Полюби меня
Шрифт:
— Принесите нам чаю, — приказал Скалов, как ни в чем не бывало.
— Ага, с баранками, — буркнула Маша и поплелась заваривать чай, гадая, отравилась там Алина или нет.
Тем не менее, спустя пять минут она внесла в кабинет большой серебряный поднос, на котором стояли заварник с кипятком, молочник и пара чашек. Она поставила его на переговорный стол, между боссом и курьером, стараясь не подавать виду от шока. Разрез декольте брюнетки впечатлял настолько, что Машке были видны ареалы ее сосков. Плотоядный взгляд босса не оставлял места сомнениям, ему
Как только она оказалась за дверью, тут же села за стол Алины, принявшись ей звонитью Только бы она не пришла. Не сейчас. Скалов вышел из кабинета.
— Постарайтесь разыскать Алину, — приказал он, пройдя в туалет.
Телефон не отвечал. Гудки шли, а трубку никто не брал. Отправив ей смс-сообщение, Маша осталась сидеть на месте, прикидывая, как теперь будут развиваться события.
Скорее всего, босс будет флиртовать с шатенкой до тех пор, пока не приедет Алина, которая найдет кучу причин более не оставлять их наедине, а затем, когда договор будет подписан, проест ей всю плешь.
Пошло минут тридцать, прежде чем она сообразила, что босса давно нет. А в дверях его кабинета с недовольным видом стоит шатенка.
— Чем могу помочь? — произнесла Маша скорее на автомате, чем из вежливости.
— Чай закончился, — процедила та, окинув взглядом приемную. — А где Алексей… Владимирович?
Машка пожала плечами, делая вид, что не знает.
— Сейчас принесу кипятка, — сообщила она и поставила чайник греться по-новой.
Недовольная шатенка удалилась в кабинет. Налив побольше кипятка злоупотребляющей чаем, чтоб пилось дольше, Машка деликатно постучала в дверь туалета, не представляя, что могло вызвать такую задержку босса. На стук никто не ответил. Она постучала еще раз. Из-за двери послышалось кряхтение и ругательства.
«Может быть, ему там нехорошо» пронеслось в голове девушки. Например, сердце прихватило или еще что. Может, он там умирает. Мало ли?!
Не то, чтобы она была страстной поклонницей шефа и ей стало жаль умирающего на унитазе босса, но все-таки, если ему там было нехорошо, то требовалось узнать об этом. Машка нерешительно нажала на ручку двери, чуть приоткрыв ее на пару сантиметра.
— Алексей Владимирович, с вами все в порядке? — спросила она, несколько смущенная своими действиями.
— Нет! Не в порядке! — голос шефа дрожал от негодования и возмущения.
— Вам чем-нибудь помочь?
— Да, принесите мне зеркало!
Маша не совсем поняла: если ему плохо, зачем зеркало? Что, в туалете нет зеркал? Она принесла из сумки свое небольшое зеркальце для макияжа. Протянув руку в приоткрытую дверь, она снова позвала босса.
— Что у вас случилось? — спросила она скорее из любопытства.
— Что случилось?! — Скалов высунул голову из-за двери. Судя по проступившим красным пятнам на лице и шее, ему было не так уж и плохо. Можно было даже сказать, что он совсем не был похож на умирающего от сердечного приступа или инфаркта. Наоборот, он походил на разъяренного быка, перед глазами которого усердно махали красной тряпкой.
— Кто-то, —
Машка не смогла сдержать улыбки. Алина в приступе ревности не подумала, что босс может снять брюки не только для утех с любовницей.
— Ну что ж, — произнесла она, чуть отступив от двери. — Может быть, вам принести пиджак. Это решит проблему.
— Нет, не решит, — он снова задергался, прыгая на месте. — Я ее почти вырвал нафиг, потому что она заела с трусами! И теперь не хочет двигаться.
Машка засмеялась, представив, как босс прыгает на месте в попытке застегнуть штаны. Какую бы цель Алина ни преследовала, та была достигнута. Пусть и ценой сорванных переговоров.
— Что Вы ржете, Маша?! — чуть не заорал Скалов, приходя в еще большее бешенство. — Помогите мне сейчас же. И задержите, задержите эту… из Италии.
— К сожалению, такого пункта в моем контракте нет, — набравшись наглости, сообщила Маша, решив тут же воспользоваться этим. В конце концов, не каждый день босс попадает в нелепые ситуации, а ей предоставляется шанс поквитаться с ним. — Но мы сможем договориться, если вы подпишите заявление на два дня отгулов в счет отпуска.
Ее предложение возымело эффект разорвавшейся бомбы. Босс покрылся пятнами почти целиком, волосы на макушке встали дыбом, и, выпучив глаза, он заорал.
— Да я уволю тебя! Маша!!!
Машка попятилась спиной назад и натолкнулась на Макса.
Это словно оказаться меж двумя хищниками. Не то, чтобы взгляд Макса предвещал что-то нехорошее, не дурак же он. Парень стоял так, словно кол проглотил, и Маша, отступая от буйствующего босса, давясь от смеха, чуть не обожглась спиной о грудь горячего Макса, на секунду прижалась к нему, обернулась, от его взгляда ей захотелось спрятаться. Скалов на нее уже смотрел так сегодня. Грозно, испепеляюще.
— Что здесь происходит? — тон Макса казался обманчиво спокойным.
Глаза Машки сверкали озорным весельем. Она отпрянула, чувствуя, как по спине, по нервам поднимается сквозная волна сладкой покалывающей истомы, словно тело ждало этого прикосновения. И от неожиданности свершившегося разлилось через край в каждой клеточке тела горячим теплом.
— У Алексея Владимировича, — к веселью прибавилось замешательство с едва сдерживаемыми смешками, — техническая проблема интимного характера.
Она начала изображать пальцем круговое движение, подбирая слова.
— Там, там…
— Маша, принесите нитку с иголкой! — вконец растратив яд, приказал Скалов, вероятно придя в себя от присутствия еще одного человека.
Машка, стараясь больше не задевать подозрительно смотрящего Макса, прошмыгнула мимо, наткнувшись в приемной на шатенку.
— Прошу прощения, — давясь от смеха, выдавила она, не в силах скрыть улыбку. — Вот договор. Ознакомьтесь и подпишите наш экземпляр. Может, чаю?