Чтение онлайн

– Слышишь, падре, давай колись, ты номерок-то у стюардессы уже взял или только собираешься?

– А тебе-то что?

– Да не кипятись ты как китайский чайник, я просто интересуюсь.

– Ага, так я тебе и поверил. Веришь-нет, но на самом деле, я здесь лишь чтобы направить заблудшую душу этой красотки в лоно церкви. Дать возможность искупить грехи и покаяться перед лицом Господа.

– Андрюха, в твоём коварном плане по её обольщению слишком много слов. Как по мне, скажи ты ей про лоно церкви и считай, что дело в шляпе.

– В какой шляпе?

– Хех. А вот

теперь верю, что языку тебя научила бабуля. Про шляпу это выражение такое, крылатое, не раз ещё в подобную ситуацию попадёшь.

Сложности перевода, так сказать.

Самолёт резко тряхнуло. Я вцепился в подлокотники и часто задышал.

– Да не боись, такое бывает, у нас в России даже в воздухе ямы. А всё потому, что даже в воздухе экономят на дорогах. Всё будет норм. Не бзди.

Я полез в нагрудный карман пиджака и вытащил плоскую пластиковую фляжку с изображённым на ней распятием. Торопливо открыл крышку и сделал несколько глотков. Новый знакомый жадно потянул носом.

– Святой отец, мне всё больше хочется приобщиться к твоей церкви. Отвечаю, если угостишь святой водой, то считай, на одного прихожанина у тебя в кирхе станет больше.

– Да не вопрос. Лишь бы ты прекратил эту пытку.

– Какую пытку?

Я протянул спутнику фляжку. Тот сделал несколько мелких глотков. Блаженно зажмурился и довольным тоном произнёс:

– Андрюха, я в раю. Ладно, крайний вопрос, если, конечно, это не секрет.

– Давай уже, спрашивай, – сказал я, окончательно смирившись со своей участью.

– Ты в какой церкви будешь работать?

– Служить.

– Да какая разница? Не будь занудой, скажи и делай ты там себе на здоровье всё, что хочешь, хоть совращай монашек.

– Я буду служить в Базилике Святой Екатерины.

– О, брат, да это же контора на Невском проспекте, – почему-то расстроился мой собеседник.

– Что-то не так? – насторожился я, хотя уже понял, в чём причина резкой смены настроения Николая.

– Да от меня слишком далеко, не с руки будет к тебе на причастие и исповедь бегать.

– А ты когда в католики успел заделаться? – неожиданно вмешалась в разговор молчавшая до этого Галина.

Как оказалось, всё это время она внимательно слушала наш разговор. Николай скривился.

– Да я так, рыбка моя, гипотетически.

Странная всё-таки они пара, открытый и простой мужик, и эта фифа. Что-то тут не так, со стороны могло показаться, что дело в деньгах, но дело было в чём-то еще. Я спонтанно перешёл на магическое зрение и удивлённо крякнул. Аура моего нового знакомого сияла ровным золотистым светом, и лишь в районе сердца виднелось небольшое чернильное пятно. Дрянь какая. Ну, ничего, сейчас мы всё поправим. Я уже с таким сталкивался, передо мной классический след от любовного приворота. Мысленно сплёл печать очищения, напитал её толикой энергии и толкнул в сторону Николая. Есть.

Грязная клякса в его ауре испуганно дёрнулась в сторону, но моё плетение набросилось на неё, беспощадно выжигая её структуру. Всё, теперь главное, дождаться, пока его энергетическое поле придёт в норму. Мог бы и раньше догадаться. Ну, зато теперь всё с его аурой будет в

порядке, сверкает как новенькая. Жаль, правда, что теперь их брак рассыплется как карточный домик. Но тут уж Галина сама виновата, одно дело затащить мужика в постель, а совсем другое – превратить его в марионетку и медленно убивать с помощью насланного проклятья.

Я поднялся со своего места и, не обращая внимания на разгорающийся скандал, направился в сторону туалета. Едва я прикрыл дверь, как следом за мной в уборную проскользнула Кристина. Щёлкнув замком, она прижала меня к стене. Её губы оказались в миллиметре от моих. Впившись в меня жадным поцелуем, стюардесса едва слышно прошептала:

– Святой отец, я согрешила.

Петербург встретил меня мелким дождём и серым небом. После солнечного Рима и его приятной тёплой погоды подобная перемена меня не порадовала. А мне ведь тут жить. Прав был Николай на счёт пятидесяти оттенков серого. Хотя, признаю, после произошедшего в самолёте, погода волновала меня в последнюю очередь.

Нужно поскорее добраться до базилики. Там я смогу отдохнуть и разобраться с попавшим в мои руки артефактом. Я похлопал себя по нагрудному карману, проверяя, на месте ли шкатулка. Отлично. Теперь можно не беспокоиться, что артефакт причинит кому-то вред. Радовало то, что полученный дипломатический статус позволил избежать проволочек с досмотром и прочей ерундой.

Выпив стакан отвратительного растворимого кофе, я недоумённо уставился на часы. Кардинал заверил меня, что в аэропорту меня встретят и отвезут в нужное мне место. Я достал телефон и набрал выданный помощником Роше номер посольства. Странно. Никто не отвечает. Достал вторую визитку и попытался дозвониться до базилики святой Екатерины.

– diavolo.

Автоответчик.

Сидевшая за соседним столиком старушка неодобрительно покачала головой. Похоже, в этой стране все считают, что священник должен быть чуть ли не святым. Интересно, а их церковь такая же коррумпированная, как и наша? Помнится, мой новый знакомый несколько раз пошутил на эту тему.

Сейчас я уже начинаю жалеть, что отказался от предложения Николая.

Бизнесмен на полном серьёзе хотел меня подвести. Жаль, что его жена не была в восторге от соседства со мной. Ну, ничего, в скором времени эту мымру ждёт неприятный сюрприз. Николай же после моих выкрутасов со стюардессой отчего-то решил, что на самом деле я не мелкая сошка, а чуть ли не глава католической церкви. Когда я в очередной раз отказался работать в его фирме, он ехидно улыбнулся и произнёс:

– Видимо, у вас, католиков, дела идут куда лучше, чем у меня. Оно и неудивительно. Бабка молится, вилла строится. Кадило крутится, лавэха мутится.

Признаться, мой уровень владения языком не позволил до конца разобраться в значении этих фраз, но, судя по весёлому виду собеседника, он находил эти выражения забавными.

Я посмотрел на часы и тяжело вздохнул. Человек, который должен меня встретить непростительно задерживается.

Снова достал телефон и попробовал связаться с координаторами.