Чтение онлайн

Я пытаюсь изобразить сарказм, но поджатые губы говорят о том, что мне это не удалось. Жалко. Вот черт. Похоже, я и правда сука и виновата во всех тех ужасных вещах, в которых меня обвинял Сайлас, прежде чем накачать наркотой.

Мои губы расходятся в извинениях, но голосовые связки отказываются сотрудничать. Прежде чем я смогла заставить себя говорить, Конмак схватил меня за бедра и дернул вперед.

Я вскрикиваю.

— Поощрять? — рычит он.

Он

опускает голову между моих раздвинутых ног, его горячее дыхание обдает мою киску. Я задыхаюсь, кожу на внутренней стороне бедер покалывает от его бороды. Она совсем не такая колючая, как кажется, и мне хочется ее потрогать.

— Как насчет этого? — он высовывает язык и проводит им по моему клитору.

Разряд удовольствия пронзает меня до глубины души, заставляя выгнуть спину. Я стону, мои пальцы погружаются в матрас, а его язык продолжает терзать мой клитор.

— Блять, — шепчу я.

Конмак поглощает меня так, словно я самое вкусное, что он когда-либо пробовал, и я таю от его прикосновений. Моя киска сжимается и болит, когда он скользит руками по моим бедрам и еще больше раздвигает пальцами мои складочки.

Я тяжело дышу, покачивая бедрами навстречу его рту, а он продолжает смаковать мою киску долгими, томительными ласками. Комната исчезает, как и ужас моего положения, и все ощущения сосредотачиваются на моей киске.

— Пожалуйста, — стону я.

Конмак молчит, но его язык увеличивает ритм, пока я не начинаю стонать еще сильнее.

— Мне нужны твои пальцы, — стону я. — Пожалуйста.

Его язык скользит вниз к моему входу, ослабляя интенсивность, а затем проникает в киску. Я сжимаюсь и разжимаюсь, желая что-нибудь подлиннее, потолще, потверже.

— Хорошо, я готова, — говорю я. — Пожалуйста, мне нужен твой член.

Язык Конмака скользит по моему клитору вверх-вниз, совершая щелкающие движения. Ощущения настолько ошеломляющие, что внутри меня прорывается плотина.

Оргазм обрушивается потоком. Волна за волной наслаждение проносится по телу, смывая последние оговорки. Я тону. Утопаю в жидком удовольствии. Утопаю в расплавленном желании. Он продолжает ласкать меня, доводя оргазм до безумных высот. Я вцепилась в простыню, мои губы разошлись в крике.

— Ох, блять...

Конмак отстраняется, и я с трепетом и дрожью жду его члена. Меня больше не волнует, что он огромный. Меня больше не волнует, что он незнакомец. Никто и никогда не заставлял меня кончать так сильно и долго, и мне хочется больше.

Я хочу, чтобы он прижал меня к себе, растянул на всю длину и трахал до тех пор, пока я не увижу звезды.

Он смотрит на мое обнаженное и дрожащее тело с нечитаемым выражением лица. Я приподнимаюсь на обе руки, желая, чтобы

он растягивал меня до тех пор, пока я не закричу.

Но вместо того, чтобы погрузиться в меня, он разворачивается на пятках и уходит.

Глава 8

У меня падает челюсть, и я задыхаюсь, когда Конмак влетает в дверь и позволяет ей захлопнуться. Что это, блять, было? Он только что сделал мне лучший куннилингус за всю мою жизнь, разогрел меня, я жаждала его члена, а он бросил меня в подвешенном состоянии.

Я рухнула на матрас, мое тело все еще содрогается от интенсивности оргазма, внутренности пульсируют от этих восхитительных ударов. Мышцы киски то сжимаются, то разжимаются, требуя наполнения.

Со стоном я закрываю лицо рукой и сдерживаю нахлынувшие эмоции. Его отказ лишь усугубляет груз, который Сайлас взвалил на мои плечи, устроив самое худшее из возможных расставаний.

Вся эта ситуация просто чудовищна. Со мной все в порядке - по крайней мере, внешне. Конмак не стал бы просить детей, если бы считал меня отвратительной, значит, дело в моих словах.

Может быть, из-за того, что я сказала про ЭКО, или что я не намокла при виде его члена?

Наверное, и то, и другое.

Или это его способ попрощаться, прежде чем он отправит меня обратно в аукционный дом? Он не стал бы совать свой член в женщину, у которой овуляция, если бы хотел перепродать ее кому-то другому.

Я резко встаю, сердце все еще колотится от оргазма, скатываюсь с кровати и падаю на руки и ноги.

— Блять, — я бегу к двери, но она распахивается.

Входит Леда с подносом, заставленным тарелками.

Она вздрагивает, ее глаза расширяются от моей наготы, но она натягивает нейтральную маску.

— Мистер Конмак попросил проследить, чтобы ты доела свой завтрак.

— А?

Я останавливаюсь, переводя взгляд на маленький столик у балкона.

Леда ставит поднос и идет через всю комнату к высоким шкафам, которые тянутся до самого потолка. Она открывает одну дверцу, заваленную одеждой, и достает халат.

— Надень это. Здесь все твоего размера.

— Как?

Она суматошно пытается одеть халат, ее губы сжаты.

— Когда ты только приехала, ты мне сказала свои размеры.

Я накинула халат, в голове все еще царит смятение.

— Он купил все это для меня?