретает конкретику.

– Где ты увидел конкретику?

– Я о вашей страсти к «Подсолнухам» Ван Гога. Точнее, о причине этой страсти. «Подсолнухи» полностью соответствуют двум из трех названных вами материй. Что до третьей, то почетное звание первооткрывателя дает определенную власть. Повергнутый в одной сфере может укрепиться за счет другой.

У самой двери я обернулся:

– Кстати, думаю, есть и еще одна.

– «Еще одна» – что?

– Еще одна материя, движущая человеком. Еще одна материя.

– И что же это за материя?

– Нет нужды рассказывать вам о ней. Бессмысленно. Вам этого не понять. Эта материя распространяется лишь

на отдельных людей. В нашу эпоху их осталось мало.

Когда я уже взялся за ручку двери, то услышал вдогонку:

– Ты спросил все, что хотел. Позволь и мне напоследок задать тебе один вопрос.

– Какой?

– У тебя был талант. Почему ты оставил живопись в таком молодом возрасте?

– Наверно, потому, что был талантливее вас. Во всяком случае, я раньше вас понял, что не являюсь гением. Я имел талант понять это.

Ответа не последовало. Когда я прикрывал за собой дверь, мне показалось, что я оставляю за столом дряхлого старика.

Перед моим домом стояла машина. Малолитражка с номером, начинающимся на «ВА». Автомобиль из проката. Я бросил взгляд на окошко напротив. Юный курьер с видом скучающего аристократа лениво взирал на окружающий мир, опершись на подоконник.

Наши взгляды встретились, и, прежде чем я успел открыть рот, он с улыбкой произнес:

– Если ты об этом, то благодарить надо не меня. Обо всем позаботилась принцесса.

– Принцесса?

Дверца автомобиля открылась, выпустив стройный силуэт в черном, который тут же заговорил колючим голосом:

– И зачем, скажи, пожалуйста, тебе в это время суток потребовался автомобиль?

– Минуточку. Ты здесь откуда?

Тут вмешался курьер:

– Дело в том, что принцесса находилась в моей комнате и слышала весь наш разговор. Когда ты ушел, она связалась с прокатом и уладила вопрос за три минуты. Машину доставили почти мгновенно. Мне оставалось только наблюдать со стороны. Похоже, в вопросах житейской мудрости мне до нее далеко. Конец века – на сцену выходят принцессы новой формации.

– Вот оно как? – проворчал я и повернулся к Мари. – Что же привело тебя сюда снова?

– Любопытство. – Она уперла руки в боки. – Захотелось взглянуть, как поживает бессердечный мерзавец и трус. Приезжаю вечером, а тут такое. Что тут происходит, в конце-то концов? Сато мне уже много чего сообщил. А как прошла твоя поездка в Киото? Хотя бы в благодарность за автомобиль ты можешь рассказать? Что ты обо всем этом думаешь, приятель?

– Я же просил не называть меня приятелем, – вздохнул я. – Прости, но сейчас нет времени. Позже я обо всем тебе доложу. Напишу сотню отчетов. Может, наконец дашь мне ключи?

– Ключи?! Ты все-таки собираешься сесть за руль? И куда, интересно знать, ты собрался без прав?

– Туда, куда пешком не дойти.

В ответ она тоном, не терпящим возражений, скомандовала:

– Тогда марш на пассажирское сиденье!

– Сожалею, но вынужден отказаться. Дело в том, что путь мой лежит в слишком скучное место. Отнюдь не для влюбленной парочки.

– Это я и сама поняла. Такси не берешь, да еще содержимое твоей сумки…

– Откуда тебе известно, что у меня в сумке?