Чтение онлайн

Маша. Мария… Принцесса, которую он знал с детства и которую ни разу не пожалел, даже когда она умоляла.

Их семьи дружили, сколько помнил, и родители в шутку обещали поженить детей, когда те станут совершеннолетними. И Стас знал, что это не шутка. Отец хотел укрепить позиции через слияние капиталов с Данбергами.

Кирилл Данберг, медиамагнат, обожал свою дочь и потакал ей во всем, покупая любую желанную вещь. А требовала Мария не яхту, не бриллиантовые сережки, а Стаса Архипова, который не продавался.

Он знал, что Маша хотела за него замуж, но его

не заботили чужие хотелки. Да, симпатичная девочка, можно даже переспать, если сильно попросит. Но Стас сразу ей сказал, что не станет петь ей серенады и тем более не женится. Ему было на всех плевать, в том числе и на себя.

Маша не отступалась и в итоге добилась своего, когда их вместе отправили в британский колледж на два года. Весной во время выпускных экзаменов у них случился короткий, но бурный роман.

Стас не обещал Маше верности, как не обещал и остальным, а она видела в нем кумира по надуманным причинам и отказалась принять, что он ее выбросил, как использованную вещь, оборвав отношения. На прощальной вечеринке от отчаяния она наглоталась таблеток, когда застала его с другой. Стас наорал на Машу тогда, а она ведь просто хотела хоть немного тепла… Но он и сам ходил по краю, мечтая сорваться наконец в пропасть, и последовал следом за ней буквально через пару дней, искренне надеясь, что сдохнет. Что звон пустоты замолкнет наконец.

Марию, к счастью, откачали, и она явно не сказала о Стасе ни одного дурного слова, раз даже ее брат отнесся к нему, как к старому знакомому. Стас попросил ди-джея не упоминать сестре о том, что ее бывший одноклассник вернулся в Москву, но тот вряд ли промолчит.

…Можно ли расплатиться за чужую сломанную жизнь? Стас не давал Маше обещаний, но зачем было растаптывать? Оставалось надеяться, что они никогда больше не встретятся.

…И снова мешанина из ретро-снимков в голове: кровь, и боль, и пустота, и чужие лица. До надрыва, до натянутых нервов.

«Стас, – позвал его голос. – Стас…»

Сердце услышало, и он открыл глаза. В лунном свете над ним склонилась обеспокоенная Саша. Но она ведь обещала, что не подойдет. Значит, кошмар наконец сменился приятным сном, в центре которого – она, светлая девочка, недосягаемая для Стаса, потому что он так решил. Он не посмеет нарушить красивую картинку ее жизни, не станет, как наркоман, питаться ее смехом, пока смеха и вовсе не останется. Его пустота просто-напросто сожрет ее.

Внутри поднялась такая волна горечи и злобы, что он не удержался. Ему было холодно, а Саша могла согреть. Он просил не приближаться, но она все равно пришла, принеся с собой цветочный аромат.

– Давай поиграем в загадки. – Он поморщился и облизал сухие губы, а потом спросил с упреком: – Как наказывают непослушных девочек?

Саша не успела ответить, потому что он резко приподнялся и, обхватив ее за талию, подмял под себя, ощущая приток жизни к горлу. Стас склонился к ее уху и лизнул мочку.

– Их заставляют стонать.

У Саши сбилось дыхание, но она не возразила, не начала вырываться, только посмотрела на него загадочно, и кровь закипела в венах. У девчонки

был большой красивый рот, губы вишневого оттенка – наверное, очень мягкие…

Стас одним движением стянул с себя футболку, чтобы чувствовать кожей биение чужого сердца, и надавил большим пальцем на этот широкий рот, заставляя девушку приоткрыть его.

– Ты ведь за этим ко мне пришла.

В ее прямом взгляде совсем не было страха, только то самое странное любопытство, а еще за стеной самоконтроля и кротости тлела страсть, которую он чувствовал, которой дышал сейчас.

Саша снова ничего не ответила, и Стас провел губами вдоль кружевного выреза платья, пытаясь добиться хоть какой-нибудь реакции. Шелковистая кожа, почти не тронутая загаром, оказалась медовой на вкус.

Черт… слишком реальный сон. Но девушка сияет лунным светом, как мечта, как образ из самой порочной фантазии. Так не бывает в проклятой реальности.

Саша оставалась чересчур невозмутимой: не провоцировала, но и не отталкивала. Тело медленно наливалось горячим свинцом желания, причиняя боль; потребность слиться с мечтой в одно выжигала вены, но этот спокойный взгляд останавливал, и Стаса буквально ломало от сдерживаемой, рвущейся на свободу энергии. Он давно не испытывал настолько сильных чувств, и с непривычки его накрыло с головой, но разум противился, пытаясь усмирить голодные инстинкты.

Он поднялся на колени, утянув девушку за собой, и развернул к себе спиной, крепко прижав к своей груди. Они тяжело дышали в унисон, глядя на собственное отражение в огромном зеркале напротив, и Стас никак не мог сделать следующий шаг.

– Ты мне снишься, – сказал он, убеждая себя, и когда она не возразила, то провел ладонями вверх к ее груди, сминая ткань. Просунул пальцы в вырез платья и потянул вниз эластичный лиф. Глубоко дыша, Саша все еще не шевелилась, а он медленно отщелкнул застежку бюстгальтера впереди, и тот беззвучно упал на пол.

Накрыв ладонями небольшие упругие груди, Стас поцеловал нежную шею, ощущая губами учащенный пульс.

– Сначала я взял бы тебя в рот… у тебя невероятно сексуальный рот, Саша…

Он опустил руки к ее коленям, и, подтянув тонкое платье по бедрам, медленно очертил их изгиб, а потом скользнул ладонью под шелк нижнего белья, поглаживая чувствительную кожу кончиками пальцев.

– Ласкал бы тебя, не позволяя кончить, чтобы ты начала меня просить…

…Но она не просила, и он был ей благодарен.

– Мне бы многое хотелось сделать с тобой, но я не стану, даже во сне не стану. Не бойся.

Он нехотя убрал руку, расправил платье на стройных бедрах и посмотрел в зеркало, где в полумраке очертания девичьей груди казались скульптурными. Соски были такого же оттенка, что и глаза – карамельными. Невероятно возбуждающее сочетание. Он обхватил ладонью Сашин подбородок и тронул губами щеку, наслаждаясь нежностью.

– Не боишься? Хорошо, – успокаивающе прошептал он и уже собрался отодвинуться, когда Саша вдруг развернулась и обняла его за шею. От этого соприкосновения зашумело в голове, демоны запросили новую жертву.