Полюс Лорда
Шрифт:
– Кто – мы?
– Мы с Патом, помните его? Так вот, мы встретились вечером, около одиннадцати. Он подъехал на машине и забрал меня. Мы тронулись дальше, куда – не помню, но помню, что остановились где-то под мостом, недалеко от Гудзона, и тут ждали. Потом явился этот самый Стэн. Вы бы посмотрели на него! У него, понимаете ли, руки ниже колен, а ноги как две дуги, и ходит он как…
Многословие Поля действовало мне на нервы.
– Послушайте, – перебил я его, – вы не для того явились, чтобы писать художественные портреты. К черту длинные руки и кривые ноги, и
– Простите, я увлекся. Так вот, мы последовали за ним и вскоре пришли в какой-то тупик возле заброшенного старого склада. Стэн расставил нас таким образом, чтобы тот, кто придет, не мог уйти из ловушки. Потом мы опять ждали, пока не подъехала машина. Они – я говорю «они», потому что их оказалось двое – запарковали поодаль и двинулись в нашем направлении. Один направился навстречу Стэну, другой остался у входа в тупик, должно быть караульным. Они не видели нас с Патом, потому что мы схоронились за старыми ящиками…
Поль на секунду замолк, что-то припоминая, затем продолжал:
– Дальше все произошло так быстро, что я и сейчас не могу всего восстановить. Стэн что-то сказал пришельцу – это и был Паркер – и, вынув из-за пазухи пакет, протянул тому. По-видимому, он выдал себя неосторожным движением, потому что Паркер, не взяв пакета, шарахнулся в сторону и пустился бежать. В тот же момент Пат выскочил из засады и кинулся на второго пришельца. Тот сообразил, что происходит, и ринулся к машине. Он, наверное, добежал бы до автомобиля, потому что мой партнер был неловок, но тут выскочил я и бросился убегавшему под ноги. Он упал, и мы без труда скрутили ему руки. Он не кричал, лишь молил не убивать его и еще уверял, что ничего не знает, а только согласился подвезти Паркера. Мы успокоили его и обещали, что ничего дурного ему не сделаем, – пусть только молчит!
К тому времени Стэн приволок свою жертву, уже бездыханную. Он был доволен и похвалил нас за хорошую работу. Затем приказал тащить Паркера к воде, пока он поговорит с другим пленником. При этом он странно улыбнулся, но я не придал тому значения. Только когда мы несли Паркера, я вспомнил, и мне стало не по себе. Я попросил Пата подождать, а сам бросился назад.
Когда я увидел Стэна, он стоял на коленях, склонившись над пленником. Заслышав мои шаги, он вскочил и от неожиданности выронил тяжелый металлический предмет, зазвеневший при падении на мостовую. Тогда я понял. Подошел ближе: тело человека лежало неподвижно. Наклонившись, я увидел, что лицо у него раздуто, а язык застрял между зубами. Он был мертв.
Я повернулся к Стэну и сказал:
«Вы его убили!»Но он в ответ только засмеялся, а затем, подойдя ко мне вплотную, прорычал: «Ты что, хочешь составить ему компанию?» И я понял, что он не шутит.
Сказав это, Поль откинулся в кресле, весь ушел в него; голова его спряталась промеж плеч. Он испуганно смотрел на меня.
– Ведь это убийство, понимаете, бессмысленное убийство! – прошептал он еле внятно.
Потрясенный услышанным, я молчал.
– Мы ведь не сговаривались убивать невинных людей! – лихорадочно продолжал Поль. – Мы должны что-то сделать, слышите?!
И
– Чем же кончилось?
– Чем кончилось? – повторил он за мной. – Мы отнесли оба тела к Гудзону и бросили в воду. Затем мы с Патом уехали. Этим и закончилось. Что вы скажете на это?
– Я полагаю, что вам следовало бы поговорить с Брутом. Я мог бы со своей стороны сделать то же, но это поставило бы вас в щекотливое положение.
– Почему?
– Да потому, что мы конспиративная организация! Вам не следовало болтать!
– Я только вам и мог!
Я видел, что беднягу опять охватывает растерянность.
– Успокойтесь, – сказал я, – и, прежде всего, не сделайте ничего, что вам самому могло бы повредить, да и не только вам, а и остальным; ведь дело не в одном Стэне!
– Вы хотите сказать…
– Я хочу посоветовать вам быть осторожным, вот и все!
Мы опять замолчали. Я чувствовал раздражение. «И зачем он явился? – думал я. – В таких ситуациях каждый решает за себя!» А вслух я сказал:
– Забудьте на время обо всем! Спустя день-другой у вас прояснится здесь, – я показал себе на лоб, – и тогда все представится в ином свете. Ладно?
Поль стал подниматься; поднявшись, долго оправлял помятый пиджак.
– Прощайте! – сказал он и направился к двери. Я его не удерживал.
Вскоре после этого в газетах появилось сообщение о двойном убийстве. Паркера опознали сразу, личность другого осталась невыясненной: у него не нашли никаких документов. В конце заметки высказывалось предположение, что оба убийства – результат сведения счетов между враждующими преступными шайками.
Выводы меня успокоили; обстоятельства нам явно благоприятствовали. Неожиданно для себя я перестал думать о второй жертве, да и Поль со своими страхами представился мне теперь просто малодушным парнем.
Поэтому, когда через неделю было созвано второе совещание, я пришел туда в приподнятом настроении. По дороге даже поймал себя на любопытстве: а как это в действительности происходит? Было смутное желание – на месте уяснить себе кое-что, о чем я немало размышлял.
Совещание началось успешно; благополучный исход первой акции придал всем мужества. Смущало только отсутствие Поля. Я заметил, что Брут несколько раз озабоченно смотрел на часы.
Новая жертва, намеченная Брутом, ни в ком не вызывала сожаления. Это тоже был преступник-рецидивист, осужденный в свое время на двадцать лет за двойное убийство, но преждевременно выпущенный на свободу по проискам ловких адвокатов. Обстоятельства и характер злодеяния были настолько ужасны, что не могло быть сомнений относительно результатов предстоящего голосования.
Брут раздавал знакомые листки, когда у дверей позвонили. Это был Поль. Вид у него был экзальтированный. Он нервно поздоровался и, не глядя ни на кого, прошел к свободному стулу. Брут придвинул к нему папку с «делом» и что-то вполголоса ему сказал. Поль углубился в чтение.