Повелители сумерек
Шрифт:
Насколько Эви было известно, та «банка с червями» не имела к Японии ровно никакого отношения. Собственно говоря, этот контейнер прибыл из таких экзотических мест, с которыми Япония не шла ни в какое сравнение. И до них было никак не меньше нескольких световых лет.
Насколько Эви было известно…
Кто-то постучал в дверь кабинки, и Эви едва удержалась, чтобы не вытащить «пушку». Подняв глаза, Эви увидела молодого светловолосого парня. Он стоял прислонившись к двери и улыбался ей сквозь затемненное стекло. «Пол», — прочитала Эви имя на пластиковой карточке у него на груди и открыла кабину.
— Да?
— Прошу
Эви бросила взгляд на противоположную стену. Там, над главным входом, висели большие электронные часы. Часы эти давно предполагалось заменить на новые, а пока что они смотрелись жутким анахронизмом из прошлого века. В данный момент на их табло светились цифры 2:53.
— Спасибо, что предупредили.
— Мы оповестили посетителей по радио, но в кабине можно и не расслышать.
Парень почему-то не отходил от нее и по-прежнему улыбался. Эви наградила его ответной улыбкой. Она записала на карточку всю информацию, которую выдала ей машина. Пол неотрывно наблюдал за ней.
— Между прочим, я писал дипломную работу по китайской оккупации.
Эви вышла из кабины и потянулась. Ей с трудом удалось сдержать себя, чтобы не поморщиться от боли, которая не замедлила при первом же движении пронзить ей икру и плечо.
— Весьма интересно, однако вы не находите, что заглядывать людям через плечо не слишком вежливо.
Пол виновато пожал плечами, а затем еще сильнее расплылся в улыбке. Эви без труда читала исходившее от парня вожделение и еще какую-то глубоко запрятанную нервозность.
— Можете спросить меня.
— О чем?
— Можете спросить меня о том, что вы ищете.
Пол снова прилип к кабине.
Эви уже начинало раздражать поведение парня.
— Собственно говоря, я еще не уверена, что конкретно мне надо.
— Тогда спросите у меня первое, что придет вам в голову и я от вас отстану.
«А почему бы мне не рискнуть?»
— Расскажите мне, что вам известно о деятельности японских националистов в пятьдесят третьем?
Пол потер подбородок.
— Да, этот год был не подарок, потому вы, наверно, и спрашиваете. Пять… нет, шесть покушений на видных политических деятелей, — началось все с Янь Пеня, заместителя коменданта Йокагамы, ФНО нанял тогда профессионального убийцу. Тот уничтожил лимузин своей жертвы противотанковой ракетой.
«Не иначе как дело рук Хасана», — подумала Эви.
— Это случилось в марте. Затем ракетой типа земля-воздух при взлете был сбит гражданский шатл-аэробус. В результате погиб китайский министр иностранных дел и еще около сотни пассажиров. Это произошло в Шанхае, в середине мая. Директор государственного комитета по науке и технике, а вместе с ним еще несколько ученых и инженеров, погибли во время раскопок Токио от взрыва подложенной в машину бомбы.
«Ученые и инженеры?»
— А чем они занимались?
Пол улыбнулся еще шире.
— Китайская сторона так и не сделала по этому поводу никакого официального заявления, однако всем известно, что их Госдепартамент пытается раскопать и выудить на свет божий любые остатки довоенных японских технологий, которые еще могут пригодиться для дальнейших исследований. В то время
— Спасибо, — действительно, это вряд ли простое совпадение.
Эви повернулась, чтобы уйти.
— Надеюсь, еще увидимся!
Эви дошла до дверей, вздохнула и обернулась.
— Не надейтесь, — и выскользнула из библиотеки, прежде чем Пол нашелся, с ответом.
Эви побрела назад по улице, расталкивая толпу. Она была уверена, что отдельные фрагменты наверняка составляют единое целое, но ей никак не удавалось понять, каким образом. Ясно одно: главной причиной обрушившихся на нее несчастий стали события 53 года, когда ей удалось раскопать логово пришельцев. Ей было трудно до конца объяснить почему, но между событиями пятилетней давности и происшествиями сегодняшнего дня возникало слишком много параллелей.
Значит, она встала всем словно кость поперек горла из-за этих пришельцев.
Эви проталкивалась сквозь толпу, не замечая ничего вокруг себя. Она даже не повела бровью, задев на ходу сердитого ягуара-моро. Сказать по-правде, Эви не отдавала себе отчета, куда она направляется, пока дорогу ей не преградила металлическая сетка с предупредительными знаками.
Эви посмотрела верх и увидела, что стоит перед строительными лесами, словно кокон укутавшими обезглавленный торс «Крайслер Билдинг». Небоскреб был единственным зданием, возвышавшимся над кварталом развалин и строительного мусора. Работы по разборке башен были приостановлены из-за праздника; Эви же наткнулась на забор, перегородивший Сорок Вторую стрит.
Собственно говоря, небоскреб был таким же крепким и вполне пригодным для жилья, как и все остальные дома. Непонятно почему кому-то пришло в голову их сносить.
Эви окинула взглядом толпу по эту сторону забора. Большинство прохожих предпочитали побыстрей прошмыгнуть мимо нее, бездомные же моро жались друг к другу в подъездах. Все местные, нью-йоркцы, и среди них ни одного легавого. В некотором роде, если можно так выразиться, она пребывала в полном одиночестве.
Эви ухватилась за проволочную сетку и подтянулась на верх забора. Вряд ли эта хлипкая ограда могла остановить того, кто поставил себе целью преодолеть ее. Колючая проволока служила скорее для отпугивания. Эви перемахнула через забор и, сделав в воздухе сальто, приземлилась на строительной площадке. Никто из прохожих не отреагировал на ее трюк; более того, никто даже не посмотрел в ее сторону.
Эви, хромая, зашагала к исполинскому зданию, словно перенесшемуся сюда из какого-то жуткого сновидения. Под ногами у нее перекатывались куски бетонной крошки и битого камня. Площадка была расчищена на полквартала в длину в каждом направлении: Нью-Йорк снова бросил один из своих старейших небоскребов на растерзание бульдозерам, а сам, чтобы не замараться, отступил в сторону.
Эви зашагала к основанию здания, лавируя среди густых джунглей строительных лесов. Ей надо было попасть к парадному входу. Она не стала входить внутрь, а просто уселась в проходе, время от времени посматривая на граффити, покрывавшие снаружи три этажа здания.