Подняться на башню
Шрифт:
Юноша зябко поежился:
— Ты видел?
— Что именно? — со скукой в голосе отозвался Лэррен. Еe кулон? Весьма подозрительный камешек.
Он нетерпеливо наблюдал за Риль, и по его лицу никак нельзя было сказать, что он стал свидетелем чего-то необычайного. Хёльв украдкой покосился на остальных и убедился, что и они ничего не заметили.
«Похоже, я от усталости сомлел, — потрясенно подумал юноша, — чудеса всякие мерещатся».
Тем временем черный глаз закрылся и исчез, будто его никогда и не было, Риль
— Они ушли на север, в Убарис. Там находятся большой храм Амны и женский монастырь. Нашу незнакомку зовут Полонна, она там дама-настоятельница. Двигаются быстро, но без помощи волшебства. Очевидно, летят на гельмаре.
— На гельмаре?! — с восторгом переспросил Хёльв и с нескрываемым торжеством посмотрел на Лэррена.
— Ристагов штопор — выругался тот. — Похоже, перехватить их в пути не удастся.
Риль развела руками:
— К великому сожалению. Хотя это было бы проще всего. Гельмар опустится на землю только в стенах монастыря. Но мы можем легко перегнать их и ждать уже на месте.
Нурр понимающе кивнул:
— Телепортация?
— Да. Примерно в дне пути от монастыря есть хорошая, давно известная точка. Если поспешим — за трое суток обернемся.
Хёльв щурился на сыпавшее снегом небо, делая вид, что присутствовать при подобных разговорах ему не впервой. Лэррен же, напротив, слушал внимательно, с откровенной заинтересованностью.
— Поехали, — сказала Риль, отвязывая своего игреневого.
Остальные последовали ее примеру. Хёльв выбрал мохнатую пегую лошаденку добродушного вида, Лэррен неожиданно лихо вскочил в седло рыжеухого гнедого. Биви и Подер помогли хозяину взобраться на крепкую соловую кобылу.
Узорчатые ворота отворились, и перед путниками белой лентой легла заснеженная дорога.
В то утро на город опустился туман. Не было видно огней даже самых ближних домов, из серой мути выступали только нечеткие силуэты росших вокруг храма деревьев.
Ойна сидела возле окна и наблюдала за катившимися по стеклу каплями воды. Они напоминали прозрачных жучков, спешивших вниз по своим делам. Некоторые бежали быстрее, некоторые медленнее, но — рано или поздно — все достигали жестяного карниза.
В коридоре послышались голоса, и Ойна поспешно спрыгнула с табурета, оправила манжеты и передник.
— Девочка шаловливая, но очень милая, ты увидишь, — произнесла мать Самния.
— Как и все они, — согласился с ней незнакомый женский голос.
Дверь отворилась, и в комнату вошла настоятельница. Ее сопровождала бледная невысокая монахиня с пышными седыми волосами, казавшимися в свете лампы серебристым облачком. Ойна уставилась на гостью, раскрыв рот.
— Откроем сердца чистоте, — спохватилась она в последний момент.
— Откроем сердца чистоте, — ответили старшие сестры. Самния поманила девочку
— Ойна, познакомься, это — мать Полонна, настоятельница Убарского монастыря. Помнишь, что о нем рассказывали на уроках?
— В стенах монастыря расположен Убарский храм — величайшее святилище во славу Всемилостивой Амны, заученно отбарабанила Ойна и, подумав, добавила: — Там хранится Сердце. Оно помогает служительницам Амны совершать разные чудеса. А Чистые охраняют его и поддерживают в нем силу.
Мать Полонна кивнула:
— Все верно. — Она подошла к девочке, легко коснулась пальцами ее лба и улыбнулась. — Ты бы хотела там побывать?
Ойна недоверчиво вскинула глаза на настоятельницу Самнию. Та еле заметно наклонила голову. — Очень! Очень сильно! Если это возможно…
— Для маленькой Чистой — возможно, — сказала Полонна. — Едем?
Девочка задохнулась от восторга: — Прямо сейчас?
— Конечно. На улице нас ждет гельмар. Стоит поспешить, пока погода совсем не испортилась. По дороге мы залетим еще за двумя воспитанницами — в Хан-Хессе и Велерию.
— Гельмар! — Карие глаза Ойны сделались похожими и блюдца.
Она приподняла подол юбки и закружилась по комнате. Путешествие! Настоящее долгое путешествие! По воздуху! На чудесном пушистом гельмаре!
— Это большая честь, дитя мое, — добавила Самния. Высокая награда.
— Я… Я так рада! Ойна прижала руки к груди. — Спасибо! Спасибо большое!
— Беги собирайся, — велела девочке Полонна.
В сумерках мокрая шерсть гельмара казалась темно-серой, почти черной. Он лежал, широко расправив крылья, и косился на людей большим любопытным глазом. Крыша Убарского храма, служившая посадочной площадкой, была чистой, круглой, покрытой вязаными дорожками.
Ойна сидела, привалившись к боку гельмара, и осторожно поглаживала зверя по носу. Ее слегка мутило: сказывалась многочасовая тряска в воздухе. Рядом с ней, возле бортика крыши, стояли Герма и Тинель — девочки из приютов Хан-Хессе и Велерии. Чуть в стороне мать Полонна беседовала со встречавшими гостей сестрами.
— Покушать бы, — печально вздохнула светленькая розовощекая Тинель, разглядывая полный людей монастырский двор.
Ойна сморщила носик.
— Сперва, наверное, молиться пойдем, — предположила Герма.
— На ночную, благодарственную, — согласилась Тинель.
— С умерщвлениями, — добавила Ойна.
Теперь вздохнули все три. По крыше размеренно застучал дождь. Полонна закончила разговор, накинула на голову капюшон и вернулась к своим подопечным.
— Пошли, — сказала она, обнимая девочек за плечи. Они направились к двери, ведущей в глубь храма, спустились вниз по широкой каменной лестнице.
— А куда мы идем? — полюбопытствовала Ойна.
— Хочу вас кое с кем познакомить.
— С кем?