Побег
Шрифт:
– Я учила Кэйтлин, как узнавать ягоды, которые можно есть, а которые нет. Папа научил меня. Кэйтлин сказала, что я Ягодный эксперт. А потом она открыла мне тайну, что она как Джамие из страшной сказки. Я пообещала помочь ей найти волшебные ягоды.
– Вы ночевали здесь?
– Да, мы поджарили хлеб и растопили сыр, я раньше так не делала, это очень вкусно.
Роб улыбнулся:
– Я научил этому Кэйтлин. А потом вы легли спать?
– Да, мы укрылись одеялом и уснули. А потом Кэйтлин схватила меня на руки и заставила
– А потом она ушла?
– Нет, потом она обернулась в волка и защитила меня. Она не оставила меня, не бросила.
Роб погладил девочку по волосам и спросил:
– И давно вы условились поплавать? Кэйтлин позвала тебя с собой?
Девочка как-то замялась и покраснела. Роб ей улыбнулся:
– Не бойся детка, скажи правду.
– Кэйтлин уплыла одна. Я почуяла её, когда бегала под луной и пошла следом. Я не хотела, чтобы она уплывала и чтобы в неё снова кидались грязью. Я прыгнула в воду, чтобы плыть с ней. Кэйтлин не злилась на меня, что я так сделала, что из-за меня ей придется вернуться. Она добрая. Она ведь не уйдет на небо, как мама, она сказала, что не умет прыгать по облакам?
Роб прислонил ребенка к себе и начал баюкать. Вскоре сон сморил девочку.
Альфа стаи медленно встал:
– Утром надо найти тело.
Все понимали, что женщину утащили и растерзали волки.
Ночь прошла спокойно, но мало кто из мужчин уснул, пережитое напряжение не давало забыться сном. А на рассвете прибыл гонец из деревни. Джерард соскочил с коня, которого сильно загнал, и подошел к Альфе:
– У меня для вас новости.
Все повставали со своих мест.
– Касательно чего? – строго спросил Альфа.
Джераррд быстро осмотрелся, он явно не хотел говорить при всех:
– О Кэйтлин.
– Говори, – велел Альфа.
Парню ничего не осталось, как сказать при всех:
– Вечером ко мне пришла тетка Кэйтлин и слезно просила вас догнать.
– О, луна! Что еще натворила эта женщина? – взревел Роб.
Джерард замялся и продолжил чуть тише:
– Она просила сказать вам, что Кэйтлин – ликантрол. Поэтому девушка бежала из деревни.
Все взгляды устремились на спящую Милли.
– Это точно? – спросил Альфа.
– Эйла говорит, что Кэйтлин ей призналась перед первым побегом. А еще призналась, что…
– Ну, говори!
– Что это она убила родителей, а не дикий зверь. Она не смогла сдержать первого обращения и ничего не помнила, очнулась только, когда страшное было сделано. Поэтому она и решила бежать из деревни, чтобы никого не подвергать опасности.
Мужчины молчали, теперь слова Милли обретали смысл.
Бартон начал быстро застегивать рубаху и крепить к поясу меч. Он посмотрел на Роба:
– Отвезите Милли в деревню, Дэрин позаботится о ней.
Роб кивнул. Мужчина подхватил теплую жилетку и направился к коню. Дорогу ему преградил
– Она моя жена, я пойду за ней, нет смысла меня отговаривать.
– Я и не собирался, я пойду с тобой.
Бартон кивнул и начал седлать коня. К нему подошел Альфа, мужчина обернулся к вожаку, в ожидании его слов.
– Возможно, нет смысла искать того, кто не хочет быть найденным. Ты уверен, что хочешь этого?
– Да.
– Если ты вернешь её в стаю, она останется в твоем доме.
– Я знаю.
Альфа отступил. Бартон вскочил на коня и умчался в лес на поиски своей раненой жены, его друг поскакал за ним.
– Я горжусь тобой, – тихо сказал Альфа вслед всадникам.
Глава 18.
Сильная боль заставила Кэйтлин открыть глаза. Ей было холодно без одежды, неудобно лежать на твердых камнях и страшно от мрака вокруг. Где-то вдалеке капала вода, и пахло сыростью – девушка поняла, что лежит в пещере. Она накрыла рукой место боли и оцарапала кожу о какой-то обломок, пальцы коснулись липкой жидкости. Кровь. Она ранена, и что-то торчит из её раны. Кэйтлин подавила стон и села, прислонившись к стене в сумраке пещеры, в которую еле-еле просачивался дневной свет, девушка рассмотрела обломок стрелы.
Кэйтлин откинула голову и прикрыла глаза. Она ничего не помнила, лишь то, как подсадила Милли на ветку дерева и заставила карабкаться вверх, а потом приказала своему телу обернуться. Все. Дальше пустота.
Как она оказалась здесь? Почему ранена стрелой? И как там Милли? Надежда только на то, что девочка сдержала слово и не спустилась вниз. Надо встать и вернуться за ней. Надо найти ребенка и вернуть её домой. Кэйтлин собралась с силами и оттолкнулась от каменной стены – острая боль пронзила бок и она повалилась обратно.
Сил не было совсем, болело все тело. Но иного пути нет, надо найти Милли, ей сейчас гораздо хуже. Девушка, стиснув зубы, снова попыталась подняться и у неё получилось. Она крепко зажала рукой рану и сделала первый шаг. Если не думать о боли, то не так и страшно, решила Кэйтлин, до крови кусая губы. Свет становился ярче, а значит выход из пещеры уже близко, оставалось совсем немного, когда вдруг свет померк. Девушка прислонилась к стене, кто-то загораживал выход из пещеры. Страх сковал тело: это может быть медведь, в берлоге которого она сейчас находится.
Но когда Кэйтлин услышала родной голос, её ноги подкосились, и она сползла на землю. Бартон звал её:
– Кэйтлин, ты здесь?
Девушка прикрыла глаза и тихо ответила:
– Да, я внутри.
Мгновение – и Бартон был рядом, он секунду смотрел на нее, а потом присел на колени:
– Открой глаза.
– Милли, Милли в лесу, на дереве. Надо найти её, она там одна, она…
– Милли в порядке, мы нашли её.
Кэйтлин резко распахнула глаза и встретилась со строгим взглядом мужа: