Чтение онлайн

— Я вижу, новость вас нисколько не огорчила, леди Джослин, — проронил Лайм и чуть не рассмеялся: ему показалось забавным обращаться к этой похожей на крестьянку женщине «леди».

Джослин гневно сверкнула глазами.

— Вы меня совсем не знаете, — сердито парировала она. — Не вам судить о моих чувствах.

Да, он действительно не знал ее. Но что еще можно было сказать о женщине, которая стала женой Мейнарда? Хотя вполне возможно, что ей не пришлось выбирать, ведь большинство женщин

выходят замуж не по собственной воле и лишь немногие получают право голоса при решении таких вопросов.

— Итак, что вы собираетесь делать с моим сыном? — повторила вопрос Джослин.

Лайм тронул коня за поводья, тот сделал несколько шагов по направлению к женщине. Она, насторожившись, подняла грабли.

— Не приближайтесь, — с угрозой в голосе предупредила молодая вдова.

Повернув лошадь в сторону, Лайм покосился на ее оружие, затем перевел взгляд на лицо женщины. Ее изумрудно-зеленые глаза горели решимостью. Она мать и, пожалуй, без раздумий пустит в ход грабли, чтобы защитить своего ребенка. Пустит в ход, даже рискуя потерпеть неудачу.

— Завтра я отправляюсь в Лондон, чтобы подать прошение королю. Оливер поедет со мной.

— Зачем?

План созрел у Лайма совсем недавно. Собираясь в дорогу, он еще толком не знал, что будет делать дальше. Но чем больше он думал, тем больше ему нравилась эта идея. Пусть король собственными глазами увидит ребенка, которого Мейнард назвал наследником. И пусть решит, можно ли такое огромное и такое богатое поместье, как Эшлингфорд, отдать в руки младенца.

— Где он?

В глазах женщины появилось выражение удовлетворения.

— Там, где вы не сможете его найти.

— Я догадываюсь, что вы думаете обо мне, но заверяю вас, вашему сыну не грозит опасность.

На ее лице отразилось недоверие.

Он кивком головы указал на грабли.

— Вы собираетесь пустить их в ход?

— Да, если потребуется.

Лайм усмехнулся: сложившаяся ситуация начала казаться ему смешной. Что бы сказал его отец, если бы увидел, как облаченный в доспехи и вооруженный рыцарь застыл перед испачканной землей с головы до пят женщиной, которая намеревалась защищаться старыми деревянными граблями?

— Опустите грабли, леди Джослин. Не бойтесь меня.

— Не бояться? Я достаточно много знаю о вас, Лайм Фок, чтобы не верить вам. Я знаю, что вы за человек.

Мейнард постарался на славу!

— Неужели вы думаете, что эти старенькие деревянные грабли смогут помешать мне сделать то, ради чего я, по вашему мнению, приехал сюда? Я ведь хорошо вооружен. Гораздо лучше, чем вы, — добавил он, с усмешкой глядя на ее оружие.

Взгляд Джослин метнулся с огромного меча, прикрепленного к седлу, к мечу покороче, висевшему на поясе рыцаря, и, наконец, к кинжалу.

— Если

бы я был хладнокровным убийцей, как убедил вас Мейнард, — спокойно продолжал Лайм, — вы бы уже не стояли здесь.

В глубине души женщина не могла не согласиться с таким веским доводом, однако грабли из рук не выпустила.

— Я не позволю вам забрать моего сына.

Лайм собрался было снова заверить молодую мать в том, что ни ей, ни ее сыну никто не причинит вреда, как из-за забора донесся протестующий детский крик.

— Похоже, он уже в моих руках, — обронил рыцарь.

Лицо Джослин исказилось от ужаса и отчаяния. Выронив грабли, она сорвалась с места и помчалась из сада.

Лайм пришпорил коня и последовал за ней. Они обогнули господский дом и увидели сэра Джона, который в сопровождении трех рыцарей ехал к ним навстречу.

— Нет! — закричала Джослин и рванулась вперед к извивающемуся всем телом и жалобно плачущему сыну, которого зажал под мышкой сэр Джон.

Лайм развернул коня и преградил ей дорогу.

— Осторожно, вы угодите под лошадиные копыта, — предупредил он.

Резко вскинув голову, молодая мать обрушила на него всю силу своего гнева.

— Это как раз совпало бы с вашими планами, не так ли?

Натянув поводья, мужчина перевел взгляд на рыцарей. Понимая, что женщина вряд ли поверит ему, он решил не продолжать бессмысленный спор.

Когда сэр Джон подъехал достаточно близко, брат Мейнарда рассмотрел своего племянника. Ребенок оказался невероятно грязным, гораздо грязнее, чем его мать.

— Мама! — закричал он, увидев Джослин, и вытянул руки так, словно собирался взлететь.

Спустя мгновение сэр Джон находился уже рядом с Лаймом.

— Он кусается, — пробурчал рыцарь.

Мать протянула руки к мальчику.

— Отдайте мне сына, — потребовала она.

Встретив вопросительный взгляд сэра Джона, Лайм отрицательно покачал головой.

Молчаливый обмен взглядами не ускользнул от внимания Джослин. Она сердито посмотрела на брата Мейнарда, однако, боясь еще больше испугать сына, не решилась продолжать спор.

— Не бойся, все в порядке, — ласково произнесла женщина, поглаживая мальчика по ноге.

Хотя прикосновение матери и ее присутствие рядом несколько успокоили малыша, он продолжал брыкаться и тянуться к ней.

— Если пообещаешь не кусаться, — начал сэр Джон, — я посажу тебя в седло перед собой.

Оливер затих, видимо, раздумывая о том, что предпочесть: остаться зажатым под мышкой рыцаря или сесть в настоящее боевое седло. После довольно долгой паузы он, наконец, кивнул головой в знак согласия.

Подождав, пока сэр Джон усадит мальчика перед собой, Лайм спросил: