Поцелуй горца
Шрифт:
Он сосредоточил свое сознание, изолируя незваного гостя, окутывая его своей волей, и безмерным напряжением вытолкнул его из своего тела.
Затем вдруг в кошмаре стало два его, но другой он выглядел старше и страдающий. Смертельно усталый.
– Уноси себя прочь, дьявол,– прокричал Драстен.
– Слушай меня, ты, дурак.
Драстен прижал руки к ушам. Я совсем не буду слушать твою ложь, демон. Где-то на расстоянии –в кошмарном месте, которое не поддавалось способностям его ума постигать или сочинять– Драстен почувствовал женщину. Она была неясной, но он чувствовал
Ощущая ослабление, точная копия прыгнула на него, но Драстен согнул его волю и вытолкнул в сторону.
Они посмотрели друг на друга, и Драстен изумился игре чувств на лице точной копии. Страх. Горе, такое глубокое, это могло бы расколоть на части. И, как он наблюдал, неожиданное понимание вспыхнуло в глазах фальшивого Драстена, даже как точная копия, казалось, теряла твердость.
– Ты дрался бы со мной до смерти, – губы обманщика двигались беззвучно. Я вижу теперь почему только одна жизнь. Это не Природа, которая врожденно беспристрастна, а наш собственный страх, который служит поводом, что бы уничтожить друг друга. Я прошу тебя, прими меня. Позволь нам обоим существовать.
– Я никогда не приму тебя, – прорычал Драстен.
Точная копия поблекла, затем снова стала более плотной, затем снова поблекла вокруг контуров.
– Ты в ужасной опасности…
– Ничего больше не говори! Я не поверю ни чему, что ты говоришь! – Драстен злобно набросился на призрачного него.
Призрачный он оглянулся через плечо и прокричал кому-то, кого Драстен не мог видеть:– В тот самый момент, когда увидишь его, ты должна сказать ему первую рифму, которой я тебя учил, помнишь ее? Стих в машине, и покажи ему рюкзак и все будет хорошо.
– Пропади, демон! – закричал Драстен, выталкивая его своей волей.
Другой он пронзил его взглядом.
– Люби ее,– прошептал обманщик, и потом он исчез.
*****
Драстен вытянувшись в струну в кровати, страстно желая воздуха.
Он схватился за горло, колотил кулаками в грудь, и, в конце концов, сумел втянуть болезненный вздох. Он потел. Ледяной и в лихорадке одновременно, он разорвал постельное белье во сне. Прежде мягкие животные шкуры были теперь не более чем потно-скользким мехом, а его голова раскалывалась. Он нащупал кубок вина у кровати. Потребовалось нескольких попыток, прежде чем он добился успеха, надежно обхватывая пальцами вокруг нее. Дрожа, он делал большие глотки, пока кружка не опустела. Он потянул тыльной стороной руки по рту.
Его сердце грохотало, и он чувствовал себя словно ему только что угрожали сильнее, чем когда-либо в его жизни. Как будто что-то вползало в его тело и пыталось требовать территориальных прав.
Он погрузил трясущиеся руки в волосы, спрыгнул с кровати, и начал ходить в зад вперед. Он осмотрительно скользнул взглядом назад на кровать, ожидая, что суккуб (дьявол в образе женщины, приходящий к спящим мужчинам для совокупления) скрывается в груде взворошенного постельного белья. Амерджин! Какой странный сон посетил его? Он не мог повторить
Блестящая вспышка света заокном его спальни поймала в ловушку его внимание. Глухой раскат грома последовал за ним, и он дернул в сторону гобелен и просмотрел сквозь стекло в ночь. Драстен простоял у окна долгое время, медленно бормоча, глубоко дыша и пытаясь вновь восстановить хоть какое-то спокойствие. Ему редко снились кошмары, и он предпочитал забыть этот кошмар, поскольку сон попахивал безумие. Он твердо загнал его в глубокое, темное место в своем сознании, хороня его там, где он никогда не увидит дневного света.
Шторм умер так же внезапно, как и начался, и вновь опустилась тихая, безмолвная высокогорная ночь.
*****
Думай, думай, думай,– Гвен поносила себя. Предполагалось, что ты так мозговита, используй это. Но ее мозг онемелый и неуклюжий после того дня, что она пережила – невероятную, аномальную бурю, нечеткость ума из-за изъятия никотина – была не в состоянии блистать умом. Гвен с трудом была в состоянии вывести среднее число.
Робко шагая по тающему граду, она отметила реальные факты, потому что нереальные факты на данный момент вытрясли душу из нее. Она, было, отчаялась найти какое-то логическое заключение, что бы объяснить нелогичность ее местонахождения.
Она дрожала, смотря на замок. Панорама, открывшаяся напротив, и очаровывала и ужасала ее.
Но там было что-то, что она должна была сделать в первую очередь. Не то, что она была не верящей ни за что, это не она. Но она действительно предпочитала проверить твердое свидетельство собственными двумя глазами. Втягивая бодрящий вздох, она нырнула в темноту за кругом и поспешила прочь от замка. Когда она добралась до внешней стены, она бросилась к куче бочек, припала щекой к узкой щели в стене и всмотрелась на долину, на город Альборат.
Его там не было. Подозрение подтвердилось.
Ее плечи упали. Она не рассчитывала, что он там будет, но все же его отсутствие шокировало.
Я вернулась назад слишком далеко.
В других, слова, задумалась она, упорядочивая то, что она знала о теориях перемещения во времени. Он, вероятно, попытался вернуться вскоре после того как его похитили, но имел неправильные символы. Он возвратился ко времени, когда прошлый он был тут, в замке и общая теория предполагала, что если временное путешествие возможно, ткань мира не несла бы двух идентичных - я в один момент. Будущий он должен быть как-нибудь уравновешен.
Путешествие во времени! Кричал ученый в ее голове. Анализируй!
Мы должны спасти его. Анализируй происходящее. Мы рассмотрим последствия частей не связанных между собой позже.
Если будущего его нейтрализовали. Это значило, что Драстен, в которого она влюбилась, больше не существовал, но она найдет его в замке, до волшебства, и не ведающего о ней вообще.
Эта мысль ранила ее сердце. Она не рвалась посмотреть в его серебряные глаза, которое пристально и так интимно смотрели на нее все6го лишь час назад, и видеть совершенное отсутствие узнавания.