Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

— Мне уже терять нечего! — тихо засмеялась Стешка. — Я пришла сюда, чтобы помереть.

Она снова закашлялась. Пастухов тяжело вздохнул, а графиня отвернулась, чтобы не показывать никому своих слез. В последние дни она сделалась ужасно слезливой, так что даже сердилась на себя, но ничего не могла с этим поделать. Иногда она закрывала глаза и видела себя и несчастную Стешу на водах в Теплице или Карлсбаде, куда в детстве ездила с отцом. Они обе в прекрасных платьях, у них много денег, к их услугам лучшие европейские доктора. Нужда, несчастья, болезни — все это дурной сон, который они

предпочитают не вспоминать.

— Я все обдумала, и риска тут немного, — продолжала спорить с доктором Степанида. — Никогда еще не бывало, чтобы надзиратель выводил арестантов после отсидки. Он не может покинуть пост. Всякий раз за отсидевшими в камеру приходил кто-то другой, из конторы. Тюремщик, который придет за мной, не будет знать Елену в лицо.

— Зато тебя он может узнать, умница! — строптиво воскликнул доктор. — Ты ведь к нам попадаешь раз в полгода, как на курорт!

— Да разве они всех запоминают! — возразила она.

— Ты слишком красивая, Стеша, тебя трудно не запомнить, — снова вмешалась в их спор Елена. — И мы с тобой вовсе не похожи!

— Вот поэтому я и прихватила с собой замечательный чепец! — И она извлекла из-под койки нечто пышное, изрядно потрепанное, украшенное грязными кружевными рюшами. — В этом чепце я бы мать родную не узнала!

— В самом деле, — сощурился доктор, но тут же опомнился: — И все же Розенгейма чепцом не обманешь.

— А вот Розенгейма вам придется чем-то отвлечь, — парировала Степанида. — Он не должен выходить из своего кабинета какие-то пять-десять минут, только и всего!

Пантелеймон Сидорович повернулся к Елене:

— У меня голова кругом… Вы что же, действительно готовы рискнуть?

— Я не вижу другого выхода, — неожиданно для себя самой ответила графиня. — Если судьба предоставляет мне такой шанс, нельзя им пренебречь…

В тот вечер тюремный врач с особенным чувством вошел в свою служебную квартиру, занимаемую им рядом с острогом. То были всего лишь две маленькие комнаты, обставленные старой, дешевой мебелью. Когда-то они с женой-покойницей мечтали сменить их на тихий, уютный деревенский домик, с яблонькой под окном. Выйдя в отставку после долгих лет беспорочной службы, Пантелеймон Сидорович мечтал делить свои досуги между чтением сентиментальных романов и огородничеством. Но сперва он утратил свою верную подругу, а теперь приходилось проститься и с давней мечтой. Идиллии, как бы скромна она ни была, не суждено сбыться. Организовав побег Мещерской, он, вернее всего, не сможет вернуться даже в эти невзрачные, но все же прочно обжитые комнатки. Последует бесславная отставка, лишение пенсиона и нищета, нищета…

Терзаясь дурными предчувствиями, доктор отпер дверь чулана и, обрывая паутину, ругая последними словами паучье племя, отыскал заплесневевшую коробку с шахматами. Добрую половину ночи он играл сам с собой, вспоминая правила и стараясь не думать о своем будущем.

В означенный день, рано утром, Стеша с Еленой обменялись платьями и стали дожидаться тюремщика. Степанида выглядела поздоровевшей. На ее щеках играл румянец, она почти не кашляла, начала самостоятельно вставать и даже прохаживаться по палате. Елена, радуясь за подругу, шутливо говорила:

— Вот

увидишь, болезнь пройдет, проживешь до глубокой старости! Будешь потом себя корить, что зазря отсидела в тюрьме.

— Если у тебя родится здоровый ребенок, значит, уже не зазря, — остановилась Стешка. На ее глазах вдруг показались слезы: — Ты только береги дитя, слышишь?! Ухаживай за ним, ласкай, не доверяй чужим людям!

Доктор Пастухов, который перевидал на своем веку сотни чахоточных больных, прекрасно знал, что мнимое выздоровление, чудесная эйфория у них наступает перед самой смертью. Он не обольщался насчет Стешки и, когда видел ее снующей по палате, всякий раз строго приказывал ей немедленно ложиться в постель.

Перед самым приходом тюремщика девушки обнялись и расцеловались. Степанида сама надела на голову графине нелепый чепец, расправила оборки, и, несколько раз перекрестив подругу, сказала: «С Богом!»

Пантелеймон Сидорович в это же самое время заглянул в кабинет начальника тюрьмы и, увидев Розенгейма за его привычным занятием, неожиданно сказал:

— А вы знаете, играть в шахматы в одиночку ничуть не лучше, чем пить одному! Меланхолию наводит! Как доктор не одобряю! Хоть бы раз вы меня в партнеры взяли!

Леонтий Генрихович поморщился, осмотрел доктора с ног до головы, будто пытаясь точно высчитать его рост, и недоверчиво спросил:

— Вы разве умеете играть?

— Еще как! — похвастался трепещущий доктор. — Давно у меня руки чесались вас обставить!..

— Степанида Грачева, — прогремел тюремщик из-за железной двери, — готовьсь на выход!

Елена посмотрела на Стешу, ища поддержки. Та прикрыла веки, как бы говоря: «Ступай!» Графиня поднялась со стула и пошла к двери, слегка шатаясь от волнения. Конторский чиновник не обратил на это обстоятельство никакого внимания, впрочем, как и на саму девушку. Он, не глядя, выдал ей проходное свидетельство и велел своевременно отметиться в управе. Потом повел ее во двор-колодец, где топтались уже несколько мужчин, ожидавших выхода на свободу.

Когда конторский чиновник заглянул в кабинет начальника тюрьмы, белый король Пантелеймона Сидоровича как раз получил шах.

— Да вы и впрямь мастер! — с деланым неудовольствием произнес доктор. Бедняге за всю жизнь не приходилось столько лгать и притворяться, как в этот день. Пастухов не знал, на каком он свете, но мужественно играл свою роль.

— Господин начальник, — обратился к Розенгейму конторский чиновник, — уходящие арестанты построены. Будете смотр делать?

Леонтий Генрихович бегло взглянул в окно. Он любил произносить напутственные, назидательные речи и не собирался лишать себя этого удовольствия и сегодня. Но в это время Пастухов защитил своего короля ферзем, опрометчиво жертвуя противнику столь важную фигуру. Переведя взгляд на шахматную доску, Розенгейм возбужденно махнул рукой и приказал чиновнику: — Выпускай так!

Глава пятнадцатая

Роженица находит приют, лавочница — заработок, князь — любовницу, а доктор — отставку

Поделиться:
Популярные книги

Интернет на все 100 pro

Крюков Михаил
Компьютеры и Интернет:
интернет
5.20
рейтинг книги
Интернет на все 100 pro

Санин (сборник)

Арцыбашев Михаил Петрович
Русская классика XX века
Проза:
русская классическая проза
роман
повесть
рассказ
5.80
рейтинг книги
Санин (сборник)

Хроники Средиземья

Толкин Джон Рональд Руэл
Фантастика:
фэнтези
8.79
рейтинг книги
Хроники Средиземья

Война

Валериев Игорь
7. Ермак
Фантастика:
боевая фантастика
альтернативная история
5.25
рейтинг книги
Война

Моцарт и его время

Луцкер Павел
Документальная литература:
биографии и мемуары
научпоп
5.00
рейтинг книги
Моцарт и его время

Театральное наследие. Том 1

Немирович-Данченко Владимир Иванович
Документальная литература:
биографии и мемуары
прочая документальная литература
5.00
рейтинг книги
Театральное наследие. Том 1

Философия как духовное делание (сборник)

Ильин Иван Александрович
Научно-образовательная:
философия
5.00
рейтинг книги
Философия как духовное делание (сборник)

Литрпг

Казначеев Виктор
5.00
рейтинг книги
Литрпг

Конец главы

Голсуорси Джон
8.30
рейтинг книги
Конец главы

Лекции профессора Московской Духовной Академии А. И. Осипова

Осипов Алексей Ильич
Религия и эзотерика:
религия
5.00
рейтинг книги
Лекции профессора Московской Духовной Академии А. И. Осипова

Болезни ног и варикозное расширение вен. Лечение и профилактика

Нестерова Дарья Владимировна
Дом и Семья:
здоровье и красота
6.25
рейтинг книги
Болезни ног и варикозное расширение вен. Лечение и профилактика

Медиапланирование на 100%

Назайкин Александр
Деловая литература:
маркетинг, pr, реклама
5.00
рейтинг книги
Медиапланирование на 100%

Магнатъ

Кулаков Алексей Иванович
4. Александр Агренев
Приключения:
исторические приключения
8.83
рейтинг книги
Магнатъ

Энциклопедия юного аквариумиста

Галанина Юлия Евгеньевна
Детские:
детская образовательная литература
7.50
рейтинг книги
Энциклопедия юного аквариумиста