Чтение онлайн

А потом пошла к себе домой облечься в ризы праздничные и растрепанные волосы умастить.

Тем временем душегубы приволокли Победоносца на берег моря, привели в себя, ибо он потерял сознание, пока волокли, пропустили под мышки вервие и привязали стоя к высокому столбу, который там издревле давал знак кораблям для подплытия.

Привели также некоего выворотня, который, отступившись

от шернов, служил Победоносцу, как верный пес, и был схвачен вместе с ним.

Ему обещали большую награду, если он убьет Победоносца, потому что хотели, чтобы для большего сраму тот погиб от нечистой руки. Но тот выворотень по наитию доброго духа отвратился от совершения злодеяний, и тогда его закопали вниз головой в песок у самых ног Победоносца так, что, перед смертью дергая ногами, он обнаженные колени мученика в кровь разбил.

И с великим криком взялись побивать Победоносца камнями, дабы исполнилось сказанное через пророка: «Дал вам любовь, а вы стали мне градом каменным. И кровь моя тому печать».

Однако земные духи, посланные с высот, окружили его незримым облаком, которое полет камней отвращало, и те мягко к его телу прикасались, не причиняя ему страдания.

И сильный ветер поднялся, для той поры необычный (дело было под вечер), и нагонял шумные морские волны на песок.

Стало страшно, и нашлись такие, кто стал призывать, чтобы Победоносца сняли со столба и отпустили или чтобы все ушли, а его оставили добычей собственной судьбы и холодов наступающей ночи.

Стали склоняться к этому, но тут со стороны города появилась Ихазель, разодетая в яркие одежды, с умащенной прической на голове. Шла, смеясь, словно на праздник, а у самой глаза безумные и по сторонам бегают.

Увидал ее Победоносец, а поскольку она знала от него одно доброе, то подумал, что она бежит помочь ему. Выпрямился, окровавленное лицо поднял и позвал ее по имени: «Ихазель!»

Позвал не затем, что избавления от нее ждал, ибо ведал, что свое дело должен увенчать смертию своей и что ничья рука не в спасенье ему; но желал ее обращения и подумал, что при виде его жестоких мук напоследок снизошел на нее дух добра.

Но несказанно жестокосердна была эта женщина, и, приблизясь к нему,

не сочувствие, не жалость она явила, а выхватила острый нож, поднялась на цыпочки и колола Победоносца в сердце, пока он не умер.

А когда он умер, то в нее вселились бесы, она начала плясать, стонать и рыдать; от пущего безумия побежала в сад на склоне позади храма и там как сквозь землю провалилась, не иначе как теми бесами заживо похищенная.

А в ту минуту, как испустил дух Победоносец, на крыше храма явился шерн, распростер черные крылья, пролетел косым полетом прилюдно и с неслыханной наглостью сел на верхушку столба над мертвым телом.

Сброд испугался шерна, испугался приступа бури и разбежался, а мертвое тело, все в крови, осталось к столбу привязанным.

Только на закате пришли от первосвященника холопы, перерезали вервие, сняли останки и засыпали песком и галькой.

Но среди ночи вдруг сделался небывалый свет и с ужасным громом, словно тысяча молний разом ударила, явилась светлая машина Победоносца, вся в сиянии пламени, и остановилась возле кургана на морском берегу.

И встал Победоносец из-под камней, что навалили на него, молодой и светлый, а на лучезарном его теле никаких ран и следа не было. Ступил на верхушку того кургана, машину кликнул, а та, как послушный пес, знающий хозяйский зов, сделала круг и легла к его ногам.

Вошел в нее Победоносец, пролетел в сиянии над городом и понесся к звезде Земле, к своей и нашей родине.

Не печальтесь, братья, не огорчайтесь, что покинуты, ибо надлежит радоваться, что он жестокой смертию правду свою утвердил и благость своего жития засвидетельствовал на веки вечные, а нам оставил пример, как вершить свое дело без страха, и дал надежду возродиться по смерти.

Смотрит он с высокой Земли на юдоль трудов наших здешнюю и благословляет деяния ваши возвышенные и отважные, а когда исполнятся сроки, то снова явится он в сиянии, но уже не наставлять, не поучать, а карать суровой десницей супостатов подвига своего.

Так и будет.