Чтение онлайн

— Как же! Трудная задача.

— А ты легкого ищешь. — Женька прыгнул на доску, перекинутую через лужу. Вода чавкнула и выплеснулась Алексею на ноги.

— Извини, Подсолтгух...

Женька терпеливо ждал, пока Алексей отряхивал брюки, потом он вытерся таким белым, в кружевах, платком, что им не только руки — лицо жалко вытереть.

— Откуда у тебя такой... сморкальник?

— Надя подарила. Случайно в кармане оказался.

—

— Не зря. Ты мою жену не знаешь. Без нее я полчеловека.

— Полдурака. Все они, деики-бабы, доброго слова не стоят, разве что сегодняшняя русалка исключение. На ней, пожалуй, можно без оглядки жениться...

Алексей с интересом осматривался. Стрела монтажного крана оторвала от земли панель с уже застекленными окнами и понесла ее на четвертый этаж, где ее ждали, приманивая к себе руками, два человека. В разрытых траншеях лежали трубы, бережно спеленатые изоляцией. Девушка в красном платье перемахнула, как факел, через траншею и скрылась за грудой битого кирпича.

— Все равно отыщу ту русалку,— глядя вслед девушке, сказал Женька и вздохнул. — Задела она мое сердце...

Алексей усмехнулся:

— Любовь с первого взгляда!

— А ты не веришь в такую любовь?

— Один старик сказал, что истинная любовь похожа на привидение: все о ней говорят, но мало кто видел...

— Это старик так считает, а сам ты?

— И я.

— Чудак! Скучный ты, видать, тип.

Они остановились возле кирпичной стены.

Высокий рабочий в синем комбинезоне спокойно и размеренно вел кладку: брал кирпич, вдавливал его в шевелящийся раствор, чиркал мастерком и снова брал кирпич, услужливо протянутый ему чьей-то заботливой рукой с золотым колечкам.

— Чем у нас не завод? — похвастался Женька. — Дома собирают как машины на конвейере. Только что на открытом воздухе. Но и кирпичу, как видишь, отдается должное. Как-никак именно с кирпича началась цивилизация.

За углом стоял грузовик с опущенными бортами. Рабочий в серой кепке, нахлобученной на уши, не разгибаясь и не поднимая головы, вышвыривал пачки паркета, не заботясь, куда они падают. Л падали они в грязь.

— Эй, ты, сундук! — крикнул Женька.

Рабочий резко выпрямился и тут же ссутулился:

— Привет, товарищ Шишигин! Как в отпуске гуля-лось? Не женился?

— Брось трепаться! Ты что делаешь, дурья твоя башка, совесть у тебя есть или собаки сожрали?

— Сейчас, сейчас,

— Видал? — сказал Женька, когда они с Алексеем отошли подальше. — Деятель! Не хватает рабочих рук, приходится брать кого попало. А сколько участку убытка от такого паразита?

Прошли мимо роющегося в земле экскаватора: он сердито гудел, замахивался ковшом и совал его в землю с тяжелым выдохом. Немного поодаль отчаянно буксовал панелевоз. Заднее колесо вертелось вхолостую, разбрызгивая комья грязи. Несколько человек пытались вытолкнуть колесо из ямы.

Пожилой человек в очках, в новом, видно первый раз надетом, черном плаще и белой рубашке, размахивая руками, выкрикивал:

— И-и-иэх, раз! И-и-эх, два!

Он то вздымал руки, приподнимая полы развевающегося плаща, то хлопал себя по коленкам и был похож на ворона, пытающегося взлететь:

— И-и-и-эх, раз! И-и-и-эх, два!

— Это наш прораб, дядя Костя Матусов,— сказал Женька. — Ничего мужик, свойский. Толкнем?

— Давай!

Они встали рядом. Машина тяжело оперлась на плечо Алексея и тут же оторвалась, качнулась мягко и перевалила через препятствие.

— Есть! Вышла на орбиту! — обрадовался прораб. Он заметил Женьку, подошел: — Наконец-то, орел, приехал! Я тут без тебя как без рук. Как отдыхалось? Что новенького?

Женьку мгновенно окружили рабочие.

Кто-то потянул Алексея за рукав. Невысокий, похожий на подростка, парень в мятом пиджаке, с сигаретами, заложенными за уши, спросил:

— Пополнение, что ли?

— Пожалуй.

— Значит, ты свой?

— Значит.

— Повезло тебе, это точно. Шишигин счастливчик: столкни его с моста в воду — и он выплывет с рыбой в зубах. Авторитет у него — первый класс, сам начальник управления за ручку здоровается. Наша бригада — в передовых, почет и уважение, боремся за звание комтруда. У нас — дружба. Одолжи трояк до завтра: хочу невесте подарок, а казна пустовата, как раз трояка и не хватает. Выручишь?

У Алексея был трояк, он не хотел и брать, думал обойтись рублем, но Надя настояла: «Как же без денег и чужом городе, мало ли для чего понадобятся!»

Отдав деньги, он подтолкну;; парня и сам отскочил в сторону: прямо на них двигался какой-то человек, согнутый в три погибели,— на его спине покачивалась длинная, выструганная до глянцевитости доска.

Парень с сигаретами за ушами вытащил из кармана потрепанную голубую тетрадку, потряс ею: