Поле битвы
Шрифт:
«К этому надо привыкнуть, мама, — мягко, изнутри проговорил ребенок. — Тем более что ты ментал не в полном смысле. Я могу использовать тебя лишь при телесном контакте с другим человеком. Ты не совсем ментал».
— Я привыкну, — снова вслух пообещала леди. — Мать первого легиса-телепата была признана психически нездоровой. Она тоже имела связь со своим ребенком и стала менталом?
«Нет. Тогда все было по-другому. Трим изначально был связан с отцом и не испытывал необходимости тревожить сознание матери. У нас же все иначе. Я экранирован,
«Я стану воспринимать информацию, как легис?!»
«Исключено. Коллективная память легисов закладывается на генетическом уровне. Каждая цепочка ДНК несет в себе информации больше, чем бортовой компьютер боевого корабля. Ты же всего лишь вид мутации, мама, но тем не менее даже теперь ты больше, чем обычный человек. И потому нам надо торопиться, надо искать убежище и помощь».
«Подожди. Если мой мозг меняется, значит, меня как раз будет невозможно отследить по волновым показателям. Они непостоянны!»
«Твои показатели неуклонно становятся максимально приближенными к эманациям легисов. Скоро ты вообще станешь единственной в своем роде. Полулегис, получеловек».
«Это точно?!»
«Не знаю, прецедентов не было. Но твой мозг меняется слишком стремительно. Трим засечет его волны быстрее, чем хотелось бы, как любую аномалию. Представь для образности гладь пруда. Это океан людей на любой планете. И вдруг — всплеск! Пошли круги. И в центре круга будешь — ты».
«Тогда действительно нам надо торопиться…»
«Не все так страшно, мама. Способности Трима ограничены его состоянием, их используют, включают на полную мощность только при реальной необходимости. Трима берегут. Сначала по нашему следу пустят простых ищеек — легералов».
«Через двадцать дней, — грустно подумала леди. — Когда яхта Кырбала выйдет из подпространства…»
Даяна устало откинулась в кресле, оперлась затылком о подголовник и в который раз удивилась неиссякаемым возможностям человека — приспосабливаться. Что бы там ни говорил ее сын о людском несовершенстве, но мобильность человеческой натуры беспредельна.
Много раз в прошлом леди Геспард казалось, что она живет на пределе своих возможностей. Жесткая конкуренция дипломатических сфер требовала от супруги лорда Эдриана всей возможной изощренности мышления, готовности противостоять интригам и умения выдерживать постоянный прессинг ответственности. Дипломат ежеминутно чувствует под ногами минное поле, по которому бредет на ощупь. Каждый шаг, каждый жест может иметь значение и находится под контролем. И это невероятно утомительно…
Сейчас внутренний мир посольств казался ей невинными забавами в парке детских аттракционов. Детишки играют, шалят потихоньку и прячут от воспитателей сломанные игрушки…
Лукавая леди Аалина… Господь уберег тебя от знания…
Фан Гал-олид-Терх, помешанный на тайлисах…
Лорд Геспард, одержимый идеей стать Канцлером…
Как все это далеко и мелочно.
— Сын, кто
«Твоя „шутка“, миледи».
— Это ты узнал в контакте с Кырбалом?
«Да. Перепуганный посол Фан составил тревожное донесение в Совет. И Торговый Союз посчитал не лишним провести „военные маневры“ в системе Гофанама».
— А остальные две Державы?
«Легисы отправили флотилии для создания противовеса. Чатвариму уже было известно, что жена лорда Геспарда станет Большой Матерью, а твое изъятие с Благословенной Земли требовало максимальной осторожности. Все-таки жена посла Державы… при каком-то сбое могла возникнуть конфликтная ситуация, так что войсковое присутствие всех трех Держав Чатварим посчитал сдерживающим фактором. Я слишком ценен для него».
— А когда Чатварим узнал о моей беременности?
«Жены двух послов одновременно и вдруг объявили о своей болезни. Прислуга миссий собрала ваши биологические показатели и отправила их на экспертизу. Песочница — стерильный родильный дом для легисов. Любая женская болезнь, тем более неизвестная и, может быть, заразная, вызывает тревогу. Так стало известно, что супруга лорда Геспарда скоро станет Большой Матерью».
— А почему именно Большой?
«Ваш брак стерилен, леди. Вы участвовали в ритуальном омовении. Анализы были подвергнуты специальной экспертизе. Впрочем… их в любом случае подвергли бы… Это обязательная процедура».
— И тогда к Песочнице слетелись войска. Мужей отправили на другую сторону планеты, в опустевшей миссии Конфедерации появилась прислуга — жрица. Да?
«На Благословенной Земле все подчинено интересам Отца».
— А если бы я рассказала мужу о беременности и он отказался лететь к Внутренним Морям?
«Лорд Эдриан больше чиновник, чем муж, мама. Он обязан выполнять условия контракта. Тем более приманка — охота с Верховным Жрецом — слишком заманчива».
— Но если бы я все же рассказала Эдриану о беременности?
«Она была бы признана ошибочной. Ты бы отправилась в клинику, попросила себя обследовать, но врач объявил бы твои предположения — необоснованными».
— Какая гадкая интрига!
«Нет, это всего лишь приоритеты безопасности. Последний легис родился на Благословенной Земле семьдесят четыре года назад».
На следующие сутки шлюпка из кораллопласта мягко пришвартовалась к шлюзу 11–78 в порту Торгового Союза.
Как только леди Геспард покинула борт, сработала автоматика беспилотного режима, и шлюпка вновь ушла в космос. Через три месяца ее обнаружат на орбите Каррины. С уничтоженным блоком регистрации полета, бесхозную и немую.
Отследить ее путь будет невозможно. Проходя мимо маяков, борт будет отправлять ложные опознавательные импульсы, сын Даяны знал все о секретных устройствах кораблей легисов. Правители Вселенной часто исполняют свои миссии тайно, они не оставляют следов передвижений, они отчитываются только перед всеведущим Отцом.