Чтение онлайн

— Я буду у вас через полчаса. Подготовьте, пожалуйста, распечатку всех материалов, которые у вас имеются, и скопируйте их на CD. Так мы сэкономим время и силы.

— Отлично. Сколько я вам должна за ваши услуги? — выпалила я, надеясь, что мне не грозит полное банкротство.

Сантос немедленно озвучил сумму, и я едва сдержалась, чтобы не ахнуть. Я плачу фирме по предварительному договору, но почасовая оплата… в общем, я могла себе это позволить, но с трудом.

— Подготовлю чек к вашему приезду.

— Благодарю вас. До скорой встречи.

Положив трубку, я занялась конкретными делами. С бумагами я справилась быстро: просмотрела сообщения на

автоответчике, проверила записи от руки и перенесла все в компьютер. Благодаря стараниям Доны наша система заработала. Шаблон контракта я хранила отдельным файлом.

Затем до меня донесся запах кофе и корицы. Свежая выпечка! Милостивый боже, спасибо тебе за булочки с корицей. У меня в желудке громко заурчало.

Дона весело щебетала с курьером из кондитерской. Потом что-то недовольно пробурчал Роберто: дескать, после такой нагрузки ему понадобятся ходунки. Прекрасно, колесо событий наконец-то завертелось. Возможно, я прорвусь.

Открыв крышку лэптопа, я начала соединять его с принтером. В эту секунду в кабинет вошла первая тройка. Дона и курьер принялись накрывать столик. Роберто передвинул один из стульев поближе к письменному столу.

Я пожала ему руку, а он сел, не обращая внимания на мои клыки. Кто знает? Может, ему случалось сталкиваться и с более жуткими монстрами. Дона украдкой бросала удивленные взгляды на фикус и помогала курьеру. Как только они закончили с сервировкой, Дона бросилась на балкон и принесла оттуда плетеную мебель. Когда она покинула кабинет, Роберто обратился ко мне.

— Я предупредил тех джентльменов внизу, что мне крайне важно переговорить с вами наедине. У нас — четверть часа. Половина срока уже прошла. Так что дайте мне все документы.

Я отдала ему распечатки и вставила флешку в порт, чтобы скопировать данные. Сантос пробежал глазами странички.

— Нет ли чего-то еще? — с сомнением произнес он.

Наверное, подозрительность вполне естественна для адвоката по уголовным делам. Клиенты часто врут направо и налево.

Поэтому я призналась ему во всем. Увы, в присутствии Бруно.

Кабинет у меня просторный, но его заполонила уйма народа, и помещение сразу уменьшилось в размерах. Гибсон устроился в плетеном кресле возле балконной двери. Он был тих и подавлен. Похоже, вчерашний день у детектива не удался. Значит, мне надо быть осторожной.

Фэбээровцы были одновременно и похожи и не похожи друг на друга. Они мне представились. Эриксон и Риццоли. Первый — красивый мужчина нордического типа — напомнил мне модель для одежды «Tommy Hilfiger». Риццоли оказался невысоким и коренастым. Настоящий итальянец — даже Бруно до него далеко! Ни за что бы в это не поверила, если бы не увидела собственными глазами. Оба агента облачились в одинаковые консервативные костюмы и держали марки: «Мы из ФБР». Не знаю, чем они там занимаются в своем учебном центре, но почему-то будущие сотрудники бюро расследований приобретают особую манеру двигаться и одеваться.

Подданных короля звали длинными заковыристыми именами. Я даже не надеялась их выговорить вслух. Одеты с иголочки. Тройки от лучших портных сшиты по последней европейской моде. Я ощутила магическую вибрацию. Значит, материю предварительно подвергли заклятиям. Возможно, использовались чары, подобные тем, которыми обработали мой любимый пропавший пиджак. Я едва не спросила посланников, не прячут ли они во внутренних карманах гарроты? Но руслундцы выглядели очень мрачно, и я остереглась проверять их чувство юмора. И, похоже, они как раз могли применить любое

оружие. Высоченные, мускулистые, с ярко выраженными восточноевропейскими чертами лица. Может, их план состоял в том, чтобы запугать меня и заставить выдать все тайны? Их английский оказался почти идеален — разве что немного скован формальными фразами и не совсем верными оборотами речи. Я мысленно окрестила их «Твидл-Ди» и «Твидл-Дам». [12] «Ди» был постарше, а «Дам» — покрупнее.

Они приступили к допросу.

Я отвечала.

Далее пришел черед агентов ФБР.

И я опять говорила.

Затем за дело вновь взялись руслундцы.

Это утомило меня, и в конце концов мне стало скучно. Миновало время завтрака, а потом — ленча. По идее, мне следовало осушить пару бутылочек питательного коктейля, но я стеснялась попросить сделать перерыв. Поэтому я скрестила пальцы и сосредоточилась на ответах. Но наша пестрая компания все же выпила кофе. Наверняка у мужчин в моем офисе мочевые пузыри были из кованого железа, в отличие от меня. А может, они соревновались между собой. В итоге я сдалась и объявила, что мне нужно в туалет. Вдобавок я планировала откупорить баночку с молочным напитком, но упаковки в ванной комнате я не обнаружила. Вероятно, Дона убрала ее в холодильник. На самом деле ничего уже не имело значения. Мои гости не будут в восторге, если я потащусь вниз за своим питанием. В общем, я вернулась в кабинет. Мои посетители непринужденно болтали, уплетая булочки с корицей. Аромат сводил меня с ума, и я решила присоединиться к гостям.

И совершила очередную ошибку.

Откусив кусочек выпечки, я принялась его пережевывать (между прочим, клыки мне только мешали). И поперхнулась. Жутко.

Попыталась запить все глотком кофе.

Безуспешно.

У меня в горле застряла обычная крошка, но я закашлялась, захрипела. В отчаянии сунула в рот палец, надеясь протолкнуть или достать зловредный кусочек.

Я села за письменный стол, слегка посинев. Посетители смотрели на меня с нарастающей тревогой. Даже фикус едва заметно задрожал.

Не выдержав, я извинилась и помчалась в ванную. Засунула два пальца поглубже в глотку и вызвала у себя рвоту. После такой эскапады я взяла зубную щетку, выдавила на нее пасту и чистила зубы до тех пор, пока мое дыхание не освежилось. Посмотрев в зеркало на свое отражение, разревелась. Я — «недоделок» с клыками, лишенный возможности есть твердую пищу. И это — реально. Я перестала быть человеком.

Плакала я недолго. Зачем зря рыдать? Помимо прочего, в комнате находились агенты ФБР и адвокат. Я схватила полотенце, намочила его в холодной воде и промокнула лицо. Нашла шелковую косметичку и немного подкрасилась. Несколько капель «Визина» сняли красноту в глазах, но лицу макияж не помог.

Теперь я превратилась в клоуна.

Моя кожа, бледная от природы, побелела как мел, а румяна и тональный крем выделялись на ней, как флуоресцентные маркеры.

Выругавшись, я смыла краску. Расчесала волосы. Поглядела в зеркало. Уже лучше. В глазах, правда, еще сохранилось паническое выражение. Ну и ладно. Жизнь продолжается, готов ты к ней или нет. В результате я вышла из ванной и вернулась в «львиное логово».

Мои гости увлеченно о чем-то спорили, но, увидев меня, умолкли. Я замерла на пороге.