Чтение онлайн

– Лисенок?
– переспросил Ник, улыбаясь во весь рот: видимо, прозвище пришлось ему по вкусу. Всегда бы так, а то тот же Каллахен бесится, когда я по доброте душевной придумываю ему очередную милую кличку. Ну, вот чем, скажите мне, ему не нравится "Громила" или тот же "Маменькин сынок"?

– Рыжий и хитрый, - кивнула я, запустив пальцы в его золотистые волосы.

– Я не рыжий, - протянул тот, притворно надув щеки.
– Я русый.

– А разницы?
– усмехнулась я, направляясь в сторону машины.
– Все равно ты - Лисенок...

– Когда-то меня родители назвали Николасом, если мне не изменяет память. Не припоминаю, чтобы там где-то фигурировало слово "рыжий" и "лисенок"...
–

хохотнул Ник, направляясь вслед за мной.
– Это проявление расизма, я буду жаловаться в миграционную службу. Кто пропустил такую ярую расистку как ты в этом милый невинный город, еще не знающий таких слов как "наркотики", "насилие" и "рыжий"?
– выдал он, пока мы шли к парковке. Ник улыбался, я гнусно хихикала в кулак, отчего случайные прохожие смотрели на нас с любопытством.
– И как тебе вообще кофе и пирожные продают?

– Я им улыбаюсь.

– У тебя есть секретное оружие, я смотрю. Эй-эй! Не смей мне так улыбаться, у меня нет ни кофе, ни пирожных! Вот, хочешь жвачку? Ну вот, теперь мне придется покупать тебе кофе и пирожное. Зачем вот так улыбаться раньше времени? Ты же знаешь, у тебя чудесная улыбка.

– И ты говоришь, что ты не сторонник методов моего кузена?
– я пригрозила ему пальчиком.

– А это похоже на методику Мики?
– Ник вопросительно приподнял светлые брови. Удивленный Лисенок - очаровательное зрелище! Так и хотелось щелкнуть его по носу, но пришлось сдержаться.
– Я же не виноват, что мне нравится твоя улыбка. Уверен, что тебе многие об этом говорят. Серьезно, улыбайся вот так почаще, а потом зови на помощь, чтобы отбиться от толпы похотливых мужиков.

– От одной хилой улыбочки - и толпа похотливых мужиков? А вы склонны к максимализму, сэр, - ухмыльнулась я. Воображение нарисовало милую картиночку: бегающего с лопатой Ника и отгоняющего от меня с воплями "кыш, противный!" толпу полуголых мужиков. Для общей картины у него были такие рыжие ушки на голове, так что теперь Лисенок походил на японского фаната манги и аниме. Ну и фантазия у меня...

– Никакого максимализма -чистая констатация фактов, - улыбнулся тот, взъерошив золотистые волосы рукой.

– Так куда мы поедем? В парк или поужинать?

– И в парк, и поужинать. В этом месте шикарная иллюминация, как стемнеет, и есть хороший ресторанчик. Ты любишь итальянскую кухню?
– отозвался Ник.

– Душу продам за пасту с королевскими креветками!

– И кто из нас максималист?
– хмыкнул Лисенок.

– А кто в кофейне съел целую тарелку профитролей и не поморщился? Я смогла стащить одну, и то гнусным обманом, - напомнила я.

Общаться с ним, и общаться с Каллахеном - небо и земля. Разговор с Микой, даже самый невинный, о погоде, всегда постепенно переходит на личности и многочисленные шпильки. А с Ником даже они проскакивают в такой шутливой форме, что даже его монолог о моем "расизме" вызывал один смех. Подобные слова из уст Мики мгновенно перешли бы в хорошую такую склоку...

Почему все так все сложно?

Почему я не могу нормально общаться с Блондином сейчас, когда между нами, в принципе, больше нет такого соперничества? Я согласна, что в университете из нас всегда лезла всякая дурь, и мы оба красовались перед окружающими, тем самым теша собственное самолюбие... Но тут? Мы же неплохо общаемся, но потом как будто срабатывает спусковой крючок - и все летит к чертям собачьим.

И главное - я понять не могу, чья в этом вина? Моя, его или нас обоих?

С Ником легко и как-то все само собой получается. Вот мы приехали в парк, и он взял меня за руку: все естественно и обычно, и в этом жесте нет ничего особенного. В парке много людей, и он боялся, что я могу потеряться в такой толпе. Мы улыбались

друг другу, я показывала ему пальцем на особо красивые деревья, увешанные светящимися гирляндами. Атмосфера какая-то Рождественская, хотя на улице лето и хотелось думать о купании и вкусных фруктовых коктейлях. С Лисенком спокойно и тихо - он по натуре флегматик, с ним я просто отдыхаю всей душой. Я привыкла к тем всплескам эмоций, что обычно сопровождают мое общение со многими друзьями, не секрет, у меня очень скверный характер. Но в умиротворение Ника я завернулась как в теплый плед, и мне так же спокойно, как и ему. Он даже не Лисенок, он такой большой пушистый котяра, который любит нежиться в кресле перед камином, щуриться от огня и мурлыкать. А мне хочется сидеть рядом с ним и так же смотреть на огонь. Хотя я и не люблю огонь... даже внутри самой себя.

Как мне оставить Лисенка в своей жизни подольше, не прибегая к радикальным мерам?

– Я смотрю, блудная дочь вернулась?

– Давно ты дома?
– я задумчиво изучила настенные часы позади себя и полезла в холодильник. Помню, с утра там были две огромные бутылки сока, и намеревалась нагло опустошить одну из них хотя бы наполовину. Каллахен вопросительно посмотрел на меня, как и вчера ночью сидя на крышке стола, когда мы ходили купаться.

Одним глазом он смотрел какой-то сериал по телевизору, параллельно уничтожая огромную пиццу, с которой, похоже, намеревался справиться в одиночку.

– С полчаса. Ты же сказала, что до полуночи можно не появляться, а я послушный мальчик, - пожал он плечами, отхватив за один укус половинку отрезанной порции пиццы.
– Как рыжий?

– Он не рыжий - это раз. И это не твое дело, - усмехнулась я, наливая сок в высокий бокал из темного стекла.

– Я сказал Джес и папе, что ты отправилась развлекаться с девчонками из компании наших новых друзей, - сообщил мне Блондин, видимо, согласившись с тем, что мои дела с Ником не его забота, что было вполне логично. Однако я жестоко ошиблась: на самом деле спустя несколько секунд в кухне материализовалась Джес, которую Мика увидел в коридоре. Девушка щелкнула меня ноготком по уху, зайдя со спины. Миссис Каллахен я увидела только тогда и едва не подскочила на месте от неожиданности. Джес звонко рассмеялась, я шутливо схватилась за сердце и улыбнулась в ответ.

– Как погуляли?
– спросила она, сгружая в раковину грязные тарелки.
– Мы тут с Аароном изображали из себя аристократов и заказали суши. Ты любишь суши? Мы оставили тебе целую упаковку, на всякий случай. Мика сказал, что ты любишь, - Джес полезла в холодильник и сунула мне в руки пластиковую коробочку, внутри которой пестрели ломтики суши и роллы. Героически сглотнув, я умудрилась еще раз улыбнуться в ответ. Надеюсь, не сильно вымученно.

Я терпеть не могу суши. Особенно запах...

– О, спасибо, - поблагодарила я с радостной миной, судорожно соображая, куда мне деть эту упаковку.
– А погуляли неплохо, девчонки показали мне один красивый пляж с видом на Алькатрас. Шикарное место, скажу я тебе. Есть планы на завтрашний вечер? Я приметила хороший ресторан с итальянской кухней в одном потрясающе красивом парке с иллюминацией...
– я вспомнила уже завершившийся вечер и улыбнулась, потому что закончился он очень хорошо и для меня, и для Лисенка.
– Была там?

– Что-то не припоминаю...
– отрицательно покачала головой Джес, задумавшись на пару мгновений.
– Поняла, про какой парк ты говоришь, но в ресторане этом не была. Я не против сходить завтра, отлично, - она звонко хлопнула в ладоши и, рассмеявшись, чмокнула меня в щеку.
– Спокойной ночи, котята. Я уговорю Аарона завтра поработать до обеда, чтобы успеть на ужин. Там можно заказать столик заранее?