Чтение онлайн

Я устало киваю ей. Если бы она держала язык за зубами, Конмак оставил бы нас в покое. Я провожу дрожащей рукой по волосам. Кому какое дело до скромности, когда мне нужно вырваться из лап Мориса Танатоса?

Брианна протягивает мне контейнер для анализов и жестом указывает на дверь, где, по ее словам, я могу переодеться в халат.

Когда я соскальзываю с операционного стола и на дрожащих ногах пробираюсь в другой конец комнаты, тяжелый взгляд Конмака следит за каждым моим

движением. Я чувствую на себе его взгляд, который прожигает мою кожу, и мои чувства приходят в состояние боевой готовности.

Его присутствие ошеломляет, даже когда я прячусь за дверью и пытаюсь помочиться. Не знаю, инстинкты ли это выживания, но какая-то часть меня тянется к его присутствию. А может быть, я настолько разбита предательством Сайласа, что могу доверять лишь своей денежной ценности.

Наполнив емкость для анализов и переодевшись в халат, я открываю дверь ванной и выхожу. Конмак уже стоит у смотрового стола, его взгляд прикован к моему. Брианна стоит рядом с оборудованием на тележке.

— Начнем, — говорю я.

Брианна берет анализы крови, УЗИ органов малого таза, мазок из горла, несколько мазков из влагалища и шейки матки. Эти анализы мне не чужды, поскольку я проходила их в начале года, когда хотела забеременеть, но меня отвлекает присутствие Конмака.

Он нависает надо мной, скрестив руки, и не сводит с меня взгляда. Как бы я ни старалась сосредоточиться на своем дыхании, вопросах Брианны или ее советах, это невозможно.

Лу Конмак поглощает меня целиком.

— Ты планируешь воспользоваться услугами клиники? — спрашивает Брианна, ее голос отрывает меня от мыслей.

— Прошу прощения? — отвечаю я.

— ЭКО, — говорит она. — Если ты уже выбрала клинику, я могла бы переслать тебе результаты...

— Мы сделаем это естественным путем, — говорит Конмак.

У меня перехватывает дыхание, и мышцы тела сжимаются. Не знаю почему, ведь я предполагала, что Конмак хочет зачать своих сыновей через секс. Услышав это вслух, моя ситуация становится еще более реальной.

Брианна кивает и делает пометку в своем планшете.

— Понятно. Могу я взять у тебя электронную почту, на которую отправить результаты?

Прежде чем я успеваю ответить, Конмак называет адрес и кладет руку мне на плечо.

— Вставай. Мы уходим.

Поездка из здания проходит в тишине, и я удивляюсь, что Конмаку разрешено управлять автомобилем с одним глазом. Я съеживаюсь на пассажирском сиденье, когда он сворачивает с проезжей части на уединенную подъездную дорожку, окруженную высокими хвойными деревьями.

Почему-то

я думала, что такой парень, как он, будет жить в пентхаусе с видом на центр города, но здание, которое появляется в конце дорожки, — настоящий особняк.

Это величественный, статный дом, словно вырванный из старинной кинодрамы, с увитыми плющом стенами, скрывающими огромные эркеры и балкон на втором этаже.

Вооруженные люди повсюду — у ворот, на территории, и у двойных дверей особняка.

Я потираю горло.

— Всегда такой уровень безопасности?

Вместо ответа Конмак паркуется и выходит, чтобы открыть мою дверь. Он протягивает мне руку, и я беру ее, позволяя ему вытащить меня из машины и провести по каменным ступеням.

Мы входим в просторное фойе с мраморным полом, крутой лестницей и обшитыми деревянными панелями стенами, освещенными величественной хрустальной люстрой. Я оглядываюсь по сторонам в поисках хоть каких-то признаков моего нового хозяина — картин, фотографий, личных вещей, но их нет.

Конмак ведет меня по коридору к тускло освещенной лестнице, ведущей в подвал. Пульс бьется внутри ушей при мысли о том, что меня ведут на убой, но я отгоняю тревогу.

Он не заплатил бы за меня два миллиона, если бы хотел моей смерти. Он также не стал бы меня проверять. Скорее всего, он ведет меня в клетку, где я буду томиться несколько дней, прежде чем придумаю, как сбежать.

Когда мы достигаем промежуточной лестничной площадки, ноздри наполняются ароматом свежеиспеченного хлеба, и я понимаю, что мы направляемся на кухню. Облегчение охватывает меня при мысли о еде. Может быть, Конмак не так плох, как я думала.

Он открывает дверь и, придерживая меня рукой за спину, ведет в залитую солнечным светом кухню, которая по площади превосходит весь мой дом. Вместо привычных приборов из нержавеющей стали, которые я ожидаю увидеть в помещении такого размера, здесь стоит чугунная плита, которая по ширине больше, чем вся моя спальня, и столешницы из дерева в деревенском стиле.

— Леда, — кричит Конмак.

Из другой комнаты выходит черноволосая женщина лет пятидесяти в серо-белом платье домработницы. Она замирает на месте, окидывая взглядом мою фигуру.

Она высокая и стройная, с печальными глазами, которые прячет за строгими чертами лица. В отличие от Брианны, которая не могла скрыть своего беспокойства, Леда не выдает ни единой эмоции. Я не могу сказать, связано ли это с тем, что я не первая полуголая женщина, которую Конмак привел домой.

— Да, сэр? — она поднимает подбородок.

— Приготовь комнату для нашей гостьи и дай ей что-нибудь поесть, — говорит он.

— Конечно.