Чтение онлайн

Все сели за стол и приступили к торжественной трапезе, во время которой звучало много пожеланий и шуток. Собравшиеся отдали должное изысканным французским блюдам, которыми славился ресторан Жака. Потом был разрезан сплошь украшенный взбитыми сливками торт. Микки время от времени всех фотографировал, начав делать это еще на ступенях церкви.

Несмотря на то что Мэнди веселилась вместе со всеми, ее не покидало чувство нереальности происходящего. Казалось, вот-вот чудесное наваждение развеется и она увидит вокруг привычную обстановку квартиры в Торонто.

В

течение последних трех дней — всего трех! — ее словно в вихре кружило. События, нагромождаясь друг на друга, сменялись с такой скоростью, что мозг не успевал их переваривать. Мэнди отчаянно жаждала передышки, ей требовалось время, чтобы привыкнуть к новым условиям существования.

В конце ланча вновь появился Жак. И пока Кен о чем-то беседовал с ним, Мэнди удалилась в примыкавшую к банкетному залу безлюдную дамскую комнату, где сразу опустилась в кресло, радуясь возможности минутку побыть наедине. Однако это продолжалось недолго. Вскоре дверь отворилась, впуская Джулию.

— Надеюсь, ты не станешь возражать против моего присутствия? — произнесла она, заметно волнуясь. — Просто я хочу наконец рассказать то, что тебе давно пора знать. Или об этом тебе уже поведал Кен?

— О чем?

— О том, почему я пришла к нему в комнату. Еще тогда, четыре года назад.

— Он говорит, что тебе нужно было с ним поговорить.

— В общем-то да. Мне хотелось излить свои страхи и переживания человеку, который все поймет. — Усевшись на соседнее кресло, Джулия продолжила: — Я понимаю, что, увидев нас, ты подумала самое худшее. Представляю, как это выглядело со стороны! Но я в то время была на грани отчаяния и остро нуждалась в поддержке. Признаюсь честно, несмотря на мою искреннюю любовь к твоему отцу, если бы Кен проявил ко мне интерес, я скорее всего не удержалась бы. Но этого не произошло. Мне Кен всегда казался чертовски интересным мужиком, но сам он ничего подобного не испытывал по отношению ко мне. Для него я была лишь доброй приятельницей.

— Но если вы с папой любили друг друга, то почему…

— Я была несчастлива? — подсказала Джулия. — Видишь ли, меня всегда очень сильно интересовала физическая сторона отношений с мужчиной. И поначалу у нас с Томом все было отлично, но вскоре он обессилел, стал очень быстро уставать. Медицинское обследование показало, что у Тома редкое и неизлечимое заболевание крови, которое, как правило, сопровождается болезнями сердца и импотенцией, — вздохнула она. — Я просила его отойти от дел, чтобы избежать дополнительных нагрузок. Вот тогда-то Том и рассказал мне о плачевном положении дел в его корпорации. Я пригласила Кена. Но даже после его прибытия Том все равно не отказался от участия в управлении бизнесом и продолжал жить как прежде. Только заставил меня поклясться, что ты ни о чем не узнаешь. Он души в тебе не чаял и потому хотел оградить от переживаний…

Мэнди слушала молча, глотая слезы.

— Том сам настоял, чтобы я бывала на людях одна. Еще он желал, чтобы две женщины, которых он любил «больше всего на свете», то есть ты и я, жили полноценной жизнью. Когда мы привезли его с приступом из театра, он отказался от моего предложения вызвать врача. И тогда я поняла, что это конец. Мне захотелось

поговорить с кем-нибудь… Вот тогда-то ты и застала меня с Кеном — учитывая твое потрясение и нежелание обсуждать что бы то ни было, Кен предложил оставить все как есть и подождать, пока страсти немного улягутся и утихнет боль от потери Тома. К сожалению, ты начала действовать быстро…

Наступило молчание. Мэнди потянулась за бумажным полотенцем, чтобы промокнуть влажное от слез лицо. Затем она повернулась к Джулии.

— Спасибо за рассказ. Я жалею, что мы не поговорили раньше. Это избавило бы меня от множества ошибок. Но хорошо, что наконец все стало на свои места.

— К счастью, твоя история имеет счастливый конец. Я бы даже сказала, сказочный. Или лучше назвать его началом?

— Да, если бы только Кен любил меня…

— Но он тебя любит!

Мэнди печально покачала головой.

— Все это в прошлом. Я своими руками убила его любовь. Кен женился на мне только из-за Майка…

Джулия собралась было возразить, но передумала.

— Ладно, мне пора возвращаться. Микки, наверное, уже думает, куда это я запропастилась…

Обе женщины встали. Мэнди порывисто произнесла:

— Надеюсь, ты счастлива?

— Да! Микки очень милый человек. А временами даже бывает забавен. Мы оба хотели бы обзавестись детишками. И знаешь, — Джулия понизила голос до доверительного шепота, — кажется, наша мечта скоро осуществится!

Тут за дверью прозвучал взрыв смеха, и женщины поспешили в банкетный зал. Джулия подошла к мужу, который улыбнулся при ее появлении. На его лице можно было прочесть все признаки любви.

Мэнди даже позавидовала этой паре. Ах, если бы Кен хоть раз взглянул на нее вот так!

Кен внимательно изучил ее лицо и поинтересовался:

— Джулия беседовала с тобой?

— Да. Она мне все рассказала. Я очень сожалею о многом.

Кен тихонько сжал ей руку.

— Думаю, сейчас удобный момент, чтобы улизнуть. Тут такое веселье, что нашего ухода никто и не заметит.

Когда лифт вознес их в пентхауз и дверцы разошлись в стороны, Кен подхватил Мэнди на руки. Припомнив, как он перенес ее через порог в тот памятный вечер, когда состоялась их первая близость, она испытала душевный трепет.

Двигаясь быстро, будто в нетерпении, он отнес ее в спальню. Там, поставив на ноги, сказал:

— Разреши помочь тебе. — И с этими словами он начал расстегивать мелкие пуговки на спинке ее платья.

Мэнди позволила Кену снять с нее свадебный наряд и атласные туфельки. Когда она осталась в одном бюстгальтере и трусиках, он тоже принялся раздеваться.

У Мэнди пересохло в горле от предвкушения, но, вместо того чтобы стянуть свои шелковые трусы, Кен начал облачаться в другую одежду. Он надел светлые летние брюки и пеструю рубашку с короткими рукавами.

Разочарованно вздохнув, Мэнди повесила свадебное платье на плечики, а взамен накинула на себя шелковое. Ноги сунула в удобные кожаные босоножки.

Если Кен не собирался заняться с ней любовью, то почему так спешил? Может, потому, что пора отправляться в аэропорт? Кен что-то упоминал на этот счет в разговоре с Жаком…