Чтение онлайн

Маленькая группа людей в черном, стоя в скорбном молчании, ждала, пока священник бросит в открытую могилу горсть земли и произнесет последние слова:

– Прах к праху ...

Ленора подняла руку к лицу, чтобы вытереть слезы, которые ручьем струились у неё по щекам, горе переполняло её. Сдавленное рыдание вырвалось у Меган, когда та повернулась к кучеру - несчастный парень плакал навзрыд. Роберт Сомертон зябко поежился и вытащил серебряную фляжку из кармана пальто. Потом поднес её к губам и в несколько глотков осушил до дна. Малькольму, по-видимому, не было ни малейшего дела до происходящего. Он сверлил Эштона пристальным взглядом и слегка удивился, когда от повернулся к ним спиной и быстро

двинулся куда-то в сторону. Быстрый взгляд убедил его в том, что Эштон направился к мистеру Тичу. Только по тому, как заходили ходуном, а потом обвисли его широкие плечи, можно было догадаться, что напряжение, в котором он находился все последнее время, оставило его.

– Доброе утро, мистер Тич, - с самым угрюмым видом приветствовал его Эштон. Откинув голову, он посмотрел на мрачные тяжелые тучи, которые с самого утра низко затянули небо, и безмятежно произнес.
– А денек нынче на славу - как раз для похорон!

– Похоже на то, - пробормотал Хорэс, кидая исподлобья взгляд на своего рослого собеседника.
– По мне, так немного душновато. Будем надеяться, что к вечеру пойдет дождь.

– Хорошо бы. А то совсем нечем дышать, - с приятной улыбкой откликнулся Эштон, заметив, как круглое лицо Хорэса прямо на глазах покрывается крупными каплями пота. Что было тому причиной - невыносимая духота и или же что-то сильно беспокоило мистер Тича?
– Не ожидал увидеть вас здесь, Хорэс. Гостите у родственников?

– Да...
– Хорэс лихорадочно облизал губы, чуть только эта ложь слетела с его губ. Черт, и как это вырвалось?! Сам он был бы не прочь сказать правду, но вдруг Эштон сообщит шерифу, а дальше - целая волна вопросов. Тич отряхнул пылинку с рукава в надежде выглядеть так же безупречно, как и его собеседник, но по какой-то причине в присутствии Эштона это удавалось ему с трудом. Точнее, вообще не удавалось. На самом деле, это идея Марелды. Я хочу сказать - приехать в Билокси...посмотреть на океан, так, что ли...впрочем, не помню.

Услышав этот уклончивый ответ, Эштон насторожился, гадая про себя, не упоминал ли сам при Марелде, что у Лирин в этих местах остался дом. Зная эту женщину, как никто другой, он с трудом верил, что эту парочку сюда просто занесло случайным ветром. Конечно, случалось, что и Марелдой двигали благие порывы, но на этот раз он сгорал от любопытства, гадая, что же заставило её приехать. Пристально вглядываясь в смущенное лицо Хорэса, он поинтересовался, - А, быть может, вы хорошо знали убитую?

Хорэс надменно передернул плечами.

– Неужто вам вдруг предложили должность шерифа, Эштон? Именно поэтому вы решили, что имеете право задавать мне подобные вопросы?

– Да Бог с вами, - Эштон усмехнулся. Как забавно кипятится этот толстяк!
– Просто шериф Коти показал мне тело бедняжки, а я все ломал голову, не мог вспомнить, почему-то она показалась мне странно знакомой. Где-то я её видел, только не мог припомнить, где. А потом вдруг встретил вас и сразу вспомнил.
– Он заметил, как у Тича вдруг нервно задергалось веко, и пухлая рука вцепилась в тугой воротничок.
– Я ошибаюсь или бедная Мери когда-то и в самом деле служила у вашей сестры?

В ужасе закрыв вдруг заблестевшие глаза, Хорэс выругался про себя, проклиная собственную глупость. И чего его вдруг понесло на кладбище? Господи, ведь это было так давно, он надеялся, что все об этом забыли. Скрывая овладевший им панический страх, коротышка с вызовом посмотрел Эштону прямо в глаза.

– Ну и что, если и так? Надеюсь, это не основание, чтобы думать, будто именно я убил бедняжку?

– Хорэс, вы слишком громко говорите. Мне это и в голову не приходило. Кстати, если вы ещё не знаете, бедняжку изнасиловали, а вот в этом вас как раз трудно

заподозрить.

Хорэс воспринял это как оскорбление.

– Вы что, намекаете, что я не мужчина?!
– Голос его сорвался на визг.
– Вы мне за это ответите...

Наконец, сообразив, что привлекает к себе всеобщее внимание, Хорэс спохватился и замолчал. Почувствовав на себе пристальные взгляды, он повертел головой, вытягивая коротенькую шею, поднялся на цыпочки и тотчас присел - точь-в-точь боевой петушок, готовый ринуться в бой, или лопнуть от ярости. Пожалуй, последнее наиболее точно соответствовало его нынешнему состоянию. Стоит ему только открыть рот, чтобы поведать о своих подвигах, это неминуемо вызовет подозрения у шерифа и его людей. Но допустить, чтобы этот надменный Эштон принял его за импотента - нет, это невозможно! Однако не говорить же ему, в самом деле, что Корисса велела Мери убираться с глаз долой после того, как он затащил её в дровяной сарай?! Он еще, слава Богу, не забыл, что за скандал закатила его любезная сестрица, требуя, чтобы он держался подальше от её служанок! В конце концов, возразил он, сколько среди его знакомых таких, кто не гнушается попользоваться хорошенькой служанкой, а он что, не такой, как все?! Больше всего на свете он мечтал, чтобы его считали настоящим мужчиной. Не так уж трудно доказывать свою мужскую состоятельность на совсем ещё зеленых девчонках, и поэтому, до того дня, когда Марелда соизволила обратить на него благосклонное внимание, Тич в основном охотился на невинных простушек. Таких же, как когда-то Мери...молоденьких и совсем невинных.

Эштон вкрадчиво улыбнулся.

– Простите, если невольно расстроил вас, Тич.

– Вы даже представить себе не можете, насколько вы меня расстроили, Коротышка замахал руками, как ветряная мельница, сам себя доводя до бешенства.
– В последнее время я стал постоянной мишенью что для, вас, что для ваших приятелей. Да вот, чего далеко ходить - только на днях ко мне приехал Харви Доббс и стал расспрашивать, не известно ли мне чего о поджоге вашего склада!

Выражение лица Эштона ничуть не изменилось.

– Правда? Впрочем, я и сам хотел расспросить вас об этом. Увы, последнее время я был довольно-таки занят и не мог уделить этому делу много внимания. А оно того стоит.

– Да уж, заняты. Вижу, чем вы заняты, - С мерзкой ухмылкой Хорэс ткнул пальцем в сторону Леноры.
– Не то, чтобы это меня касалось, но, похоже, вас когда-нибудь прикончат, если вы не бросите привычку волочиться за чужими женами. Или вы все ещё настолько слепы, что считаете, будто она и есть ваша давным-давно погибшая Лирин?
– Хорэс возликовал, заметив, что стрела попала в цель. Ему с трудом верилось, что он наконец нашел слабое место в броне этого железного человека.

Стиснув зубы, так что на скулах вздулись желваки, Эштон сверху вниз посмотрел на ухмыляющегося толстячка. Больше всего на свете ему бы хотелось схватить его за воротник и трясти, пока тот не заверещит, как испуганный кролик. Но единственное, что он мог, это взглянуть на него с ленивой усмешкой.

– Ну что ж, Хорэс, поживем - увидим, чем все кончится для меня...да, впрочем, и для вас.

Люди постепенно потянулись к выходу. Малькольм все ещё стоял возле могилы вместе с шерифом и Эштон решил, что он пытается заставить служителя закона принять самые решительные меры в отношении ненавистного соперника. Язвительная усмешка тронула губы Эштона. Лучше бы позаботился объяснить, что он сам делал той ночью, ведь Лирин не побоялась рассказать шерифу и о своем свидании с Эштоном, и о том, что была на пароходе до утра. К тому же вахтенный запомнил, что сам помог Эштону взобраться на борт и поклялся, что после этого ни одна шлюпка не покидала парохода.