Чтение онлайн

Если бы Рита не прочно сидела на стуле, она бы рухнула, честное слово. Ей, золотой медалистке, все время добросовестно выполняющей все задания, сказать, что она не только не «ах», а даже – «ноль»?!! От обиды Рита не могла произнести ни слова.

– Сударыня, я поясню…

– Да уж… то есть, хотелось бы услышать пояснения… Потому что, во-первых, мне нравится заниматься тем, чем я занимаюсь. Во-вторых, я стараюсь!.. И, конечно, в-третьих, ваше мнение – большого профессионала своего дела, для меня очень важно. Я не совсем понимаю… – У нее навернулись слезы

на глаза.

– Я тронут и конечно же поясню. Я бы мог ничего не говорить вам, Маргарита, а просто довести вас до последнего курса, дать диплом, понимая, что ничего выдающегося на поприще журналистики вы не достигнете. Но я этого не хочу, потому что вижу в вас совсем другой талант. Вы, Маргарита, будете очень неплохим писателем! У вас богатое воображение и свой собственный, интересный стиль, но он абсолютно не подходит для периодики. Что значит журналистская статья?

– Что? – Рита впала в шоковое состояние.

– Максимальное раскрытие темы кратким, информативным языком, без излишних описаний и ненужных, уводящих от сути отступлений. У вас получается как раз все наоборот. Например, что требуется сделать в задании по криминальному сюжету? Перечислить детали преступления, взять, по возможности, интервью у следователя. А что делаете вы? Рассказываете о том, кто во что одет, что могла думать погибшая, что ее могло привести к этому концу, в общем, пишете целый роман. Сударыня, журналисты так не пишут, так творят писатели, понимаете, к чему я? Послушайте, дорогая моя, меня, поверьте мне, вам надо стать писателем, а не журналистом…

Этот разговор перевернул всю жизнь Риты. Она как-то сразу поверила опыту и авторитету Георгия Ивановича. Это был как раз тот ключевой момент, который случается в судьбе почти у каждого человека, когда стоишь перед нелегким и подчас опасным выбором. Но выбирать надо…

– Что же мне делать? – шептала озадаченная Рита.

– Бросать институт не надо, перевестись в литературный вуз не удастся, да и придется начинать все заново, а это для вас непозволительная роскошь. Я так понимаю, что вы – не москвичка, и вам после окончания учебы придется сразу зарабатывать средства к существованию.

Рита кивнула.

– Так вот вам мой совет. Закончите этот институт и начинайте творить, то есть писать. Сейчас сплошь и рядом издают авторов, которые вообще не имеют никакого отношения к литературной профессии. А все-таки журналистское образование вам поможет, вот что я думаю… Попробуйте себя…

Рита до сих пор, а прошло долгих пятнадцать лет, помнила этот разговор со своим преподавателем. И была очень благодарна ему, потому что почти сразу написала несколько рассказов, и все они были хорошо восприняты критиками и напечатаны в молодежных журналах. Это не могло не окрылить молодого автора, и с тех пор Рита и начала свою творческую деятельность.

И вот сейчас она стала весьма успешным автором со средним достатком, обеспечивающим нормальный жизненный уровень, а главное, занималась любимым делом. А еще она иногда подрабатывала переводами литературы

разного жанра с немецкого и английского языков. Переводы ей особенно удавались, потому что она не просто владела языком, с которого переводила в совершенстве, но и сама была писателем, творческим человеком. Поэтому не терялся художественный замысел автора, изюминка произведения, которую она всегда старалась сохранить.

Еще несколько языков Рита знала весьма сносно для общения и понимания, но, конечно, не на уровне синхронного перевода.

Жила она в двухкомнатной квартире в панельном доме и совсем недавно закончила выплачивать за нее ссуду, которую брала сроком на пять лет. У нее была машина, ярко-синяя «мазда», старая модель, зато в хорошем состоянии, и небольшой дачный участок не очень далеко от Москвы с полуразвалившимся домом.

По старым, советским понятиям у Риты было всё. Не было у нее только личной жизни, и, как считала ее подруга Люся, исключительно по собственной вине. Рита наотрез отказывалась вступать в краткосрочные отношения, мимолетные романы, а встретить своего принца ей пока не удавалось.

– А знаешь ли ты поговорку, что «под лежачий камень вода не течет»? – спрашивала ее Люся.

– Знаю, но я не лежу, я живу, работаю.

– А с мужиками что?

– А при чем тут мужики?

– Дурочкой не прикидывайся! Я понимаю, что ты натура чувствительная и описываешь в своих книгах дяденек с внешностью Аполлона, храбрым сердцем и порядочных до кончиков пальцев. Рита, спустись на землю! Ты не увлекайся фантазиями-то! Сказки для взрослых оставь в своих романах, а сама спустись на грешную землю. А на земле что? – спросила ее Люся и сама же ответила: – А ничего! Мужики пьют, гуляют, мало кто следит за своей внешностью, потому что, даже если они в самом разобранном состоянии, к ним выстраивается очередь.

– Что-то мне не хочется спускаться на землю, – честно ответила ей Рита. – И в очередях я стоять не люблю, я лучше уйду!

– Ну и дура!

– Я только это и слышу от тебя, а еще называешься подругой, – обиделась Маргарита.

– Я же не со зла! Кто тебя вразумит, как не подружка? Надо же бороться за свое счастье! Да, я знаю, что ты была влюблена в Серегу – нашего однокурсника, но он оказался женат, и ты не решилась завоевать его сердце. Я могу оценить этот поступок, хотя многие бы со мной поспорили и не отступили. Может, ты свой шанс упустила? А ведь у них со Светкой детей не было.

– Это ничего не меняло. У него была другая женщина, и он жил с ней, – поджала губы Рита, не любившая вспоминать о своем опыте безответной любви.

– Ну вот, что мне делать с тобой? В кого ты такая принципиальная? – по-матерински обняла ее Людмила. – Да полкурса твой Сережа любил и изменял со всеми за спиной Светки! Одна ты считала его эталоном порядочности и краснела в его присутствии. А заслуживал ли он такого обожания? Я понимаю, что, когда любишь, многого не замечаешь, но не до такой же степени? Настолько слепа? Ты же близорука, но не слепа! А как же твоя потрясающая интуиция?!